– Разбойники. Мы должны спрятаться, мэм.
– Разбойники? Боже, а моя школа? Я должна защитить школу. – Сара начала спускаться по лестнице.
– Нет, мэм, – запротестовала Магдалина, – не ходите. Останьтесь.
Внизу Сара наткнулась на сеньора Сквареза. Он схватил ее за руку. Со всех сторон раздавались громкие крики, лошадиный топот, вздымавшаяся пыль смешивалась с дымом от горящих хижин. Сара увидела охваченную огнем китайскую лавку, находившуюся на другом конце улицы. Она быстро оглянулась, ища глазами штаб. Семеро солдат-филиппинцев рассыпались по плацу недалеко от школы. У большинства из них в руках были лишь ножи; один солдат, вероятно, спал и не успел одеться, на нем было только нижнее белье, а оружия у него вообще не было. Сара пыталась разглядеть среди них Бонга, но не увидела.
– Идемте, я буду защищать вас, белокурая учительница. – Чесночное дыхание Сквареза обдало Сару, словно волной.
– Оставьте меня, сэр. Я должна идти в школу, – прокричала она ему в лицо. – Позаботьтесь о Магдалине. – Сара выдернула руку, выскочила из дома и скользнула к зарослям карликовой пальмы, борясь с приступами тошнотворного страха.
Девушка решила, прячась в зарослях, незаметно проникнуть в школу. Это было необходимо. Сара почувствовала новый прилив тошноты и привкус желчи во рту. Но она не могла допустить, чтобы эти головорезы разорили ее драгоценную школу, и именно тогда, когда появились первые успехи. Кто-то же должен остановить их. Она будет достойной дочерью своего отца и спасет здание, которое сама помогала строить, Она скажет этим бандитам, что она – гражданка Америки и школа – собственность Соединенных Штатов! Они не посмеют стрелять в американку... А если посмеют?
– Им откуда-то стало известно, что мы остались без защиты, – пробормотала Сара.
Она подняла подол платья, перекинула его через плечо и завязала узлом на груди. Потом, пригнувшись, как можно ниже, стала осторожно пробираться сквозь кусты на другую сторону улицы. Острые листья и корочки царапали ей кожу, кровь стучала в висках, сердце билось так громко, что, казалось, его стук эхом отдается на улицах селения.
– Кто же сказал им? – терялась в догадках Сара. – Может быть, они видели, как уезжал Мархем с отрядом? Но в любом случае они точно знали, что солдаты ушли и взяли с собой большую часть оружия.
Глава 20
Сара остановилась между двумя крайними хижинами и взглянула в просвет между ними. Отсюда школьное здание было очень хорошо видно. Кроме того, ей была видна часть плаца. Куда подевались все солдаты? Нигде никакого движения. Чтобы восстановить дыхание, она прислонилась к одной из свай, на которой стояла хижина.
Теперь, когда сезон дождей кончился, земля перед домом была сухой и пыльной, не осталось даже маленькой лужицы, и пронзительно визжащая свинья, окруженная поросятами, громко выражала свое неудовольствие этим обстоятельством. Она изо всех сил натягивала сплетенную из лианы веревку, которой была привязана. Ее резкие движения мешали поросятам поймать соски матери, и они тоже недовольно повизгивали. Свинья так явно выражала свое беспокойство, как будто чувствовала, что бандиты пришли за ней и ее поросятами.
Сара осторожно скользнула в тень дома и взглянула вверх, надеясь увидеть кого-нибудь из его обитателей. Обычно открытая дверь была крепко закрыта, а веревочная лестница втянута. Ставни на окнах тоже были закрыты. Сара посмотрела вдоль улицы. Во всех домах не осталось ни одного открытого окна, двери были заперты изнутри. Даже в двухэтажном доме Сквареза кто-то быстро закрывал ставни на втором этаже, наверное, Сонни.
Сара заметила, что к ее дому направляется одетый в синюю военную форму филиппинец. Наверное, это Бонг, но полной уверенности не было. Филиппинец так быстро исчез из поля ее зрения, что она не успела разглядеть его лица. Никто не остановил и не окликнул одинокого солдата.
Ей казалось, что крики и стрельба слышатся с того конца улицы, где находился ее дом. Пылала китайская лавка. Воздух был насыщен запахом горелого масла и еще чего-то, чем торговал китаец. Раздался мощный взрыв.
«Наверное, взорвались бочки с керосином», – подумала Сара.
Это означало, что главной торговой точке селения пришел конец. Но большой дом Сквареза бандиты не тронули.
Сара развязала и опустила подол платья, дыхание ее постепенно восстановилось. В хижине, возле которой она стояла, было тихо, если не считать душераздирающего визга свиньи. Лошадиное ржание, выстрелы, крики ландроунов, взрывы, похожие на громкие хлопки, треск горящего дерева доносились с противоположного конца улицы.
Сара последний раз глубоко вздохнула и рванулась вперед, к открытой площадке перед школой. Вдруг сильные руки схватили ее сзади за плечи, веревочная петля скользнула по голове и затянулась на шее, Смрадный чесночный запах, ударивший ей в нос, заставил Сару содрогнуться от отвращения. Сомнений не было – Скварез!
– Уберите от меня руки, сеньор. – Сара забилась, пытаясь вырваться, но грубая конопляная веревка впилась в ее голую шею, срывая кожу.
Саре показалось, что огненный обруч сжал ей горло.
– Пойдемте. Мы спрячемся в кустарнике, маэстра. Я спасу вас.
– Я закричу.
– Пожалуйста. Только вам никто не поможет.
Сара знала, что он прав. Все были заняты собственным спасением и не думали об американской учительнице. Надо придумать что-нибудь более убедительное, напугать этого типа.
– Что вы хотите от меня, сеньор Скварез? Если вы немедленно не отпустите меня, я доложу о вашем безобразном поведении командиру гарнизона, когда он вернется.
Скварез сделал шаг в сторону, и Сара наконец увидела его лицо. Это лицо, искаженное хищной улыбой, напомнило ей трусливую мордочку хорька, на которого отец ставил капканы в амбаре. Отец, Айова, амбар... Как бы она хотела сейчас оказаться рядом с отцом в их домашнем амбаре!
– Сеньор Скварез, вас ждут очень большие неприятности.
Староста подошел к ней вплотную, коснулся ее бедер, погладил ягодицы.
– Не думаю, учительница. Может быть, вам даже понравится со мной, белокурая леди. И вы захотите еще, после того как мы сейчас попробуем. – Он ощерился, блеснув двумя золотыми зубами. – Посмотрим, что вы скажете, когда мы попробуем.
– Ни за что, вы отвратительны!
– Вам нравится спать с моей Магдалиной? Вам что, только с женщинами нравится спать? Может быть, попробуете со мной? Я думаю, со мной вам больше понравится. Меня любил ваш муж... как и моя дорогая девочка. И вам я тоже понравлюсь. – Он вновь дохнул на нее чесночной вонью. – Но узнать можно, только попробовав. – Его губы изогнула мерзкая ухмылка, придав всему облику старосты что-то демоническое.
