отливом шкафы, такого же цвета холодильник, посудомоечная машина, газовая плита и микроволновка. Вместо стола – вделанная одним концом в стену барная стойка, около которой мостились высокие табуреты на одной ножке. На стеклянных полках – разномастные фужеры, тарелки, вазы – вся посуда по колеру напоминала недозрелый цитрус.
Кира, стараясь не смотреть на все это «великолепие», жадно попила воды прямо из-под крана и неловко приткнулась на высокий табурет. Она настолько задумалась, что не услышала щелчок открываемой входной двери.
– С добрым утром, спящая красавица! – прогремело с порога. Кира, подняв голову, увидела стоящего в дверях Глеба, одетого, как всегда, в рваные джинсы и кожаную куртку с бахромой и металлическими заклепками. Он решительным шагом ворвался в кухню и подошел к Кире.
– Голова болит и тошнит жутко, – призналась Кира. – По-моему, меня чем-то оглоушили по макушке.
Глеб профессиональными уверенными движениями быстро ощупал ее многострадальную голову, взялся за подбородок и заглянул в глаза.
– Зрачки сужены, – резюмировал он. – А макушка как раз таки целая.
– И что это значит? – с подозрением в голосе спросила Кира.
– Никто тебя не оглоушивал, чем-то укололи, скорее всего, сильным транквилизатором.
– По какой специальности ты квалифицировался в институте? – поинтересовалась Кира.
– Невропатолог, – хмыкнул Глеб. – Как раз в тему. Он подошел к подвесному шкафчику, выудил из него тяжелую медную турку и банку с кофе и принялся орудовать у газплиты.
– Сейчас мы с тобой побалуемся кофейком с крендельком и обо всем спокойно побеседуем, – хмыкнул Глеб. Ты расскажешь мне обо всем, что с тобой произошло и почему ты вчера весь вечер твердила сквозь сон, чтобы я ничего не говорил Егору.
– Хорошо, – кивнула Кира, подпирая невообразимо болевшую голову обеими руками.
Глеб довольно ловко сварил ароматный кофе, разлил его в две чашечки и выставил на стойку вазу с печеньем. Пошуровав в ящиках, он положил перед Кирой таблетку обезболивающего, взглянул на нее и добавил еще одну.
Кира, с благодарностью взглянув на рокера, торопливо положила таблетки в рот, запила минеральной водой и постаралась сосредоточиться, чтобы ничего не упустить.
– Вчера я поехала в Пронькино, – начала она…
Внимательно выслушав Киру, Глеб задал несколько вопросов и задумался.
– Одно я могу сказать точно: Егор тут совершенно ни при чем, – произнес он после минутного молчания. – Здесь замешан кто-то другой. И этот кто-то очень хорошо знает тебя.
– Я сама об этом думала, – согласилась Кира. – Но как узнать, кто это? Кто открыл на меня сезон охоты?
– У меня есть только одна идея, но чтобы ее осуществить, мне нужна помощь, – Глеб почесал затылок. – Пожалуй, самое время звонить Егору.
Он вытащил из кармана огромный черный телефон и набрал номер. Кира, как завороженная, следила за его действиями.
– Егор? – Глеб перехватил трубку другой рукой и прижал к левому уху. – Ты можешь приехать? Да, прямо сейчас! Да в курсе я, что у тебя проблемы. Думается, я в силах их решить. Твоя проблема сейчас сидит напротив меня и страдает от жуткой головной боли. Я грешным делом подумал было, что она вчера набухалась, но все оказалось немного сложнее. Совсем чуть-чуть. – он хмыкнул. – Ага, жду!
– Сказал: мчится со всех ног! – объявил Глеб Кире, пряча телефон в карман. – Тебе еще кофейка?
– Можно, – кивнула Кира. От того, что она выговорилась и переложила на Глеба существенную часть своих проблем, ей стало гораздо легче, и в голове как-то просветлело, и даже тошнить стало меньше.
Егор примчался через сорок минут – потный и растрепанный. Вбежав в квартиру, он первым делом крепко прижал к себе Киру.
– Господи, чего я только не передумал за это время! – проговорил он.
– Можно подумать, что прошло полгода, – засмеялся Глеб. – Твоей невесты не было какие-то сутки!
– Мне и этого хватило! – заявил Егор.
– Хватит уже кудахтать, как наседка над запоносившим цыпленком! – хмыкнул Глеб. Он налил кофе в еще одну чашечку и подвинул Егору. – И сними ты уже куртку, ей Богу!
– …Вот и вся история, – Кира залпом допила остывший кофе, как если бы это была водка. – Как Глеб приехал и привез меня сюда, я уже не помню.
– Она была в полной отключке, – подтвердил Глеб. – Ну, и что мы будем делать в сложившейся ситуации? – Егор, у тебя есть какие-нибудь конструктивные идеи насчет личности напавшего на твою девушку?
– Есть, – признался Егор. Кира поперхнулась и закашлялась.
– Ты знаешь, кто это сделал? – спросила она с подозрением в голосе.
– Догадываюсь, – скромно подтвердил Егор. – Но, боюсь, одних моих догадок мало. У меня нет ни одного доказательства, одни косвенные предположения.
– Немедленно скажи, кто это! – Кира привстала за столом. – Я хочу знать!
– Да подожди ты, торопыга! – Глеб осторожно взял Киру за плечи и усадил ее обратно.
– Я так понимаю, преступника надо брать на живца? – обратился он к Егору.
– Правильно понимаешь, – подтвердил тот. – Но я боюсь: вдруг что-то пойдет не так? Мы не можем подвергать Киру такому риску.
– А если просто натолкнуть убийцу, как бы невзначай преподнести ему информацию, а Киру не задействовать? – предложил Глеб.
– Бесполезно, – покачал головой Егор. – Нам нужны доказательства, а без Киры их добыть не удастся.
– Я согласна! – вскинулась Кира. – Что нужно делать?
– Пробежать голой по Тверской! – заржал Глеб.
– Очень остроумно! – надулась Кира. – Я, конечно, благодарна Вам за мое спасение, но это не значит, что теперь можно издеваться надо мной!
– Никто над тобой не издевается, дурочка, я же любя! – Глеб перегнулся через стойку и отечески приложился к Кириному лбу смачным поцелуем.
– Чего это ты целуешь мою девушку? – весьма правдиво возмутился Егор.
– Между прочим, девушку целуют хотя бы в щеку. А в лоб – только покойников, – оскорбилась Кира. – Это что, тонкий намек на мою возможную кончину?
– Типун тебе на язык! – рассердился Егор. – Ладно, пошутили и хватит! Давайте ближе к делу. У меня есть определенные догадки, кто стоит за всей этой кутерьмой. Но никаких прямых доказательств, только сплетни, слухи и воспоминания давно ушедших дней. Поэтому я не вижу другого выхода, кроме как заманить убийцу в ловушку.
– Что для этого нужно сделать? – деловито поинтересовалась Кира, заправив за ухо прядь волос весьма воинственным движением.
– Тебе придется вернуться в дом, – нехотя выдавил Егор. – Другого выхода я не вижу. Мы должны спровоцировать убийцу, чтобы он перенервничал и выдал себя.
– Хорошо! Я готова! – Кира решительно поднялась из-за стойки и пошла в спальню за курткой.
– Нет, ты послушай, какая женщина! – восхищенно причмокнул Глеб. – Мне б такую!
Дорога до Пронькино, как показалось Кире, заняла буквально десять минут. Кира давно заметила, что когда нужно срочно
