частные владения… — Джаспер заметил жену и тут же прервал разговор.
— Эйлин, — он шагнул к ней. — Что у тебя в руках?
— Старые письма. Твоя тетя была так любезна, что дала мне их. Миледи, я благодарю вас, — девушка протянула шкатулку леди Вайолет.
— Можете оставить их себе, моя дорогая, — отмахнулась та. — Как я понимаю, вам они нужнее.
— Старые письма? — граф Уорвик приподнял брови.
— Все женщины очень сентиментальны, мой милый. Чего только мы не храним в своих шкатулках и памяти, — леди Вайолет натянуто улыбнулась. — Думаю, слуги уже накрыли на стол… Эйлин, надеюсь, вы не в обиде, что я взяла на себя смелость распорядится по поводу ужина?
— Нет, что вы! Тем более я об этом совершенно забыла.
— Немудрено, — отозвался архиепископ и сразу же заслужил колкий взгляд леди Вайолет. От высказываний достопочтенная леди удержалась, за что Эйлин была ей благодарна — еще одну словесную перепалку она бы не выдержала.
— Ну что, идем? — Джаспер протянул девушке руку.
— Да, — она замялась, не желая выпускать шкатулку из рук.
— Вам так дороги чужие воспоминания, миледи? — вежливо поинтересовался дю Вилль.
— Мне дорого все, что касается моего мужа, милорд, — вежливо заметила Эйлин. Маркиз криво усмехнулся, но заметив злой взгляд друга, продолжать не стал. Просто направился к дверям столовой, предоставив архиепископу право вести к столу леди Вайолет. Судя по фырканью, ей это не понравилось, но возражать достопочтенная дама не стала.
Разговор за столом не клеился. Граф Уорвик мрачно поглядывал на часы, леди Вайолет все еще была оскорблена поступком маркиза, а Эйлин перебирала в памяти фразы из писем. Она то и дело ловила на себе пристальные взгляды дю Вилля, словно тот пытался прочесть её мысли. Только архиепископ, казалось, не замечал всеобщей унылой атмосферы. Он явно наслаждался каждой переменой блюд и просил передать комплименты кухарке.
наконец, лакей внес в столовую графин с портвейном и бокалы. Облегченно выдохнув, Эйлин вскочила и направилась к выходу. Леди Вайолет поспешила за ней.
— Вы так торопитесь, моя дорогая, словно за вами гонится стая диких животных.
— Я… я просто очень устала…
— Да, еще и эта дорога… надеюсь, вы не в обиде, что я не поеду с вами? Вы же понимаете…
— Нет, нет, все в порядке, — уверила её девушка, в тайне радуясь, что не придется объясняться еще и с тетей мужа.
Выросшая в доме викария, Эйлин не была уверена, что поступает правильно, отказываясь подчиняться мужу, но понимала, что не должна покидать Джаспера.
— Наверное, мне лучше собрать вещи? — она натянуто улыбнулась.
— Да, только не берите ничего лишнего, чтобы не возбуждать подозрений.
— Разумеется.
Оставив леди Вайолет, Эйлин почти вбежала наверх. оказавшись в спальне Джаспера она, наконец, отставила шкатулку с письмами и начала собирать вещи, стремясь сделать так, чтобы не вызвать подозрений, и в то же время, сделав так, чтобы не взять то, чтот ей действительно понадобиться. Наконец, все было готово. Тщательно застегнув саквояж, любезно предоставленный леди Вайолет, девушка вернулась в гостиную. мужчины были уже там. При виде Эйлин они переглянулись. Архиепископ довольно улыбнулся и протянул руку хозяину дома.
— Что же, ваше сиятельство, рад был провести этот день с вами.
Тот улыбнулся и крепко сжал его ладонь:
— Надеюсь вы не в обиде за наше своевольство по отношению к вам.
— Это было даже… забавно, если бы не причины, сподвигнувшие вас на это.
— Благодарю, — граф Уорвик улыбнулся и повернулся к жене. — Эйлин…
— Полагаю, убеждать тебя переменить свое решение не имеет смысла? — тихо поинтеерсовалась она.
— Да. Там ты будешь в безопасности.
— А ты?
— Я приеду, как только смогу.
— Говорите так, словно твоя жена уезжает не в соседнее имение, а по крайней мере в соседний райдинг, — фыркнула леди Вайолет. — В любом случае, надеюсь, что жизнь с архиепископом не причинит вам неудобств.
Дю Вилль только скривился. В эту минуту слуга вошел в комнату и возвестил, что экипаж его преподобия подан.
Придерживаясь плана, еще днем изложенного Джаспером, все присутствующие отправились на крыльцо, чтобы проводить почетного гостя. Рукопожатия, слова прощания — за всем этим Эйлин легко проскользнула в карету, прикрытая со стороны дома спинами мужчин. Архиепископ моментально последовал за ней, дверца захлопнулась и карета направилась по аллее.
— Ваше преподобие, — девушка моментально повернулась к спутнику. — Не могли бы вы остановить экипаж за поворотом?
— Там где кусты скрывают подъездную аллею от глаз тех, кто в доме? — архиепископ мгновенно уловил суть.
— Да.
— Могу я поинтересоваться причинами, руководящими вами, миледи?
— Мое место — рядом с мужем. Я поклялась в этом сегодня утром и я… — она на секунду замолчала и быстро продолжила. — Джаспер должен завершить то, что начал и найти предателя.
Преподобный Томас только улыбнулся в ответ и стукнул по стенке кареты.
Как только экипаж выехал за ворота усадьбы, дорогу моментально преградили люди констебля.
— Стой!
— По какому праву? — его преподобие выглянул из кареты. — Что вы себе позволяете?
— Простите, ваше преподобие, но констебль распорядился досматривать любой экипаж… — высокий дородный мужчина, по всей видимости старший, смущенно мял в руках картуз. — Мы не смеем нарушить приказ.
Преподобный Томас хмуро взглянул на него.
— Вы понимаете, — отрывисто произнес он. — Что я буду вынужден пожаловаться на этот произвол его величеству?
— Ваше преподобие, — подал голос еще один мужчина. — Мы же — люди маленькие. Нам приказали, вот мы и делаем…
— А коли делать не будем, так нас констебль со свету сживет! — подхватил третий.
Архиепископ нахмурился еще больше.
— Я определенно буду жаловаться королю, — повторил он, распахивая дверцу так, что стоящие рядом с экипажем едва успели отскочить. Один за другим все трое заглянули внутрь кареты и убедились, что кроме хозяина там никого нет.
— Прошу прощения, ваше преподобие…
— Вы уж не обессудьте, ваше преподобие…
Затянули они один за другим. Архиепископ сердито отмахнулся, захлопнул дверцу и дал знак кучеру трогать.
Все это Эйлин видела, спрятавшись за кустами в парке. В который раз порадовавшись, что не пошла на поводу у других, девушка убедилась, что люди констебля отступили и только после этого направилась к дому, стараясь держаться в тени деревьев.
Подозрения, которые появились у нее в библиотеке, после досмотра экипажа архиепископа только возросли. Поймай её люди констебля, Эйлин грозила бы тюремная камера, а попытку скрыться наверняка приравняли бы к признанию вины. Маркиз дю Вилль прекрасно понимал это, и, наверняка, именно он дал знать Уэстону об экипаже архиепископа, убивая двух зайцев одним ударом.
Глава 36
Чтобы не выдать себя, Эйлин не стала подходить к крыльцу. Обогнув
