заблестели слёзы.
— Настенька, не плачь.
— Не трогай меня! Я плачу, потому что расстаюсь со своей мечтой.
— Но если для тебя это единственное счастье, зачем от него отказываться? — с внезапной настойчивостью увещевал Андрей.
— Нет, не переубеждай меня! Я всё решила. Нужно быть объективной реалисткой. Я должна выйти замуж и бросить свои глупые мечтания. — Настя напряжённо помолчала. — И если за кого и выходить, то только за тебя.
— Что?..
— Андрей, я понимаю, ты тоже не железный. Вот женишься на мне — тогда и будет… секс.
В этот момент Андрею, наверное, следовало быть счастливым. Но он почему-то не был. Хордин спросил себя, готов ли он к тому, чтобы Настя украсила его жизнь на ближайшие лучшие годы? Всё-таки Настя была очень сомнительным украшением… И не только жизни.
Ночью Андрею приснилось последнее место, в котором хочет оказаться мужчина.
— Хордин Андрей Иванович, согласны ли вы… взять в жёны… Волкодава…
— Нет.
— …Анастасию Петровну?
— НЕТ! — Хордин проснулся в холодном поту.
Первого марта близняшки Волкодав праздновали общий двадцать второй день рождения. Сначала сёстры хотели отмечать его по отдельности, но так как на подобную роскошь им не хватало средств, они смирились с тем, чтобы отмечать праздник совместно.
Андрей преподнёс своей девушке духи, но та их не оценила.
— Лучше б ты мне карабин кавалерийский подарил, — проворчала Настя. Она вообще была не в лучшем настроении.
— А мне ты что подаришь? — кокетливо спросила его Ася.
— Тоже духи. Только другие.
— Хордин, ты так оригинален, — вздохнула Настя и отобрала у сестры флакон. — Гм, неплохо… А ты пока мои возьми.
Ася попробовала духи, предназначавшиеся Насте, и кивнула.
— Твои мне больше нравятся.
Прямо на глазах Андрея сёстры поменялись подарками и отблагодарили его скупым:
— Спасибо, Хордин.
Гости ещё не явились. Андрей специально пришёл заранее, чтобы перенести в комнату кухонный стол, но девушки быстро нашли ему занятие поинтереснее:
— Хордин, сбегай на рынок за рыбой.
— Какая именно рыба нужна?
— Кижуч — на сёмгу нам денег не хватит. — Настя демонстративно полезла в кошелёк.
— Всё хоккей, я куплю на свои.
Никто и не думал ему возражать.
Рынок был за углом. Найдя «рыбный угол», Хордин заметил, что около двух прилавков выстроились длинные очереди, а около третьего — ни души.
«Как удачно!» — обрадовался Андрей.
Продaвец непопулярного прилавка тоже был ему очень рад. На радостях Андрей купил целого пятикилограммового самца и, довольный собой, побежал к Волкодавам.
— Молодец, Хордин, оперативно… — похвалила Настя, а потом вытащила рыбу, принюхалась и чуть не отхлестала ею Андрея. — Хордин, чё ты взял?!
— Кижуч.
— Он же тухлый!
— Что случилось? — В кухню вбежала Ася. — О Господи Иисусе, откуда этот смрад?
— Это всё Хордин!
— И куда его теперь? Это ж не на стол, а только на помойку.
— Девчата, извините, я хотел как лучше, чтобы побыстрее, — объяснил Андрей. — Там везде были очереди, и только возле этого прилавка никого не стояло…
— Вот именно, что никого! — взревела Настя. — Потому что нормальные люди не будут покупать тухлятину. Ты же вроде следователь — должна бы логика работать.
На кухне ещё долго стояли крики, ругань, вонь… Хордин всё стерпел.
— Ну извините! Что мне сделать, чтобы вы меня простили?
— Сейчас же иди и выкинь это в мусоропровод, — холодно сказала Настя. — Обойдёмся как-нибудь без рыбы в кляре.
— Покойся с миром, бедный кижуч, — добавила Ася.
Андрей не без сожаления выбросил свою неудачную покупку и приволок из кухни стол, а потом как-то незаметно для себя оказался у раковины, мoя посуду и одновременно следя за курицей в духовке.
— Смотри, хоть это не испорть, — предупредила Настя.
Сёстры сновали из кухни в комнату, унося с собой благоухающие блюда. Хордин нарочно не ел с утра и теперь в буквальном смысле умирал от голода.
Услышав, как Ася и Настя сдавленно хихикают, Андрей чуть не позеленел от злости.
— Вы там надо мной, что ли, смеётесь? — крикнул он.
— Да кому ты нужен? — отозвалась Настя. — Просто у нас один стул еле дышит, шатается. Вот мы и думаем, под кого б его поставить, кого не сильно жалко будет, если свалится.
— Я так понимаю, моя кандидатура рассматривалась в первую очередь?
— Будешь ворчать — поставим тебе этот стул, не рассматривая!
И девушки снова рассмеялись.
Сёстры Волкодав сближались лишь тогда, когда находили общего врага или общий объект для насмешек — в остальное время они оскорбляли и подкалывали друг друга. И нередко этим объектом для шуток становился Хордин, что было ему очень неприятно. Андрей не хотел, чтобы сёстры налаживали свои отношения за счёт его душевного покоя, но более мирных способов их сближения не наблюдалось.
Постепенно дом наполнялся гостями, среди которых превалировали друзья Аси — Настя не умела дружить с людьми, ибо мало кто разделял её увлечение огнестрельным оружием.
В один из рейдов на кухню Настя не обнаружила Андрея на месте. Она обернулась к окну — сквозь шторы проглядывала долговязая фигура Хордина, смотревшего в окно.
— Чего филоним?
— Там раковина забилась.
— Так подшамань!
— Настюш, может, потом? А то это надолго.
— Потом ты будешь пьяным.
— Хоккей, щас посмотрю…
Ещё час Андрей провёл под раковиной с ёршиком, слушая доносившиеся из комнаты тосты, гулкий перезвон бокалов и позвякивание вилок — последний звук особенно сводил его с ума.
Прочистив трубу, Хордин домыл оставшуюся посуду и задумался. Врываться посреди шумного праздника вот так внезапно было для его интеллигентного воспитания недопустимо. А на кухню, как назло, никто не заглядывал — обе сестры о нём будто забыли.
Хордин позвонил Насте. Без ответа. Набрал номер Аси — аналогично. Мелодия звонка просто утопала в весёлом многоголосье.
Тогда Андрей пошёл на крайнюю меру — он осторожно
