– Майя, – мягко сказала Симми, и я отметила, что она впервые назвала меня просто по имени, без мисс. В глазах у нее блестели слезы. – Бедная девочка, – промолвила она.
– Моя сестра, – голос у меня дрогнул, – Ребекка выбежала из дома и что-то швырнула в Зеда. Этот наш скребок для обуви, – мне вспомнился скребок на пороге Леди Элис. – Она швырнула его в Зеда, и тот убежал. Но сама я ничего не видела, потому что пряталась за сиденьем.
– Шериф поймал его потом?
– Да, полиция его нашла. Ребекка сказала им, что это один из отцовских студентов, который здорово на что-то разозлился. В принципе, это было правдой. Зед действительно учился у отца. Но Ребекка не сказала, что это бывший ее бойфренд, а я тоже не призналась в нашей с ним связи, иначе бы она узнала, что это я виновата в гибели родителей… Полицейские отправились к его дому, и там произошла перестрелка, во время которой Зед был убит.
– Вот и хорошо, – сказала Симми. – Он это заслужил.
– Мы с Беккой никогда не говорили об этом, – продолжила я. – Я всегда боялась, что она обо всем догадается. Поймет, что я виновата в случившемся.
– Но ты ни капельки не виновата, – возразила Симми. – Это же не ты нажала на курок.
– Так оно, во всяком случае, ощущается.
– Это все равно как я винила себя в смерти мамы. Но ты была права – это не моя вина. Никто из нас не виноват в случившемся.
– От аборта остаются шрамы, – я вновь опустила взгляд. – Врачи считают, что именно из-за них я теряю детей.
Симми взяла мою руку и повернула ее ладонью вверх.
– Теперь мне кое-что стало понятно, – заметила она. – Видишь этот маленький квадрат? – она легонько коснулась моей ладони. – Он означает, что человек провел какое-то время в тюрьме. Но я знала, что ты не из тех, кто попадает в тюрьму. И только теперь я поняла, – она внимательно глянула на меня. – Ты создала для себя тюрьму в своей собственной голове.
39 Ребекка
К Ребекке склонилась ее пациентка, женщина средних лет с мигренью.
– Только взгляните, – шепнула она, указывая в угол переполненной клиники.
Ребекка подняла голову и увидела, что Адам перевязывает плечо парню, вся спина у которого была покрыта татуировкой. Орел летел по синему небу, а за крылом орла развевался американский флаг.
– Почему люди проделывают такое со своим телом? – спросила ее женщина.
– Ни за что! – вскричал в этот момент парень, да так громко, что все взглянули в ту сторону.
Адам со шприцем в руке смотрел на него с нескрываемым удивлением.
– Нужно сделать прививку от столбняка, – пояснил он. – Вы же сами сказали, запор был ржавым…
– Ни в жизнь! – Схватив с каталки свою футболку, парень поспешил к выходу. – Да я ничего так не боюсь, как ваших уколов!
Адам невольно расхохотался, а вслед за ним рассмеялось полклиники – и врачи, и пациенты.
Ребекка тоже улыбнулась. Странное, почти позабытое чувство.
Этим утром она сказала Адаму, что рассталась с Брентом, хотя и не сообщила ему всех деталей. Брент, узнав о том, что она не желает больше встречаться с ним, мрачно бросил: «И кого ты теперь трахаешь?» Она знала, что в нем говорили злость и обида, и все же его реакция здорово ее рассердила. Она еще больше убедилась в том, что разрыв с этим человеком был правильным решением.
* * *
Она уже готовилась принять следующего пациента, как в комнату вбежал мальчик-подросток. Волосы у него были такими длинными, что поначалу она приняла его за девочку.
– Моя мать упала в обморок в коридоре! – крикнул он.
Ребекку это ничуть не удивило: пациенты не раз теряли сознание в душном коридоре, пока дожидались своей очереди к врачу.
Выйдя в коридор, она увидела группку людей, которая обступила лежащую на полу женщину.
– Дайте мне пройти! – сказала она. Люди расступились, и у Ребекки перехватило дыхание. Майя? Женщина была того же роста и телосложения, что и ее сестра. Да и прическа совпадала один в один. Ребекка устремилась вперед, втайне надеясь, что произойдет чудо и женщина действительно превратится в Майю.
Опустившись на колени, она попыталась нащупать у нее пульс, но безрезультатно.
– Беги в клинику к доктору Полларду, – приказала она мальчику. – Скажи, что он мне нужен.
Не прошло и минуты, как в коридоре появился Адам. Взглянув на него, она увидела, что тот смотрит на женщину ошарашенным взором.
– На мгновение я подумал… – шепнул он.
– Знаю, – ответила Ребекка. – Дыхательный мешок! – бросила она.
