Читаем без скачивания Хватит ныть. Начни просить - Аманда Палмер

– Но я никогда не слышал о ней… почему люди хотят дать ей столько денег? Везучая стерва.

Вот почему менее известные личности имели больший успех в краудфандинге – они хорошо и усердно удобряли почву – нежели некоторые известные люди с огромной

областью влияния. Слава не может купить доверие. Только близость может это сделать.

Национальное общественное радиовещание все время следовало модели общаться-общаться-общаться-а-потом-просить: оно называлось ежегодным сбором средств в эфире. Они создают и передают в режиме нонстоп, они делятся репортажами, рассказами и историями бесплатно в течение года.

А затем, когда приходит время: они просят.

По большому счету все просьбы о помощи происходят таким образом. Тебе необходимо подготовить почву. Если однажды ты собираешься о чем-то попросить, то тебе нужен кто-то, кто бы откликнулся. Поэтому ты стремишься к отношениям, которые бы длились постоянно, ты выполняешь это задание медленно, как верующий фермер, и сажаешь невидимый побег бамбука.

И потом, когда приходит время, – просишь ли ты людей купить твой альбом или просишь ли ты подержать твои волосы, пока тебе плохо, – кто-нибудь откликнется на твою просьбу.

Существует разница между тем, когда ты просишь незнакомца о подаянии, друга об услуге или покупателя о предоплате за товар. В основном артисты, которые пользуются услугами краудфандинга работают по третьему принципу, но в духе второго.

Свой проект на Kickstarter я тщательно разрабатывала, чтобы каждый желающий мог внести свой вклад, пусть даже и самый маленький. Минимальная сумма была равна одному доллару, на который ты мог скачать альбом (выход которого мы пообещали через пять месяцев). Диск стоил двадцать пять долларов, а более дорогие наборы включали в себя иллюстрированное издание, разрисованный портативный проигрыватель (тем летом я на выходных сама их красила вместе с Кейси и двумя ее друзьями-художниками на заднем крыльце дома моих родителей), необычные виниловые пластинки (50 долларов), ограниченное количество приглашений на арт-вечеринки в пяти городах (250 долларов за билет) и домашние вечеринки (5000 долларов каждая).

К моменту закрытия нашего проекта, который за месяц собрал больше миллиона долларов, меня поразила вовсе не собранная сумма. Меня поразило количество людей: всего было немногим меньше двадцати пяти тысяч жертвователей. Это точна такая же цифра продаж, которая в глазах звукозаписывающей компании выглядит полным провалом. Я прыгнула в толпу, а они поймали меня. Все мои покровители были вне себя от радости, а все, кто помогал мне в работе над проектом, были на седьмом небе от счастья.

Но в прессе и музыкальных блогах началась отрицательная реакция. Некоторые журналисты недоверчиво относились к артистам, которые прибегали к помощи краудфандинга, называя Kickstarter «онлайн попрошайничеством». О своей позиции я написала в своем блоге и расписала все свои расходы, чтобы люди могли понять сущность всей системы: краудфандинг не является благотворительностью, как думают некоторые, – мои жертвователи покупали определенный товар. Это инструмент, который помогает осуществить бизнес-модель, основанную на просьбе и доверии. Я делала то, чем занималась задолго до этого, я обратилась напрямую к своим фанатам и попросила купить их все заблаговременно: альбомы, билеты, высококачественные проигрыватели и выступления на домашних вечеринках. Некоторые журналисты не понимали, как работает краудфандинг, и считали, что все деньги являлись пожертвованиями, а не авансом за те товары, которые мне предстояло создать и предоставить.

Меня шокировали мои образованные друзья, которые занимались бизнесом, которые спрашивали, что я буду делать с миллионом долларов. Я объясняла, что этот миллион пойдет на закрытие долгов, в которые я залезла, чтобы записать альбом, а также на производство нескольких тысяч альбомов в высококачественной упаковке и на печать иллюстрированных изданий, и на зарплату тридцати пяти художникам, которые их создавали, и на оплату доставок,

и на оплату перелетов, чтобы я могла доставить то, что обещала. И после этого останется не так уж много.

Что самое странное – некоторые мои знакомые, которые поддерживали концепцию краудфандинга, – обособили меня. Они ворчали, что у меня не было права просить фанатов сделать предварительный заказ моего альбома с помощью Kickstarter, так как я не была «настоящим независимым артистом» – я была беглецом из крупной звукозаписывающей компании. По этой причине мне нельзя было использовать Kickstarter, который, по их мнению, должен помогать только неизвестным людям.

