Невзирая на подавляющее численное преимущество, лишь безумцы и фанаты могли сейчас лезть на штурм холма. И пусть его защитников едва ли было больше двух десятков, но их тяжелая броня и превосходное вооружение не поддавались никакому сравнению с тем, что было у штурмующих холм.
Даже отсюда Сэт видел чешую кольчуг и блеск нагрудников, силуэты поднимающихся шестиугольных щитов и опускающиеся на вражеские головы прекрасные мечи. Под металлическими шлемами при желании можно было различить глаза, ниже которых пролегала кольчужная сетка — защищающая лицо и шею бармица.
Вставшие в круг для обороны холма воины выглядели непоколебимой твердыней суши, о которые разбиваются темные волны бушующего океана. К тому же всякий раз, когда нападающим удавалось закрепиться на каком-нибудь участке, постоянно мелькающий среди воинов синий силуэт, бесформенным вихрем набрасывался на горе-вояк и повергал их вниз словно кукол.
Что это был за силуэт, Сэт не имел представления — уж слишком быстро тот мелькал, да и расстояние между ними так же давало о себе знать… А вскоре ему стало и вовсе не до того.
Появление на соседнем холме Саймон Сэта не осталось незамеченным. Пока Сэт, разинув рот, наблюдал за разворачивающимся боем, некий командир в стане оборванцев в масках отдал необходимые приказы, и сейчас сразу несколько отрядов отрезало ему все пути к бегству…
Поняв, что окружен, Сэт едва не взвыл от досады: ни этого он хотел, взбираясь на холм!
— Святые! Святые! Вперед Святые! Во имя Сантаны! — донеслось со всех сторон, и на холм потянулись десятки людей в рваном тряпье.
Разумеется, Сэт хорошо знал с кем столкнула его судьба. Он прекрасно помнил, как в лагере разбойников ведьма раздавала команды своим подчиненным, в числе которых находилась и шайка "Святых". В грязных дырявых одеждах, а иногда и вовсе без них, они казались бы простыми попрошайками, если бы ни самодельные маски на их лицах. Эта группа людей отличалась от прочих — они будто презирали материальные блага, грабя и убивая, они брали в трофеи лишь оружие и провизию. Другие банды и группировки сторонились их, понимая что "Святые" слеплены из совершенно иного теста. И верно: Святых объединяло и сплачивало вовсе не жажда наживы, а нечто далекое от сердца простого душегуба — нечто, эфемерное, что называется "вера".
Святые верили во что-то превосходящее их смертные тела и жалкие души. По сути это была не разбойничья банда — а настоящая секта из тех, что запрещены во всем цивилизованном мире. Хотя страдающий амнезией Сэт плохо представлял себе "цивилизованный мир", он прекрасно осознавал насколько опасно для государства и общества само существование подобных сект.
Впрочем, все эти мысли пробежали в его голове оставив одну лишь пустоту, а время для размышлений подошло к концу — враг практически до него добрался.
Однако совсем бесполезными эти мысли не были: теперь он твердо знал, что бежать некуда, а просить пощаду бессмысленно. Словно загнанная в угол крыса, он приготовился продать жизнь как можно дороже. И не смотря на то, что его ладони вспотели, он не почувствовал страха и сомнений, когда перед ним возник первый Святой, с испепеляющим взглядом из-под деревянной маски…
Фанатик приготовился что-то крикнуть и занести для удара кривой палаш, но все слова застряли в горле, когда нечто ударившее снизу смяло его гортань. Глаза под маской расширились в немом ужасе, следя за металлической палицей, с кончиков которой капала кровь, но утратили интерес и погасли, как только из них ушла жизнь.
Под ноги Сэта упало первое тело, но на холме уже возникли пятеро новых противников.
Не теряя в пустую и мгновения, Сэт, словно на уроке физкультуры в Академии, метнул тяжелую булаву, точно спортивную гранату. Вращающийся металлический снаряд угодил в лицо ближайшего бандита, мгновенно убив и отбросив его тело на бегущих за ним фанатиков.
Сэт не преминул воспользоваться заминкой. Вырвав палаш из руки распростёртого у ног тела, он скинул со спины держащийся на ремне щит, и почти мгновенно надел его на левую руку. И вовремя!
Удар двуручного топора свалился на него словно снег на голову: не замечено подобравшийся Святой был одет в монашескую рясу и обладал более чем двухметровым ростом. Если бы не подставленный в последний момент щит, едва начавшийся бой был бы завершен излишне скоропостижно — но так у Сэта появился шанс… шанс перед смертью убить еще парочку врагов.
Удар топора пришелся на верхний край щита, но сила приложенная Сэтом оказалось достаточной чтобы не дать ему отклониться. Вместо этого массивное лезвие разрубило металлический обод, словно ножом разрезало первую продольную доску составляющую "тело" щита и раскололо вторую, едва не добравшись до запястья Сэта.
Однако, не смотря на всю отдачу от богатырского удара, Сэт молнией высвободил руку из креплений щита и змеей скользнул к ничем незащищенному боку громилы. Палаш сверкнул в лунном свете и окрасился кровью — третий Святой упал на колени, проживая последние мгновения жизни — а Сэт уже дрался с четвертым и пятым.
Лишенный щита, он почти сразу пропустил скользящий удар кинжала, но смог задеть артерию подмышкой одного из напавших и уколоть в живот другого, тем самым выводя их из игры прежде, чем вторая группа достигла вершины холма.
Понимая, что шансы выстоять с палашом против целой группы были невелики, он совершил излюбленный прием, метнув оружие в ближайшего противника, тем самым выигрывая время на то, чтобы подобрать более выгодный трофей.
Однако в этот раз результат был не столь выдающимся: мало того, что бросок палаша оказался неудачным и был с легкостью отбит каким-то меченосцем, так к тому же подобранное оружие вызвало закономерное опасение. Как только он оторвал от земли двуручный топор, в полной мере осознал, что совершенно им не владел — он не использовал в играх топоры, а учиться в бою было бы по меньшей мере безрассудно… Тем не менее выбора не было — отведя голову топора максимально вправо, он разбежался и атаковал.
Эта атака была самоубийственной. Любой опытный мечник видя, что топор абсолютно точно обрушится на него с левой стороны, шагнул бы вперед и вправо. Таким образом, он ушел бы от могучего, но бездумного удара и оказался подле незащищенного бока, или даже мог зайти за спину противника…
Вот только среди Святых опытных воинов не оказалось. Враги Сэта предпочли держать глухую оборону и задавить числом, а не умением. Топор обрушился на подставленный щит — отклонил его и впился в плоть незадачливого фанатика.
Шаг вперед — и освободившийся от плоти топор обрушивается обратной стороной на не успевшего среагировать щитоносца. С воплем в котором Сэт уловил "Сантана", очередной оборванец в тряпичной маске бросился на него в лобовую. Парные клинки просвистели у лица, оставив на локте костюма алую полосу, а в следующее мгновение Сэт оторвал топор от предыдущей жертвы и послал его в обратную сторону. Он почти не почувствовал сопротивления когда обоюдоострое лезвие распороло грудь противника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
