древние боги Земли-1 все-таки перекочевали с поколениями переселенцев в далекое будущее, снизошли до смертной сотрудницы Дальней разведки и развернули звездолет АСП обратно на станцию.
Кристина вытерла навернувшиеся слезы, бросилась вон из кабака, примчалась в свою конуру, подхватила вещи и побежала в космопорт. Она едва удержалась от того, чтобы на прощание не расцеловать хозяйку в дряблые щеки. О, теперь ей не было дела до УИЗов! Информационные стойки космопорта получали от Кристины совсем другие запросы.
«МНК-17 “Моника” АСП, на подходе, время прибытия и вариант стыковки уточняются».
Кристина как мантру повторяла это про себя, бродя по бесплатным залам ожидания, больше похожим на гигантские сплюснутые цистерны, изуродованные врезанными шлюзами. Частная платформа «Овер-Спейс-тур», у которой в прошлый раз швартовалась «Моника», – довольно тесная по меркам приличных космопортов, но связанная с транспортной сетью станции, по сравнению с этими консервными банками вспоминалась как образчик надежности, уюта и благоустроенности.
«Моника» влилась в транспортный поток и постепенно догоняла железный город, убегавший от нее по эллипсоидной орбите. На подходе к ТЗС-Гамма-202 экипаж собрался в рубке в полном составе. Стрэйк, отдыхавший последний отрезок пути, пришел на мостик и окинул взглядом благостную картинку.
– Как дела, капитан? – недоверчиво спросил он.
– Нормально. В этот раз без сбоев навигации обошлось.
– Мы «в автомате» идем?
– Угу. Причаливать не будем. Расценки для среднетоннажников здесь недружественные. Я на катере до станции сгоняю. Садись, подключайся на контрольное пилотирование. Виктор, ты со мной, – сказал Рэд и передал управление. – Джери, как определишься с орбитой, возьми планетолет, Белтса с ребятами и смотайтесь на грузовой терминал за внешним погрузчиком. Радист и штурман остаются на борту. Кейт, у тебя полномочия капитана на время нашего отсутствия. Техперсонал в курсе.
Оборудование для МНК-17, случайно залетевшего в межзвездную даль, на ТЗС, разумеется, не завезли. Но различных транспортников вокруг толкалось великое множество, и торговля запчастями шла бойкая. Как только Кейт установил связь, Белтс, Виктор, Рэд и двое техников устроили небольшое совещание и подобрали в каталоге внешний погрузчик, совместимый с уцелевшей поворотной платформой «Моники». Рэд согласился, что это лучше, чем ничего, но привезти и установить сменный погрузчик за то время, в которое он собирался сгонять за девчонкой, команда не успевала.
– Капитан, давай я с тобой смотаюсь, – предложил Серж. – Пусть бортинж своим делом занимается.
– То есть сидит, дожидается доклада техников, что монтаж погрузчика закончен? Это он и так успеет. Ты остаешься в рубке, Серж. Блохин со мной на катер.
– Нельзя тебе за девочками, у тебя астенический синдром, – подмигнул Виктор Сержу.
– Как он жить-то будет… – ухмыльнулся Кейт.
– Есть у меня одна методика, – Виктор похлопал себя по пустому карману. – Пятьсот кредиток за курс, и езжай с капитаном.
– Сертификат покажи, – предложил штурман.
– С чего вдруг началось бурное обсуждение, кому идти, кому остаться? – оборвал их Рэд, оглянувшись на Виктора. – Я непонятно выразился?
– Нет, сэр.
– Значит, заткнулись все! И в индивидуальных режимах тоже. Виктор, встречаемся в ангаре. Серж остается на борту. Стрэйк – на планетолет. Кейт, звездолет в твоем распоряжении. Командуй.
Капитан встал и вышел.
Серж скривился, как от зубной боли. Блохин покачал головой.
– Ну что, ребятки, довели-таки Гардона, смогли? – спросил Стрэйк. – Подставили капитана – наслаждайтесь жестким администрированием!