Такого рода критики писали целые тирады о том, что мне следовало найти «другой способ» выпуска своего альбома. В этом и заключалась вся ирония для меня. Я нашла этот «другой способ»: краудфандинг.

Я задумалась. Кому можно было пользоваться краудфандингом? Кто мог напрямую просить о помощи у своих фанатов? Леди Гага? Мадонна? Джастин Бибер? Ответ прост: это мог делать любой человек. Краудфандинг – это демократический инструмент, и мега поп-звезды имеют такое же право его использовать, как и неизвестная группа, которая играет в гараже и не имеет фанбазы и каких-либо преимуществ.

Пару недель мне было очень тяжело читать Twitter, так как на каждую тысячу поздравлений приходилось сто оскорблений в мой адрес. Их было очень больно читать.

«Мне правда нравилась Аманда Палмер, пока она не начала клянчить деньги у своих фанатов».

Люди называли меня бесстыжей, но я решила воспринимать это как непреднамеренный комплимент. Разве стыд… это хорошо? А что насчет страха? Ну, то есть никто ведь не употребляет слово «бесстрашный» в качестве оскорбления.

Я отшучивалась от этих комментариев, но на самом деле было трудно не позволять закрасться доле сомнения в свою голову. Я знала, что усердно работала и неоспоримо верила в свои песни, в свою группу и в свою способность создания чего-то превосходного для моих фанатов. Но мое эго страдало от всех комментариев людей, которые говорили, что я бесполезна, которые назвали меня нарциссом, который выманивает деньги у своих же фанатов.

Во всех этих обвинениях я четко слышала до боли знакомое «Найди работу».

Я узнала этот голос.

«Тебе нельзя просить об этом. Ты этого не заслужила. Ты не настоящая».

Это был мой голос.

После успеха на Kickstarter моя жизнь превратилась в ураган событий из-за предстоящего тура, который предполагал посещение десятков стран в течение почти одного года. Я хотела, чтобы выступления стали незабываемым, чередующимся празднованием выхода нового альбома, который помогли мне выпустить фанаты, и с этой целью я хотела организовать столько краудсорсинга, краудсерфинга и прочих мероприятий по сближению с фанатами, насколько это вообще возможно. Я работала с Майклом (МакКилкеном, барабанщиком из Grand Theft Orchestra, который по совместительству был и театральным режиссером) над кучей идей: мы сделали эскиз платья со шлейфом длиной во весь танцпол, которое я надела во время краудсерфинга, я накрыла фанатов огромным куском голубой прозрачной ткани, пока их руки перемещали меня по залу, группа надевала то, что приносили фанаты и кидали на сцену. Мы попросили людей выкладывать фотографии, которые относились к определенной теме песни: детские спальни, ценные вещи, любимые люди, которых больше нет, – а мы показывали эти фотографии на огромном холсте над сценой с помощью проектора. Мы сближались.

Мне также показалось, что будет здорово попросить членов фанбазы присоединиться к нам на сцене и исполнить аранжировки, которые мы записывали для альбома на струнных и духовых инструментах, вместо того, чтобы отыгрывать эти партии на пианино и гитаре. Я делала то же самое с музыкантами, танцорами и разными волонтерами на протяжении многих лет – обществу всегда это нравилось. Сотни жаждущих музыкантов откликнулись по электронной почте, и мы выбрали по четыре или пять добровольцев для каждого города. Оплатой за выступление с нами на сцене служила обычная краудсорсинговая валюта: бесплатные билеты и внесение их друзей в списки приглашенных. Сувениры, пиво за кулисами, объятия и любовь. Фанаты знали весь процесс. Первые несколько шоу прошли просто идеально.

Потом мне написала открытое письмо в своем блоге девушка, играющая на валторне, она сказала, что очень хотела бы присоединиться к нашим гастролям, но вот отсутствие оплаты было неэтичным. Этот пост стал вирусным, об этом написали в the New York Times, и через несколько дней возникла дискуссия.

Вдобавок историю исказили. Многие критики стали утверждать в Интернете, что я получила миллион долларов и не платила моей группе.

На самом деле я платила своей группе. Они получали зарплату, а это значило, что они получали деньги даже за выходные дни. А что касается волонтеров, они вызывались добровольно. Никто не ждал, что их выступления будут рассматриваться как политическое заявление. Они понимали, на что шли, когда откликались, и просто хотели сыграть с нами.