плохую историю, а сейчас он позвонил, что едет ко мне. Женя, я не знаю, что мне делать.
Пожалуй, самое непонятное заключалось в том, почему, попав в неприятности, Букля позвонила именно ей. Не были они никогда подругами, да и вообще сто лет не виделись.
– Кто он? – спросила Женя, решив выяснить главное.
– Гордеев.
– Александр Петрович? Ты звонишь мне, потому что знаешь, что он – мой клиент? Откуда?
– Он мне сказал. Понимаешь, это я его к тебе отправила. Я сделала так, чтобы он обратился к тебе за юридической консультацией.
– Спасибо, конечно, – поблагодарила вежливая Женя. – Мне приятно, что ты рекомендуешь меня в качестве юриста. Но рыдаешь-то ты почему?
– Женька, он меня убьет. Ты не представляешь, какой это жестокий человек. Он никогда ни перед чем не остановится. Он людей пытал. Я знаю, он мне сам рассказывал.
– Кто пытал людей? Гордеев? Когда? – Женя вообще ничего не понимала.
– Если я все расскажу, он меня убьет. Точно убьет. Он слишком далеко зашел. Из-за монеты. Это все из-за монеты. Он и тебя убьет, Женя. Ты прости меня, я не хотела тебя подставлять. Гордеев позвонил… Я сказала, что не буду молчать. Я же не знала… Я не хотела… Женя… Он убьет… Я его боюсь…
– Слушай, Аля, прекрати, пожалуйста, истерику, – жестко прервала ее Женя.
Она резко села в ванне, мокрой спине, груди и шее тут же стало холодно. Кожа покрылась противными пупырышками. Взгляд Жени упал на стоящий на краю ванны бокал. Может, Букля просто напилась по случаю пятничного вечера, и все, что она несет, является лишь пьяным бредом?
– Ты слышишь меня? Прекрати истерику. Я сейчас же соберусь и приеду к тебе. Если у Александра Петровича есть к тебе вопросы, то мы зададим их тебе вместе. Я же его адвокат.
– Ты действительно приедешь? – в голосе Букли страх сменился какой-то отчаянной надеждой. – Женя, приезжай, пожалуйста. Если нас будет двое, то, может быть, он нас не тронет.
Женя уже вылезла из ванны, расплескав на пол воду и немало этим не озаботившись. Нет, не судьба ей провести этот вечер в томном ничегонеделанье. Придется вытираться, натягивать спортивный костюм, выходить на мороз и ехать к Букле. Даже самой себе адвокат Волина не признавалась, что не стала этого делать, если бы не возможность пересечься там с Александром Гордеевым.
– Я буду через полчаса, – заявила она. – Диктуй адрес.
Букля назвала улицу и дом. Ехать действительно недалеко. Квартала три, не больше.
– Скоро буду, – заверила Женя.
На заднем фоне послышались какие-то звуки, похожие на скрип двери. Потом раздался негромкий вскрик и шум, словно что-то упало.
– Аля, – позвала она в трубку. – Буковеева, ты слышишь меня? Когда Гордеев приедет, не открывай ему дверь. Скажи, чтобы дождался меня в подъезде. Букля… Алло…
Кто-то дышал ей в ухо. Дыхание было другим, не таким, как у Букли, не прерывистым и со всхлипами, а размеренным, еле слышным.
– Алло… Кто это… Алло… Вы слышите меня?
Короткие гудки ударили ей в ухо. Не вытираясь и не заботясь о том, что она оставляет мокрые следы на полу, Женя метнулась в спальню и судорожно начала натягивать на себя одежду. Штаны закручивались вокруг мокрых ног. Она рычала от нетерпения, не обращая внимания на неприятно липнущую к спине футболку. Волосы тоже успели намокнуть. Их пришлось убрать под шапку. Наплевать, что мороз, в машине она не успеет простудиться.
Выскочив из квартиры, Женя прыгнула в машину, завела мотор, чихнувший на морозе несколько раз, но все-таки заработавший. Слава богу. Что-то подсказывало Жене, что нужно спешить.
Несмотря на шапку, голове все-таки было холодно. Не хватало еще заболеть. Рванув машину с места, Женя пулей вылетела из двора, пронеслась по пустынной улице, не скидывая скорость, вписалась в пару поворотов. Вообще-то она не любила экстремальной езды и никогда не нарушала правил. Сейчас же она гнала по скользким колеям, намерзшим на дороге. Коммунальные службы с ними не справлялись. Если ее остановят гаишники, то вряд ли она отделается просто штрафом. Она же еще и вино пила, пусть немного, но прибор наверняка покажет.
Впрочем, эта трусливая мысль тут же ушла, вытесненная острым беспокойством, которое гнало Женю вперед. Во дворе нужного ей дома она оказалась, если верить часам, через двадцать минут после того, как звонок Букли застал ее в ванной. В последнем рывке Женя бросила машину вперед и заняла единственный свободный пятачок во дворе. Даже удивительно, что он оставался незанятым. Или машина, которая на нем стояла, только что уехала?
Она заглушила мотор, выбралась из машины и задрала голову. Все окна высившегося над ней дома пятничным вечером горели. Кое-где все еще переливались новогодние гирлянды. Люди отмечали конец рабочей недели, проводили время со своими семьями, встречались с друзьями. Все как всегда. Однако чувство тревоги не проходило. Меньше всего на свете Жене сейчас хотелось заходить в нужный подъезд и искать названную Буклей квартиру.
Может быть, Макарову позвонить? Женька обязательно что-нибудь придумает. Она представила, как они вместе с ним входят в квартиру, где обнаруживают нетрезвую Буклю. Да уж, пожалуй, Женька не будет доволен, что его дернули на ложный вызов на ночь глядя. Да и Даша вряд ли спасибо скажет. Она и так почти не видит мужа из-за его сложной и бесконечной работы.
Во двор въехала еще одна машина. В свете фар не было видно какая. Притормозила в поисках места для парковки, кое-как приткнулась у сугроба. Немного приободрившись, что вокруг есть люди, Женя побрела к подъезду.
– Евгения Алексеевна, – услышала она знакомый голос и остановилась. От своей машины к ней спешил Александр Гордеев собственной персоной. – Женя, а вы что здесь делаете?
– Мне позвонила приятельница, – сообщила адвокат Волина и поглубже натянула шапку на свою опять начинающую подмерзать голову. – Ее зовут Аля Буковеева, и она сказала мне, что вы хотите ее убить.
Глава девятая
Он не ожидал ее здесь увидеть, даже несмотря на то что именно Буковеева рекомендовала ему Волину в качестве адвоката.
– Вы что, подруги? – спросил Александр. – И почему я должен ее убить?
– Нет, мы не подруги, просто учились вместе, – пояснила Евгения и поглубже натянула шапку. Она почему-то все время ее трогала, словно голова доставляла ей какой-то дискомфорт. – Я вообще удивилась, что Букля мне позвонила. Мы не виделись много лет.
– Букля?
– Это институтское прозвище Али. А почему вы должны ее убить, я не знаю. Вам виднее. Она сказала, что вы позвонили и пригрозили приехать.
– Я ей
