платье. Сойдя с подиума, я оказалась вплотную к Никите, который даже не посторонился, хотя мог сделать шаг назад. Он нагло, по-хозяйски смотрел мне в глаза, заставив меня потупить взгляд, а потом, положив руки мне на попу, с силой притянул меня к себе.
— У тебя классная попка, — сказал он, забравшись руками под платье и сильно стиснув мои ягодицы.
Захватив подол платья, он стал поднимать его вверх, оголяя мою писю, животик, грудь… Пока не снял его совсем, оставив меня совершенно голой. Я была полностью в его власти и не могла сопротивляться.
Резко развернув меня спиной к себе, он заставил меня наклониться вперёд, и мне, чтобы сохранить равновесие, ничего не оставалось, как опереться руками на грязный деревянный настил. В следующее мгновение я почувствовала, как его член пытается пролезть в мою попку. Я приготовилась к болезненным ощущениям, но, похоже, алкоголь расслабил меня и тут — его член проскочил в меня довольно легко.
Моё лицо располагалось как раз над этой вонючей дыркой, и я поначалу ни о чём другом не могла думать, кроме как о том, чтобы пореже дышать. Но постепенно, ритмичное и упругое движение члена в моей попке, настроило меня на другие мысли. Меня стало заполнять знакомое ощущение нарастающего возбуждения, и я невольно переключила своё внимание на него.
Я стремилась навстречу каждому новому удару члена, стараясь попасть в такт. Оргазм приближался очень медленно, а мне хотелось ускорить его наступление. Но я не успела…
Навалившись на меня, так что я едва удержалась в своём не очень удобном положении, Никита кончил. Какое чувство преобладало во мне в тот момент, сказать сложно… С одной стороны закончилось очередное моё унижение, и было чувство облегчения. С другой, была обида на саму себя, за то, что я не успела кончить. И с третьей стороны злость на саму себя за то, что в такой неприятной и дикой ситуации, я, оказывается, способна получать удовольствие.
Он опять резко развернул меня к себе, так что от неожиданности я потеряла устойчивость и плюхнулась голой попой на грязный деревянный подиум. Он поднёс свой член к моему рту. Я умоляюще посмотрела на него, но его взгляд был суров непреклонен. Мне ничего не оставалось, как подчиниться ему — я взяла в рот его член, чуть не подавившись при этом. Не очень-то приятно облизывать то, что только что вытащили из задницы.
— Ну, вот и умничка, — сказал Никита, удовлетворённый наконец моим старанием.
Он застегнул ширинку.
— Платье отдам, когда отработаешь, — добавил он, выходя из туалета.
Я не успела ему даже возразить, настолько всё неожиданно произошло. Я смотрела, как он удаляется в сторону дома с моим платьем в руке и всё ещё надеялась, что он пошутил… Что вот сейчас он развернётся и вернёт мне моё платье… И мы вместе посмеёмся… Но он даже не обернулся… Зайдя за угол дома, он скрылся из глаз.
Я оказалась голой в совершенно незнакомом мне месте, может быть за сотню километров от дома и без всякого представления о моём ближайшем будущем. Чувство паники стало проникать в моё сознание… То ли от холода, то ли от страха перед неизвестностью по телу пробежала крупная дрожь…
На улице неумолимо темнело…
Я не могла поверить, что это случилось со мной. Совершенно голая, хрен знает где и с неприятной перспективой быть изнасилованной толпой пьяных гостей… Неожиданно мне пришла в голову мысль, что ведь когда-то я мечтала именно о такой ситуации: оказаться голой (и желательно подальше от одежды) в руках маньяков (желательно не очень свирепых). Именно такие фантазии особенно возбуждали меня и помогали мне при мастурбации, неоднократно и мощно «кончать». И вот мои мысли реализуются… Так странно…
Но что же мне делать? Убежать? Через забор я перепрыгну, но что дальше? Голая, в совершенно незнакомом месте… Зимой! Как я доберусь до дома? В отчаянии я опустилась на грязный деревянный настил, ощутив голой попой холод досок и одновременно внутри себя, движение тяжёлого предмета.
«Телефон!» — вспомнила я, — «вот оно — спасение!»
Раздвинув пальчиками половые губы, я забралась двумя пальцами, словно пинцетом, в щёлочку, стараясь нащупать и ухватить ими целлофановый пакет. Вскоре мне это удалось, и я с победным видом вытащила из влагалища телефон. Освободив его из пакета, я приготовилась звонить. От волнения сердце учащённо билось — моё спасение в моих руках.
Но кому звонить… Звонить родителям — это бред, тем более, что их сейчас нет в Москве… Позвонить Юлиане? Но номер я её совершенно не помнила… И тут я вспомнила про Антона! Что он там говорил? Простой номер телефона… Номер школы, номер дома… И что-то там ещё… А! Номер квартиры! Или наоборот?
А какой оператор? МТС, Мегафон?? Попробую начать с МТС… Я стала набирать эти числа… Сначала в одной последовательности — трубку взяла какая-то девушка и я сразу скинула вызов…
Потом поменяла местами числа… Мужской голос ответил на другом конце, но после моего вопроса: «Антон?», он сам положил трубку.
Я уже начинала волноваться: Никита мог в любую минуту вернуться, и я лишилась бы единственной надежды на спасение. Набрав очередную комбинацию цифр, я наконец услышала говос Антона, привычно растягивающего гласные! Кто бы мог подумать, что я когда-либо так обрадуюсь его голосу.
— Алло, Антон, — радостно начала я, — это я, Кристина!
— Привет! — обрадовался он, — ты всё-таки позвонила…
— Слушай, Антон, — продолжала я, — мне нужна твоя помощь!
— А что случилось? — его голос напрягся.
— Я сейчас в где-то в Подмосковье, какая-то деревня Дедовск, и я абсолютно голая… Забери меня пожалуйста отсюда.
— Голая…? — в его голосе появились сладкие нотки.
— Я не шучу, Антон, — я начинала злиться, — мне грозит опасность. Если заберёшь меня отсюда — я готова провести с вами весь вечер.
— Ладно, я что-нибудь придумаю, — сказал Антон, — где ты говоришь? В Дедовске?
— Да, вроде так называется. Антон, дом тут большой с зелёной крышей, увидишь. Ты посигналь, как подъедешь, ладно? На телефон на этот не звони.
— ОК! — сказал он и повесил трубку.
Сердце колотилось от волнения со страшной силой. Я радовалась своей находчивости и удачному стечению обстоятельств: у меня «под рукой» оказался телефон, а в моей памяти сохранился номер телефона того, кто мог бы мне помочь. Пусть не безвозмездно, но зато без лишних допросов и расспросов. У меня появилась надежда выкрутиться из этой неприятной ситуации. Сейчас я была готова на что угодно, только бы вырваться отсюда. Перспектива провести здесь всю ночь, а раньше, как
