– Теперь, дети, когда вы знаете слова песни и понимаете, о чем в ней поется, мы потренируемся в письме и произношении, – Сара с улыбкой повернулась к Бонгу и Магдалине: – Давайте скажем спасибо старшей сестре Сонни и ее мужу за то, что они помогли нам понять, о чем поется в песне. – Она захлопала в ладоши, предлагая детям сделать то же самое.
Бонг направился к выходу.
– Подождите, пожалуйста, Бонг. Попросите детей взять палочки и выйти на дорогу перед школой. Мы будем учиться писать и произносить по буквам слово «красный». Пусть они сядут в тени. – Она засмеялась и обняла Магдалину.
Ученики встали перед учительницей полукругом, как велел им Бонг. Каждый утрамбовал и расчистил песок перед собой, сделав гладкую поверхность, так, как объяснила Магдалина.
– Готовы? – спросила Сара и, взяв свою палочку, написала на песке слово «красный» буквами трехаршинной величины.
Потом повернулась и, используя палочку как указку, вслух произнесла его по буквам, громко и четко. Потом еще раз и еще. Она показывала указкой каждую букву, называя ее, затем произносила слово целиком. Дети повторяли за ней. Сара еще раз написала слово на песке, потом, произнося его по буквам, стала писать буквы в воздухе. Дети радостно стали махать палочками перед собой, повторяя вслед за учительницей: «Красный, красный...»
Сара начала танцевать и петь:
– Назвали близкие ее крылом, певуньей... – и остановилась.
– Красной, – допели дети.
Она закивала головой и улыбнулась.
– Хорошо. Мабути, мабути, дети. – «Слава Богу, благодаря моей доброй старушке лошадке я никогда не забуду, как сказать на тагалогском языке «хороший», – подумала Сара.
Дети радостно засмеялись, услышав знакомое слово. Сара опять запела и ученики внимательно слушали свою учительницу, чтобы не пропустить только что выученное слово. Когда Сара дошла до нужного места и сделала паузу, дети громко закричали уже знакомое слово «красный».
Бонг и Магдалина пошли по залитым солнцем улицам, смеясь и весело болтая. Они не дотрагивались друг до друга, ведь кругом были люди.
В этот день ученики Сары научились писать два слова: «красный» и «крыло». После занятий они поспешили домой, чтобы научить этим словам своих бабушек и маленьких братьев и сестричек. «Краснокрылка» писали они в воздухе, на песке, выкладывали слово рисовыми зернами.
Сара возвращалась домой усталая, но счастливая. К концу недели все дети уже смогут прочесть и написать первую строфу песни о Прекрасной Краснокрылке.
Глава 19
Через пять дней после отъезда Мархема проблема утренних опозданий была решена. Все в селении знали «Прекрасную Краснокрылку». Сонни Скварез, девятилетний брат Магдалины, как-то вечером привел своих друзей к дому учительницы, и дети исполнили песню у нее под окном, как серенаду.
Теперь она часто приходила домой в сопровождении детского «почетного эскорта», и каждый из ребятишек старался как можно ближе подойти к американской маэстра.
Называли ее по-разному: кто «американская леди-учительница», кто «белокурая леди-учительница», а некоторые выдумывали ей имя, составляя его из выученных английских слов. Самые маленькие или не очень сообразительные обходились обычным «здравствуйте», или «доброе утро», или «добрый вечер». Матери и родственники детей высовывались из окон, когда Сара шла по улице, а отцы прекращали работу и гордо улыбались, видя, что их отпрыски пользуются особым расположением маэстра. Маленькая Жани, которую сейчас держала за руку белокурая учительница, или Жан, Гилберто, Мария, Луиза, безусловно, достигли совершенства в изучении английского языка, если так смело идут рядом с ней.
Как же радовалась Сара, когда морщинистая старуха – чья-нибудь бабушка или кто-нибудь из родителей приветствовали ее громким: «Добрый вечер, учительница», – когда она шла из школы домой, сопровождаемая своими учениками.
Иногда Сара так уставала, что добравшись до своей комнаты, не могла удержаться от вздоха облегчения. Она и не предполагала, что работа будет так ее изматывать и что она будет мечтать об одиночестве как об отдыхе. Оказывается, учительнице в селении не так-то просто остаться одной. Сара в тайне радовалась, когда Магдалина уходила к Бонгу, и она могла хоть немного побыть дома одна. Но даже тогда она видела и слышала детей, играющих возле ее дома. Она считала, что у нее не такая уж трудная работа, особенно если дети будут помогать содержать в порядке класс, носить воду и выполнять другие посильные обязанности. Многие даже завидовали учителям, которые не работали летом и по выходным дням.
Сара улыбнулась, вспомнив, как отец перечислял достоинства ее профессии. Попробовал бы сам хоть неделю провести в классе. Она могла поспорить, что он убежал бы на ферму гораздо раньше срока.
Сара расстегнула три верхние пуговицы серой блузки, разгладила кружева на воротничке и с облегчением стала обмахиваться той самой филиппинской шляпой, которую ей подарил Бонг. Ветерок овевал ее грудь, освежая, как прохладное питье. Так она сидела некоторое время и лениво обмахивалась шляпой, потом вытащила черепаховые шпильки из мокрого от пота пучка на затылке, и белокурые волосы рассыпались по плечам тяжелыми волнами.
Самое удивительное, с чем она столкнулась на Филиппинах, – это ежедневные утренние и вечерние купания. Все – и богатые, и бедные – купались очень часто. Их семья была очень требовательна к чистоте, но мылись только по субботам. Здесь же всей жители купались или в реке, или качали воду насосом, или просто обливались из ведра с головы до ног.
Теперь она тоже с нетерпением ждала вечернего купания. Она не могла мыться внизу, как остальные, но приносила свое ведро наверх, не позволяя делать этого Магдалине. Сару радовала уже сама мысль о предстоящем купании. Она замечала, что с каждым днем становится все жарче.
Они с Магдалиной сидели и тихо переговаривались, улыбаясь друг другу, им было хорошо вместе. Магдалина рассеянно теребила золотую цепочку с крестиком, подарок Бонга. Обычно он был спрятан под одеждой.
Крик снаружи заставил Магдалину броситься к окну. Шляпа, которой обмахивалась Сара, застыла в воздухе.
– Что случилось? – Она услышала стук лошадиных копыт и вскочила в радостном волнении.
Наверное, это вернулся Мархем! Она отбросила шляпу и рванулась к окну в то самое время, когда Магдалина начала закрывать деревянные ставни.
– Что случилось? Почему ты закрываешь ставни?
– Ландроуны, – прошептала Магдалина.
Ее шепот громом прогремел в ушах Сары.
– Разбойники. Мы должны спрятаться, мэм.
– Разбойники? Боже, а моя школа? Я должна защитить школу. – Сара начала спускаться по лестнице.
