Тони меньше всего хотелось, чтобы она задерживала свое внимание на вопросе, почему упомянутый джентльмен казался ей таким знакомым, и в конце концов докопалась до правды. Конечно, результат будет достаточно плохим и в том случае, если он сам обо всем расскажет ей, но по крайней мере тогда он будет контролировать ситуацию. По своему опыту он знал, что нет ничего хуже, чем неожиданные открытия.
— Очень многие на свете, — проговорил он задумчиво, — верят, что душа никогда не умирает, что она возрождается снова и снова, и мы живем не одну жизнь.
— Такая теория называется реинкарнацией, — согласилась Делия, кивнув. — Моя мама рассказывала о ней. Она верит в нее, как и во многие подобные вещи.
— Согласно этой теории, те, кого мы знаем в нынешней жизни, возможно, встречались нам в прошлом и станут известны в будущем. Поэтому иногда люди, которых мы никогда не встречали, кажутся нам знакомыми.
— Вы хотите сказать, что таких людей мы знали в прошлой жизни? Я никогда раньше не придавала подобным умозаключениям значения, но идея прелестная. Значит, тех, кого мы любим в теперешней жизни…
— Мы любили когда-то в прошлом.
— Как романтично. Кому-то судьбой предназначено быть вместе целую вечность, хотя человек может совершать одни и те же ошибки снова и снова.
— Насколько я понимаю, в каждой новой жизни человек имеет возможность искупить прошлые грехи.
— Приятно слышать. — Она улыбнулась ему. — И все же здесь есть что-то забавное. Как вы считаете? Мы знакомимся или только хотим познакомиться с человеком, а оказывается, что мы уже знаем его по прошлой жизни. Такое обстоятельство лишает нашу жизнь элемента волнующего приключения.
— Волнующее приключение всегда можно создать самим, мэм.
Она засмеялась:
— Вы воодушевили меня, Гордон.
— В таком случае можно считать, что я выполнил свою задачу на сегодняшний вечер, — подытожил он с улыбкой. Он радовался, что поднял ее настроение, даже несмотря на то что представлялся для нее всего лишь дворецким, а не виконтом Сент-Стивенсом. Ему нравилось, как она слушала его, как смотрела на него, словно он мог ответить на все жизненные вопросы. Он опять почувствовал странный приступ зависти к Гордону.
— А теперь ответьте мне еще на один вопрос.
— Постараюсь.
— Отбросив предположение, что джентльмен и я могли встречаться раньше, в данный момент мне необходимо найти способ объяснить ему… ну… — Она сморщила нос.
— Что вы не являетесь вашей сестрой? Делия кивнула.
— Простите мою дерзость, если я дам вам шокирующий совет…
— Шокирующие советы уже давно не смущают меня. Что вы предлагаете?
— Сказать ему правду, миледи. Лицо ее исказилось.
— Действительно, звучит шокирующе.
— Вы будете удивлены, узнав, как высоко джентльмены ценят честность. Если он именно такой человек, каким вы его себе представляете, если он достоин вашей любви, он отнесется к вам великодушно.
— Вы действительно так думаете?
— Миледи, я готов поставить на спор свою месячную зарплату.
Делия долго, внимательно смотрела на него.
— Вы правы, и я начинаю верить, что вы правы всегда. Я пыталась объясниться сегодня вечером, но… — она пожала плечами, — все пошло не так, как я планировала. Теперь я не вижу возможности продолжать общаться с ним, представляясь своей сестрой, и не хочу просить ее поддерживать этот маскарад. — Она откинулась на спинку кресла и решительно приподняла подбородок. — Я откроюсь ему завтра вечером. Признаюсь во всем и буду надеяться на лучшее.
— Я уверен, что все будет хорошо, миледи. Разумеется, Тони мог гарантировать ей хороший конец.
Он сделает все, чтобы облегчить ей признание, не открывая своих секретов. Он сделает вид, что удивлен ее признанием, но не обидится за ее обман. Он будет великодушен, обаятелен и даже весел. Вероятно, они вместе посмеются над ее уловкой и весьма полезно и приятно проведут вечер.
— Кажется, я должна двигать шашки. — Делия посмотрела на доску и улыбнулась. — Мне почему-то хочется все смешать и перевернуть доску. Предлагаю начать новую партию. У меня появился интерес к игре, и должна предупредить, что я намерена победить. Более того, — глаза ее оживленно блеснули, — я не собираюсь больше хандрить.
Глава 13
«Дорогая Делия!
Несмотря на желание не высказывать своего удивления, должна признаться, что была весьма шокирована сегодня. Речь идет о наших родителях, которые привели меня в такое состояние своим до сих пор совершенно непонятным мне поведением.
Не знаю точно, что стало им известно, но отец сказал матери, что ты уже миновала тот возраст, когда должна на все просить разрешения родителей, и заслужила право делать свои собственные ошибки. Более того, отец заявил, что, даже если я не замужем и живу с ними под одной крышей, мне уже тоже достаточно лет, чтобы совершать свои ошибки, хотя, уверяю тебя, у меня нет никакого желания делать их.
Мама восприняла его слова с необычным спокойствием, какое я редко наблюдала у нее. Наверное, звезды изменили свое расположение на небесах, или в аду стало заметно холоднее, или свиньи скоро начнут летать…»
— Темно-красный или бледно-желтый цвет? — тихо произнесла Делия, расхаживая по гостиной со сцепленными руками.
Нелепо, конечно, но, решая вопрос о преобладающем цвете той или иной обновленной комнаты, она не могла избавиться от мысли, что в любую минуту здесь может появиться Сент-Стивенс. Даже табун буйствующих лошадей в прихожей или летающие свиньи, о которых упомянула сестра, не могли бы отвлечь ее от мысли о предстоящем визите Сент-Стивенса.
Делия, конечно, подготовилась как могла. Она надела черное кружевное платье, в котором танцевала на балу у бабушки, зная, что хорошо выглядит в черном. Предвкушение и некоторое опасение грядущего вечера окрасили румянцем ее щеки. В течение дня она перебирала множество вариантов, что и как она скажет ему.
— Темно-красный или бледно-желтый? — повторила она, а мыслями находилась далеко от проблем ремонта комнаты.
Что, если он решил вообще не приезжать? — думала она. Разумеется, тогда бы он прислал записку. Он не тот человек, который может принять приглашение, а потом отказаться от визита без уважительной причины. Сент-Стивенс считал себя слишком старомодным. Она улыбнулась. На самом деле он ничуть не старомоден и назвать его таковым мог только безумец.
— Темно-красный или бледно-желтый? Темно-красный или бледно-желтый…
Конечно, если он узнал, что она не мисс Эффингтон, то, возможно, слишком разгневался, чтобы приехать. Или оскорбился. Она могла представить, каким одураченным он чувствовал себя, особенно после встречи с ее родителями. Он мог подумать, что она просто затеяла с ним кокетливую игру. Боже, ведь он говорил о браке и о возможной любви — несомненно, очень трудной теме для мужчины, чтобы обсуждать ее вслух при любых обстоятельствах. У нее сжалось сердце при мысли, что, возможно, она никогда больше не увидит его.
