только ты окажешься вдали от этого места, я накажу тебя… — прошептал ей на ухо, будоража неуемный интерес девчонки.
— Как сильно? — дрожащим голосом спросила, запрокинув голову. Я оставлял на шее горячие поцелуи, а пальцами неторопливо очерчивал влажные складочки, снова набухающие от моих прикосновений.
— А главное, за что? — протяжно простонала в моих руках.
— Ты сказала, что сделаешь все, что он захочет, — я убрал руку и развернул девчонку к себе, чтобы видеть бесстыже-голубые глаза, которые сводили с ума Темных Богов.
Я прекрасно осознавал, что её желает каждый… И смертные, и Темные и полубожества. Она магнит сладострастия. И этими небесными глазами и невинной улыбкой она сражала наповал. И его сердце тоже будет сломлено, как и моё.
Нарастающий прилив желания снова безудержно начал сносить нас как волна. И мне бы думать, как выкрасть свою женщину и как наказать того, кто посягнул на нее, но ее тело беспечно сейчас желало слиться с моим.
Она не заставила ждать, решила отдать последние силы или же напротив, забрать все мои. Одним резким движением я ощутил всю глубину. Схватившись за ее бедра, я проникал в нее резче и резче пока стон не перешел в крик. Она словно сняла с себя все запреты, вжималась в мои губы, зарываясь пальцами в мои волосы и сжимая их так сильно, что я чувствовал сладкую боль. Я впивался пальцами в ее набухшую грудь, и жадно припадал губами к её соскам, дразня языком. Чувствовал, как любое моё прикосновение проводит по ее телу электрический заряд. Ее не волновало ни прошлое, ни будущее, ни то, что случится после… А только здесь и сейчас.
Алые, влажные губы хватали воздух, с каждым резким толчком. Казалось, что она изнемогает от желания. Ее крики возбуждали настолько, что хотелось проникать в нее жестче и глубже. Мои толчки стали ритмичнее и я понимал, что ее вот-вот настигнет пик наслаждения, как и меня. Сейчас нас охватывало чистое вожделение друг к другу, и если бы мы были в нашем доме, я бы потерял рассудок, изувечив нежное, но такое уязвимое и хрупкое тело смертного Божества.
Она схватилась руками за мои плечи и ритмично начала двигать бедрами навстречу ко мне, стремясь к удовлетворению. Под быстрым темпом чувствовал напряжение. Еще несколько резких движений и волна наслаждения накрыла нас. Она дрожала подо мной и прогибалась на встречу, когда я заполнял её своим семенем, отдавая всего себя до последней капли.
Я проснулся, когда темное небо начало приобретать оранжевые оттенки. Северный ветер заносил в комнату свежесть. На губах основался солоноватый привкус. Таира спала, крепко прижимаясь ко мне. Ее дыхание было учащенным, и сердце стучало сильно, тревожно. Коснулся чуть приоткрытых губ. Я запомню её такую, нежную и самую страстную. Голубоглазую Богиню, забравшую моё сердце и душу. Сделавшую меня своим рабом. Если мне суждено покинуть этот мир, то Агросс отправится вместе со мной в объятья мглы, в небытие, и мы просто пропадем из памяти тех, кто нас когда-либо знал.
Отбросив плохие мысли, как наваждение, я укрыл бестию от холодных порывов, что врывались в комнату. Она, приоткрыв глаза, подарила мне улыбку, полную надежды, как и этот рассвет, который мог оказаться последним для нас двоих.
Дверь распахнулась и в комнату ворвался Агросс. Он стоял на пороге и молча, пару секунд, оглядывал нас. Гордо расправив плечи, он сделал еще шаг.
— Покинь мой дом, — скрестив руки на груди, он смотрел огненными глазами на меня. Довольная улыбка появилась на его лице. И было в ней столько грязного и порочного, что мне захотелось тут же накинуться на него и попытаться разорвать в клочья. Пусть это действительно стоило бы мне жизни.
Я бы забрал его в Пустоши Хаоса, но нежная рука коснулась моего плеча. И лишь это прикосновение говорило: «Остановись, не гневи того, кто выше нас всех». Я сжал ее маленькие пальчики и коснулся их губами. Ее лицо, полное смелости и решимости, придало мне сил не делать ошибок и не действовать поспешно.
— Кто бы ни мечтал ее получить, я никому ее не отдам. Она будет только со мной, — взяв Агросса за ворот, я взглянул в огненные глаза, а в ответ получил самонадеянную ухмылку. — Учти, если ты притронешься к ней, без сомнений, я заставлю тебя об этом пожалеть.
Прежде чем выйти, я взглянул на нее и понял, что она чувствует. В глазах не было ни страха, ни отчаяния. В алых простынях, пропитанных кровью, сидела маленькая женщина, полная решимости не сойти с ума в четырех стенах, а свести с ума того, кто стал для нее нежеланным мужем.
Глава 30. Таира
Любовь, любить велящая любимым,
Меня к нему так властно привлекла,
Что этот плен ты видишь нерушимым,
Любовь вдвоем на гибель нас вела. (Алигьери Данте)
Душа, истерзанная обстоятельствами, истекала кровавыми слезами. Но разве когда-то в моей жизни было что-то легко и просто?
Внутри легких дрожал воздух. Паническое чувство охватило все тело, не давая сдвинуться ни на шаг. Темный схватил меня за руку и поволок за собой, словно я безжизненное тело. Холодные, как сталь, мощные руки коснулись талии. Даже через платье я почувствовала весь тепловой контраст, который раз за разом сменялся, словно от его настроения.
Несмотря на дикую усталость, я больше не смогла уснуть. Бессонница стала моим другом, поэтому ночью я мучилась от сонливости, а потом весь день спала, лишь бы не видеть своего новоявленного мужа, которого напророчили мне Боги. Теперь я зависима от него целиком, каждой клеточкой своего тела, от того нужно оставаться сильной и храброй и бороться за желаемое. За свободу…
Я верила Ваалу, но сидеть и ждать у моря погоды не собиралась. Теперь была надежда и вера в собственные силы.
— «Независимо от того, где и кем ты рождаешься, то, что суждено с тобой произойти, обязательно произойдёт. И ты станешь той, кем должна стать, несмотря ни на что», — мягкий голос, ни то женщины, ни то мужчины, витал в моей голове. Я понимала, что сплю. А иначе, странное местечко, полностью окутанное голубым туманом, который проходил даже сквозь моё прозрачное тело.
— И кем я должна стать?
— «Но скрывай кто ты. Будь осторожнее в делах своих и в слове. Ты сильнее и мудрее многих, но неопытна в жизни».
— Ваши загадки, словно щекотка, а потом, как удар в диафрагму. Сперва, весело от услышанного, а потом, от понимания, уже как-то не очень.
Уже постепенно стала привыкать к этому умнику в моей голове. Полагала, что это Хаос, но голос