– Так мы со вчерашнего дня наслаждаемся… – проворчал Кейт. – Всей командой. Штурман в особенности. Да, Серж?
– Что Серж? Я ему в глотку бухло не заливал, – огрызнулся тот. – Или, может, это из-за меня у него нейросеть «Моники» с ума сходит и виртуалка тормозит? «В автомате» он идет.
– Ты бы лучше помолчал, – заметил Стрэйк.
– Конечно. У тебя, Джери, эксклюзивные права на ссоры с командиром экипажа на год вперед выкуплены!
Стрэйк плюнул и отвернулся.
– В самом деле, Джери. Вы как в рубке что-нибудь обсудите, так Гардон потом до конца дня с пол-оборота заводится, – сказал Блохин в спинку его кресла.
– Заботишься о капитане? Игрушки закончились? – усмехнулся Стрэйк. – Лучше бы штраф за него заплатил. Он тебя всю жизнь прикрывать не нанимался.
– Какой еще штраф?
– За неосторожное судовождение. Всяко дешевле обошлось, чем убытки грузовому порту возмещать. Тебе техники сколько раз докладывали, что на кормовом погрузчике датчики нештатно срабатывают? Прохлопал деформацию! – Стрэйк вздохнул и перегнулся через подлокотник. – Иди уже в ангар, Виктор, не усугубляй, – сказал он. – Иначе сейчас еще на один штраф налетаете. Ребятам передай, что мы следом стартуем, как только я воткнусь куда-нибудь поближе к ТЗС. Пусть планетолет готовят.
В ангаре было шумно, людно, оба малых звездолета готовились к старту, в планетолет грузились техники. Виктор прошел сквозь тщательно организованную суету и поднялся на борт катера.
– Внимание экипажу. Орбита, – объявил Кейт по громкой связи. – Старт малому бортовому звездолету разрешен.
Рэд кивнул усевшемуся рядом Виктору и толкнул катер с платформы к шлюзу.
– Джери сказал, я тебе денег должен, – как бы невзначай обронил Блохин, как только они прошли силовой щит «Моники».
– Каких еще денег?
Виктор объяснил.
– А, не напоминай! – попросил Рэд. – Тут без бутылки не разберешься, кто кому что должен. В грузовой терминал вообще-то Стрэйк заходил, и сервис-бригаду дежурную тоже он проверял, так что чисто умозрительно – это его штраф тоже. Меньше его слушай.
– Это его расстраивает. Еще один вопрос разрешите, господин капитан?
Рэд, все еще раздраженный тем, что сорвался в рубке из-за пустяка, оглянулся на него, словно спрашивая: «Что это на тебя нашло? Здесь, кроме нас, никого нет».
– Я вот все думаю, как это у Кейта получается? – улыбнулся Виктор в ответ на недоуменный взгляд капитана. – Перескакивает с «да, сэр», «нет, сэр» на обычный треп и обратно как дышит! И заметь, еще ни разу в выборе не ошибся. Их там генетически меняют, на Аналоге-три, в их военных академиях?
– Ты об этом хотел меня спросить?
– Не только. Ты действительно думаешь, что это реально: найти в космосе звездолет, который аварийно выбросило из воображаемого центра воображаемой сферы?
– Магистральный тягач – это очень большой звездолет.
– Так и разброс – бесконечность.
– Красиво, – сказал Гардон и устремил взгляд на приближающийся пассажирский терминал, мерцавший синеватой подсветкой силовых щитов.
Капсулы сверхпроводимой «Спирали», безостановочно мчавшиеся по всей обшивке станции, обтекали его, как зачумленный район, чтобы избежать столкновений с роящейся вокруг мелочью. Терминал был утыкан шлюзовыми портами для приема маломерных судов, как рогатая морская мина, и имел форму бублика, закрепленного на толстом стержне, куда подводилась внутренняя транспортная линия.
– Терминал как терминал, – заметил Виктор.
– Я про бесконечность…
– А я про магистральник.
– Ах да, тягач… На чем мы остановились?
– На том, что снимать головную боль алкоголем – антинаучно. Меня сегодня только ленивый не спросил про твою