Адам прижал мешок ко рту женщины и начал сжимать его. Ребекка взглянула на монитор. Ничего. Она схватилась за подушечки дефибриллятора. Ну же, давай, – прошептала она.
Несколько серий ударов сменились на мониторе пусть и слабым, но размеренным ритмом. Для начала неплохо, подумала Ребекка.
В этот момент появился шофер «Скорой».
– Все врачи в больнице, – заявил он. – Я поведу, но вам придется поехать с ней.
– Хорошо, – сказал Адам.
А Ребекка подумала о том, что главное для нее на сегодня – спасти жизнь этой женщине, которая была так похожа на Майю.
* * *
Когда они наконец прибыли в больницу, женщину быстро доставили в одну из палат. Ребекка смотрела вслед каталке, сжав руки чуть ли не в молитвенном жесте. Затем она перевела взгляд на Адама.
– Ну и ну, – промолвил он. – Все равно что встретить привидение.
– Я рада, что мы вернули ее, – сказала Ребекка. – Ты понимаешь, о чем я, – поспешила она оговориться. – Я о нашей пациентке.
Адам согласно кивнул.
– Мы с тобой – команда, – шепнул он на ухо Ребекке, как будто это был их общий секрет.
* * *
Спустя несколько минут они с Адамом вновь сидели в «Скорой», направляясь обратно к школе. На этот раз, однако, Адам вел, а Ребекка сидела рядом на пассажирском сиденье. Просто шофер «Скорой» наткнулся в вестибюле на свою пожилую тетушку и решил задержаться. «Вы поезжайте, – сказал он Адаму с Ребеккой, – а я вернусь позже».
Несмотря на усталость, Ребекка чувствовала себя прекрасно: что ни говори, они спасли сегодня жизнь человеку. Прислонившись к дверце машины, она наблюдала за Адамом. Судя по улыбке на его губах, он ощущал сейчас нечто похожее. Мы с тобой – команда. Она почувствовала невероятный прилив радости от того, что находилась здесь, рядом с ним, но эта радость тут же смешалась в ее груди с болью.
Она любила Адама.
Поймав его взгляд, она подумала о том, не заметил ли он этих чувств – настолько явно читались они сейчас на ее лице. Ребекка поспешила отвернуться.
– Это, случаем, не радио? – просила она, протягивая руку к одной из кнопок на приборной доске.
– Похоже на то, – ответил Адам.
В этот момент машина нырнула колесом в яму, и Ребекка, чтобы не упасть, обеими руками оперлась о доску. Взвыла сирена.
– Что я нажала? – воскликнула она.
– Выключи это! – прокричал Адам.
– Понятия не имею, на что нажимать! – откликнулась она.
Ребекка стала лихорадочно переключать кнопки, ощущая себя героиней какой-то дешевой комедии. Она и сама не заметила, как начала хохотать. К тому моменту, когда она выключила наконец проклятую сирену, они с Адамом смеялись как сумасшедшие.
* * *
Адам позвонил в больницу, чтобы узнать, как чувствует себя их пациентка.
– Чудесно! – произнес он в телефонную трубку.
– Ну что, все в порядке? – спросила Ребекка, когда он закончил разговор.
– Она быстро поправляется, – ответил он. – Думаю, стоит это отметить.
По дороге сюда Адам с Ребеккой купили несколько банок пива, большой пакет с чипсами и сальсу. Они планировали провести этот вечер вдвоем, но у Ребекки возникла другая мысль.
– Давай пригласим Дот, – предложила она.
Ребекке не хотелось оставаться с Адамом наедине – особенно после пары банок пива. Она непременно сделает что-нибудь глупое, что-то такое, о чем оба они потом будут сожалеть. Она еще не разобралась в своих чувствах к Адаму, а потому решила не торопить события.
– А она будет пить с нами? – с сомнением спросил Адам.
– Ясное дело. И уж поверь, она без труда перепьет нас обоих.
Адам набрал номер Доротеи и передал ей сообщение.
– Она скоро будет, – заявил он, убирая телефон. – Спросила только, почему мы не купили по упаковке пива на каждого.
Ребекка перелила сальсу в чашку, а Адам достал из холодильника пару банок с пивом. Затем они расположились по разным концам кровати, спиной к стене. Ничего, подумала Ребекка, она будет говорить о Майе. Сейчас это казалось самой безопасной темой. Она уже готова была отпустить Майю. Готова была распрощаться с ней раз и навсегда. Неопределенность – вот что мучило ее больше всего.
– Мне все время кажется, что Майя жива, – сказал внезапно Адам.
– Но ведь умом-то ты понимаешь, что ее больше нет? – спросила Ребекка.
– Понимаю, а иначе бы я не бросал поисков, – он глотнул из банки пива. – Как ты думаешь, где она сейчас?
