маньяку локтем в горло, а затем сразу же – коленом в живот. Тот согнулся напополам, хрипя и, кажется, задыхаясь. Рассмотреть его мешала лыжная маска на лице, но разглядывать убийцу Амали и не собиралась. Она наклонилась, собираясь ударить его по затылку, но тут преступник почти незаметным для человеческого глаза движением метнулся в сторону, и спустя секунду Элль буквально смело с места и впечатало в кирпичную стену.
В глазах потемнело, воздух в лёгких кончился, а сделать ещё вдох мешала сжимающая горло рука. Амали схватилась за неё обеими своими, но не смогла даже слегка ослабить захват. В голове зашумело, и Элль поняла, что начинает терять сознание, когда рука разжалась сама.
Амали рухнула на колени, судорожно кашляя и рефлекторно хватаясь за горло. Шум в ушах ещё не до конца стих, поэтому сперва она даже не поняла, что звуки ударов, вскрики и рычание – не плод воображения её страдающего от нехватки кислорода мозга.
Элль вскинула голову и поняла, что всего в паре метров от неё всё это время разворачивалась нешуточная схватка. Но только через несколько минут до неё дошло, что это никакая не схватка. Александр с перекошенным от гнева лицом методично избивал маньяка в лыжной маске. Тот уже не стоял на ногах и только закрывался руками, пытаясь отползти.
Амали завороженно смотрела, как вампир превращает противника в кусок мяса, пока руки от холода не начало покалывать. Тогда она наконец пришла в себя и крикнула:
- Алекс!
Вампир замер на середине движения и повернулся к ней.
- Что? – буднично спросил он, - что-то болит? Встать можешь?
- Всё нормально, - пробормотала Амали, с трудом встав на ноги и пытаясь отряхнуться, - что ты будешь с ним?..
В этот момент, пока Элль по инерции проговаривала начатую фразу, взгляд зацепил какое-то движение внизу; когда она перевела взгляд на маньяка, он уже выхватил из кармана какой-то блестящий…
- Сзади! – взвизгнула Амали и рванулась вперёд, но к тому моменту, когда она достигла места схватки, Хейден уже недоумённо смотрел на лезвие, пробившее спину с такой силой, что кончик вышел из груди.
Элль с яростью уставилась на убийцу. Хотелось ударить его, убить, уничтожить. Раздавить как мерзкого гигантского таракана.
Мужчина неожиданно завопил и поднял ладони к лицу, буквально сдирая с него маску. Обычный среднестатистический мужчина, продёт мимо, и спустя минуту его уже невозможно будет вспомнить.
Однако вполне заурядное лицо на глазах менялось, покрываясь сеткой набухающих вен. Они расползались по коже, словно струйки тёмной крови, и пульсировали, извивались, словно дождевые черви, выброшенные на асфальт.
Кожа темнела, сперва сделавшись тёмно-красной, а затем – совершенно чёрной. Глаза запали, губы истончились, и спустя минуту на месте здорового мужчины лежала высохшая мумия.
- Твою мать, - протянула Амали и почесала шею, но воспоминание о ноже и Александре вернуло её к реальности. Она резко обернулась, и они с вампиром молча уставились друг на друга.
- Не поможешь? – наконец спросил Хейден, и Элль опомнилась, поняв, что нож из спины самому вытаскивать не слишком удобно. Она трясущимися пальцами схватилась за рукоятку и дёрнула изо всех сил, тут же с омерзением отбросив кинжал куда-то в жухлую траву.
- Ты… эээ… цел? – уточнила она, глядя на вампира. Тот пожал плечами и стянул куртку.
- Можно, я?.. – неловко начала Амали и, не закончив предложение, подошла ближе, положив ладонь на его спину с черневшей на рубашке окровавленной раной.
- Что ты делаешь? – насмешливо уточнил Александр и обернулся, так что рука Элль лежала теперь на его груди. Амали подняла глаза, и её неожиданно затопило огромной волной благодарности. Вслед за этим ладонь охватило зелёное сияние, и Элль кожей почувствовала толчок, затем ещё один – что-то словно стучалось в её руку, и целая секунда ушла у неё на то, чтобы понять.
Это стук сердца.
Хейден отшатнулся, разрывая контакт, но тут же снова метнулся вперёд и схватил ладонями её лицо, жадно всматриваясь в него. Теперь его глаза были какими угодно, но не равнодушными.
- Ты такая красивая, - шепнул он почти беззвучно, и Амали даже не поняла, кто из них сделал первое движение.
Когда их губы соприкоснулись, Элль закрыла глаза и почувствовала, что падает. Голова закружилась, подкосились ноги.
Это был настоящий первый поцелуй – совсем не похожий на тот, что она отдала когда-то Марку Хиллу. Её собственное сердце билось так, что казалось, его контуры вот-вот проступят сквозь куртку. И где-то совсем рядом билось другое сердце, которое не должно было биться; мёртвое сердце Александра.
Холод забылся – теперь осенней ночью на пронизывающем до костей ветру Амали было жарко.
Хейден аккуратно запрокинул её голову, прервав поцелуй и просто глядя ей в глаза. А Элль смотрела в его – красновато-карие, блестящие и такие живые.
Сколько прошло времени, пока они стояли и просто смотрели друг на друга, сказать было сложно. Но в конце концов всё прекратилось; частое биение сердца под её ладонью смолкло, и Александр отступил.
- Идём, а то кто-нибудь нас здесь увидит, - чтобы хоть как-то прервать неловкое молчание, предложила Амали.
Александр кивнул и протянул ей руку. Чуть помедлив, Элль вложила в его ладонь свою.
Остаток пути ни один из них больше не проронил ни слова.
***
- Спасибо, - уронила Амали, когда Хейден поставил перед ней чашку с чаем, и тут же обняла её ладонями.
- Ты чего такая убитая? – Александр присел напротив. В кабинет кто-то постучался и сделал попытку сунуться внутрь, но Хейден что-то со злостью крикнул, и дверь мгновенно захлопнулась.
- Я же… ты что, не понимаешь? Я его… убила, - Амали крепче сжала чашку, проводя ладонями вверх-вниз, чтобы успокоиться.
- Не волнуйся, мои люди там приберутся, ничего не останется, - Хейден без намёка на стеснение стянул окровавленную куртку и рубашку, демонстрируя свою рельефную спину, и Элль мгновенно опустила глаза в чашку, делая вид, что следит за движением чаинок по кругу.
- Я не об этом… Просто… я не знаю. Это же человек.
- Не думаю, что человек, - Александр наконец надел футболку, и Амали подняла на него глаза, - кажется, полувампир.
- Полувампир? Но… я думала, этот тот… Хирург.
- Маньяк? Сомневаюсь, - Алекс явно отчего-то развеселился, но попытался это скрыть.
- И вообще, я не об этом, - пробормотала Элль, - я имела в виду… он же был живой… а
