– Возможно, – прохрипела девушка. – Так вы гей?
Хантер натянул перчатки и усмехнулся:
– Я и вот этот вот парень, – он указал в его направлении, – уже давно партнёры. Скажи привет, Бью!
Бью вытянул шею, заглянув в машину, и помахал очень молодой, очень симпатичной и очень напуганной девушке, которая лежала на заднем сидении.
– Привет...
– Мэ-э-э-эдисон... ах, это просто же-е-е-е-сть!
Хантер взял стерильное покрывало, которое подал ему Бью, и подождал, пока схватка отпустит, прежде чем говорить дальше.
– Приятно с вами познакомится, Мэдисон. Я – Хантер. Я помогу вам приподнять бёдра, чтобы положить это покрывало под вас, а потом посмотрим, как там малыш. Это же один малыш, или?
– Один, – услышал Бью подтверждение, пока отошёл в сторону, чтобы дать им немного приватной сферы и подготовить всё в том порядке, в котором хотел Хантер.
Голос Мэдисон донёсся из машины.
– Хантер, мне правда сейчас нужно что-нибудь против боли!
– Не выйдет, сладкая. Вам нужно тужиться.
– Нет... нет... нет! – авто покачнулось. – Я ещё не готова! У меня в запасе ещё три недели!
– У младенцев нет календаря, Мэдисон, – возразил Хантер. – Пару раз я уже принимал роды, поэтому доверьтесь мне. Сейчас время тужиться!
Но у его пациентки были другие идеи.
– Сделайте что-нибудь, чтобы она осталась внутри! Ещё слишком рано! Что, если она... – Следующая схватка прервала вопрос что было бы, если бы, но перед этим Бью подметил другую деталь. У Мэдисон будет девочка. Воспоминания шквалом норовили вырваться на поверхность, но он подавил их и сконцентрировался на работе. Статистика показывала, что новорождённые девочки немного меньше и при родах возникает меньше осложнений. Хорошая новость, учитывая обстоятельства.
– Три недели – это ничто, сладкая. Это считается выношенным плодом, – убеждал её Хантер. – Вы регулярно ходили к врачу? Результаты обследований были хорошими?
– Да, – ответила девушка задыхаясь. – Я была у врача после Рождества. Всё было так, как должно быть. – В её голосе послышалось упрямство. – Я должна родить только через три недели!
Следующая схватка возразила ей. Чем короче становились промежутки между схватками, тем короче делался разговор. Хантер подбадривал её и ругался с ней попеременно.
В итоге часть диалога девушки стала ограничиваться задыхающимися, обрывистыми фразами вроде: «я не могу» и «пусть это прекратится». Бью тихо спросил Хантера, нужно ли привезти каталку. Если и дальше так пойдёт, им нужно будет её перевезти. Ей понадобится более квалифицированная помощь, чем они могут оказать.
– Хм-хм, – ответил Хантер. – Пока не нужно. Моя девочка Мэдисон справится. Правда, сладкая? Вы готовы увидеть свою дорогую малышку, о которой так хорошо заботились последние девять месяцев. Вы хотите подержать её на ручках и показать ей, какая у неё сильная, смелая и красивая мама.
Мэдисон казалась не такой уверенной во всём этом, несмотря на оптимизм Хантера. Бью краем уха слушал, как Хантер мотивирует девушку, а про себя просчитывал варианты, как они поднимут её в машину и повезут через пробки в ближайшее отделение скорой помощи. Он смог бы управиться за десять, максимум пятнадцать минут. Из-за того, что Бью был слишком сильно занят планом Б, чуть было не пропустил, как его напарник сказал:
– Бью сейчас залезет к вам на заднее сидение с другой стороны и подержит вас, пока вы тужитесь, ладно? Он удобнее, чем твёрдая дверь автомобиля.
Окей, план Б придётся отложить. Бью поспешила к машине и забрался в неё. Девушка кое-как прислонилась к нему.
– Так хорошо. – Бью развернулся таким образом, что её спина прижалась к его груди. – Я приму ваш вес на себя. – Когда она расслабилась, он аккуратно подвинул её бёдра на Хантера. Его напарник посмотрел на него благодарно.
Следующая схватка была очень сильной. Когда она отпустила, Хантер наконец увидел головку ребёнка, но у него на руках лежала изнеможённая, дрожащая, почти лишившаяся сознания женщина. Бью посмотрел своему напарнику в глаза и сделал кивок в сторону машины скорой помощи: «Давай отвезём её в больницу».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Хантер помотал головой, а потом окликнул Мэдисон строгим голосом.
