Какое отношение это имеет к моему штрафу?
— В ночь, когда он пропал, школьный психолог подожгла твой дом, а после инсценировала собственное исчезновение. Между двумя этими странными происшествиями определенно есть связь, — его карие глаза пригвоздили меня к месту. — Ты.
— О чем это вы?
— Расскажи мне, что на самом деле случилось той ночью, и считай, что никакого штрафа не было.
— Я не знаю, что случилось, — солгала я, потому что у меня не было выбора.
Если я расскажу правду, будет только хуже. Уж лучше заплатить штраф. Я не могла рассказать детективу Бассо о падших ангелах и Нефилимах. Если даже я признаюсь, что Дабрия была ангелом смерти, он все равно мне не поверит. Равно как не поверит и в то, что Джулс был потомком падшего ангела.
— Позвони, — сказал детектив Бассо и, бросив мне свою визитку, сел в машину. — Если передумаешь, ты знаешь, как связаться со мной.
Я взглянула на карточку, когда он отъехал.
"Детектив Иканус Бассо. 207-555-3333".
Квитанция на оплату штрафа в моей руке казалась тяжелой. Тяжелой и обжигающей. Как я собираюсь найти две сотни долларов? Я не могла одолжить деньги у мамы — она и так еле сводит концы с концами. У Патча есть деньги, но я сказала ему, что смогу позаботиться о себе. Я сказала ему, чтобы он проваливал из моей жизни. И как я буду выглядеть, если прибегу к нему при возникновении малейшей проблемы? Это все равно что признать, что все это время он был прав.
Это все равно что признать, что я нуждаюсь в нем.
Глава двенадцатая
Во вторник, после учебы, я шла с занятий, надеясь повидаться с Ви, которая пропустила пару, чтобы сходить на свидание с Риксоном, но обещала вернуться в школу, и подвезти меня до дома, и как раз в этот момент мой телефон защебетал.
Я открыла смс'ку, когда услышала окрик Ви на всю улицу: — Эй, детка! Обернись!
Я подошла к тому месту, где она припарковалась и ждала меня, положив руку на отрытое окно.
— Ну? Оно того стоило?
— Забить на пары? О, да. Мы с Риксоном все время рубились в Икс-бокс. В Хэло Два, — она потянулась и открыла пассажирскую дверь.
— Звучит романтично, — ответила я, забираясь внутрь.
— Не говори, пока сама не попробуешь. Оказывается, жестокость поднимает настроение у парней.
— Настроение? Мне предстоит что-то узнать?
Улыбка осветила лицо Ви, словно электрическая лампочка. — Мы поцеловались. Черт, это было классно. Все началось очень нежно и мягко, но потом Риксон будто с цепи сорвался…
— Ладно, ладно! — громко прервала я ее.
Неужели, встречаясь с Патчем, я тоже смаковала подробности наших отношений перед одиночкой Ви? Надеюсь, что нет.
— И куда мы сейчас?
Она выехала на дорогу. — Я устала от пассивности. Мне нужен прилив адреналина в кровь, а значит: долой скучные книжки.
— То есть?
— Пляж Олд Орчард. Я настроена на солнечные ванны и песок. Плюс, мне не помешает чуть-чуть подзагореть.
Пляж Олд Орчард. Идеальный выбор. Там был длинный пирс, луна-парк прямо на пляже, а после наступления темноты в небо запускали фейерверк. Жаль, что придется это отложить.
Я покачала своим мобильным. — У нас уже есть планы на вечер.
Ви наклонилась, и, прочитав смс, скорчила рожицу. — Марси напоминает о вечеринке? Серьезно? Представить не могу вас в качестве лучших подружек.
— Мне сказали, что пропустить ее вечеринку — значит, признать свою полную социальную несостоятельность.
— Вот сучка. По-моему, пропустить ее вечеринку — самый лучший вариант на вечер.
— Можешь начинать менять свою точку зрения, потому что я пойду, а ты пойдешь со мной.
Ви выпрямилась и крепко сжала руки на руле. — Но какие у нее намерения? Почему она пригласила тебя?
— Мы — партнеры на уроках химии.
— По мне, так ты слишком быстро простила ее за тот фингал.
— Я не могу не пойти, ну хотя бы на часик. Как партнер по химии, — добавила я.
— То есть, ты хочешь сказать, что мы идем сегодня к Марси только потому, что по утрам вы сидите вместе, — всем своим видом Ви говорила о том, что совершенно в это не верит и отлично понимает истинную причину.
Я знала, что это никудышное оправдание, но не столь неприятное, как правда. Я должна была окончательно убедиться, что Патч сменил сферу своих интересов на Марси. Когда я прикоснулась к его шрамам позавчера ночью и увидела его воспоминания, Марси была рядом с ним. Но до самого их поцелуя он был крайне сдержан. И я не понимала, что он чувствует. Но если Патч намерен двигаться дальше, тогда и мне будет легче принять это решение. Подтверждение отношений между ними стало бы оправданием ненависти к нему. А я хотела его ненавидеть. Так будет лучше для нас обоих.
— Твое прерывистое дыхание говорит о том, что ты лжешь, а лгуны сгорят в геенне огненной, — сказала Ви. — Дело не в тебе и Марси. Дело в Марси и Патче. Ты хочешь знать, что между ними происходит.
Я подняла руки, сдаваясь. — Хорошо! Что в этом плохого?
— О, Боже, — молвила она, качая головой, — ты просто мазохистка.
— Я думала, что мы сможем увидеть ее спальню. Найдем доказательства, что они вместе.
— Использованные презервативы, что ли?
Внезапно мой желудок стал отторгать все, что я съела на завтрак. Я не думала об этом. Они спали вместе? Нет. Я не верила в это. Патч не мог так со мной поступить. Только не с Марси.
— Придумала! — сказала Ви. — Мы можем украсть ее дневник!
— Тот, что она охраняла словно зеницу ока с первого класса?
— Тот самый, в сравнении с которым — по ее словам — Нейшнл Энквайр — банальщина! — пояснила Ви с плохо скрываемым ликованием. — Если между ней и Патчем что-то есть, то она написала об этом в дневнике.
— Ну, не знаю…
— Ой, да ладно. Мы вернем его сразу, как все выясним. Ничего плохого, ничего запретного.
— И как же? Бросить его ей на порог и убежать? Она убьет нас, если узнает, что мы прикасались к нему.
— Конечно. Мы прочтем его, когда будем внутри, во время вечеринки, и положим на место, перед уходом.
— Все это как-то неправильно.
— Мы никому не скажем, что прочитали. Это будет нашим секретом. И что в этом неправильного, если никто не пострадает?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