К великому удивлению Бью, она отреагировала. Улыбка Хантера сейчас отражала и облегчение Бью.
– Оставайтесь с нами, сладкая, – сказал Хантер. – Когда начнётся следующая схватка, я хочу, чтобы вы тужились так долго, как сможете. Не сильно, но долго. Понятно? – Пока его напарник давал указания, Бью разложил необходимые инструменты на покрывале.
Хрупкое тело Мэдисон напряглось, когда началась следующая схватка. Она наклонилась вперёд и тужилась, как могла. Бью поддерживал её одной рукой между лопаток, а другой за поясницу.
– О, боже! О, боже! О, боже!
Про себя Бью добавил ещё несколько своих «О, боже!» к восклицаниям девушки. Видимо, господь услышал их, потому что Хантер выкрикнул:
– Отлично! Так держать! Вы просто молодец! – Но момент триумфа был короткий. Вдруг Хантер настойчиво запретил тужиться.
Бью держал жалобно стонущую Мэдисон на руках и чувствовал себя беспомощным, когда по её телу пробежала дрожь. Хантер действовал быстро, его внимание было приковано к тому, что находится перед ним. Со своей позиции Бью почти ничего не видел, но он знал о происходящем достаточно, чтобы понять, что Хантер имеет дело с пуповиной, и молился, чтобы он взял ситуацию под контроль. Перевозить девушку сейчас, когда мама и ребёнок находятся в такой критической ситуации, было настоящим кошмаром.
Бью чуть не расцеловал своего напарника, когда Хантер сказал:
– Сладкая, всё уже почти позади! Тужьтесь! Ещё разок... вот так... и ещё чуть-чуть... – И вот Хантер уже держал младенца на руках. Её грудка поднялась, и Бью вздохнул облегчённо. Пока Хантер обтирал и пеленал ребёнка, Бью осторожно привёл Мэдисон в лежачую позицию и начал измерять её пульс.
Но у новоиспечённой мамы были другие приоритеты, и она снова попыталась сесть.
– С ней всё хорошо? Она дышит?
Словно голос матери активировал голосовые связки девочки, малышка сразу закричала. Нежный, недовольный голосок сообщил ему, что с дыханием у неё не было никаких проблем.
Хантер усмехнулся:
– Эй, это так ты меня благодаришь? Хочешь к своей маме? – Он положил младенца на протянутые руки девушки.
Бью взял полотенца, которые подал ему Хантер, и стетоскоп.
– Эй, Мэдисон? – Он подождал, пока она обернулась и улыбнулась ему.
– Скажите, она прекрасна?
– Она просто великолепна! – И это действительно так. – Ваша первая задача после родов держать её в тепле, пока я буду прослушивать её сердце и лёгкие.
Сердечный ритм и дыхание были чистыми и равномерными. Он помог Мэдисон послушать сердцебиение её малышки, пока Хантер зажимал и перерезал пуповину. Бью писал протокол, пока Хантер выполнял третью фазу. Полицейские не стояли на месте без дела, а привезли каталку из машины скорой помощи, и потом Бью держал ребёнка, пока Хантер помогал Мэдисон лечь на каталку.
Он шёл за ними и смотрел в мутные глазки младенца. Потом Бью услышал, как Мэдисон спросила:
– Когда вы пообещали мне в машине, что с моей девочкой всё будет хорошо, откуда вы это знали?
Хантер обернулся на Бью прежде чем ответить.
– Нужно верить в хэппи-энд, иначе в чём тогда смысл всего?
«Хороший вопрос».
По дороге в больницу, а потом назад на стоянку Бью размышлял об этом. Снова и снова напрашивался один и тот же ответ и чувство облегчения, которое он разделял с кем-то особенным. Когда смена закончилась, он хотел лишь увидеть Саванну.
– Едешь домой? – спросил Хантер, который, похоже, не заметил его спешки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Вообще-то нет. А ты?
– Я раздумываю не заехать ли в больницу, чтобы посмотреть, как себя чувствует наша последняя пациентка.
– Отличная работа сегодня вечером! – Бью положил руку на плечо Хантера. – Ты всё сделал правильно.
Хантер усмехнулся.
– Я весь взмок, как проклятая душонка, которая пробежала марафон в аду.
