с головой нырнул в высокое разнотравье, и в сгустившейся темноте не было даже заметно его движения, только лёгкий шорох выдавал ульса.
— Ресс, тихо! — шепнула я и пригнулась, чтобы тоже оказаться под защитой густой травы.
Как я сама ни старалась, совершенно неслышно идти не получалось, но я надеялась, что если мне самой шуршание трав кажется громким, то стороннему наблюдателю, если такой есть, ничего не слышно и не видно. Оставалось порадоваться, что утром из дома я ушла в тёмной одежде, а в запасах лери Сальяры нашлись чёрные тряпочки, которые можно было приспособить вместо платка.
Пока отпаивала Дэйса и осваивала карту, я несколько раз пыталась вновь вызвать воспоминание из прошлой жизни. Оно послушно приходило. Высокий офицер, сложившись сломанной куклой, валился мёртвым передо мной. Что было до этого? Что — после?
В какой-то момент я поняла, что пытаюсь воспринимать детским сознанием, и попробовала методично исследовать своё воспоминание. Сейчас я понимала, что это был какой-то высокий чин, в полевой форме имперского советника, лет, наверное, сорока. На лицо я и не смотрела, боялась. Он лежал под моими ногами прямо на земле — каменистой почве с редкими цветами и травами, усеянной козьими катышками, вполне привычными для меня той, юной.
Откуда-то я знала, что убийцей была я. И торжествовала от этого. Почему? Где это было? Странное, но, несомненно, истинное воспоминание оставило больше вопросов, чем прояснило.
Тем временем мы добрались до места расстрела. Густо жужжали мухи, слепни, по трупам расхаживали вороны, нагло игнорирующие наше приближение. Трава расступилась, и я выбралась на дорогу, пригибаясь, чтобы меня было невозможно рассмотреть со стен крепости.
Бедняга Ньюм.
А вот тот парнишка-вахтёр, который отказывался дать мне ключ от картотеки, значит, он из первого отряда. Был.
Ещё одно знакомое лицо. Кажется, из новичков второго отряда, подопечный мужа. Хель… Нет, не буду сейчас о нём.
Наступившая темнота смягчила лица убитых. Я переходила от одного тела к другому, вглядываясь и стараясь вспомнить, какими они были при жизни. Этих парней забрали из дома, оторвали от родителей и любимых, казалось — на пять лет, а получилось — навсегда.
Со стороны зарослей послышалось движение. Я прижалась к земле, спрятавшись за погибшим стражем. Раздался невнятный возглас, и тут же последовал вскрик:
— Ньюм!
Загомонили голоса:
— Опоздали.
— А этот из первого отряда!
— Ресс, дружище! А ты-то откуда?
— Похоже, аварх не соврал.
Кто-то заплакал навзрыд. Посыпались крепкие словечки из тех, что положено хорошо знать, но ни в коем случае не употреблять порядочной лери. Шлепок, рыдания стали тише.
Свои! Я поднялась и окликнула единственного, имя которого знала:
— Лемар!
Ресс метнулся ко мне и уселся рядом, охраняя. Ему явно здесь не нравилось. Он еле слышно ворчал.
— Лери?
Парень с залихватским чубом мигом оказался около меня. Я предложила:
— Давайте спрячем лошадей за кустарник и сами отойдём, пока нас со стен не заметили. В крепости авархи.
Лемар живо возразил:
— Лери, вы не волнуйтесь, если наблюдают магически, то мы далеко. Новейшие разработки не более полукилометра захватывают, а наше старьё так и вовсе метров двести. Они же от подкопов устанавливаются. А для обычного взгляда стало слишком темно.
Наверное, он прав, уж точно лучше меня разбирается в оснащении гарнизона. Я оглянулась. Южная Крепость возвышалась чёрной горой, юный месяц, как ни старался, не мог высветить даже огромные ворота. Да и дорогу было видно только метров на десять, остальное скрадывала темнота.
— Вы знали, что в крепости авархи?
— Нам перебежчик сказал, что планируется налёт. Торопились, как могли, чтобы предупредить. Как вы спаслись?
Мой взгляд зацепился за его товарищей. Одного из стражей рвало на обочину, впрочем, он всё-таки не выпустил из рук верёвку, связавшую запястья оборвыша. Второй никак не мог успокоиться, плакал, шепотом звал убитого и теребил его рукав. Ярт-Проказник! Какие же из них бойцы? Скорее всего, это те новички, о которых говорил Хель.
Я понизила голос:
— Попозже расскажу. Это и есть перебежчик?
— Да. Но…
— Как младший офицер, я приказываю отправить двух бойцов вверенного вам сопровождения в ближайший населённый пункт для оповещения властей о нападении, — и, вспомнив учебники по тактике, поправилась, — в разные населенные пункты разными дорогами. Лошадей тоже им отдайте. Всё остальное потом.
— Есть!
Лемар отошёл к подчинённым, перехватил верёвку, как-то быстро привёл расклеившихся стражей в чувство и начал им говорить. Я подошла следом. Перебежчик молча стоял рядом, слушал, на мой изучающий взгляд ответил своим прямым и уверенно поднятой головой. Лемар объяснял, как найти дорогу.
— Вопросы?
— Мы сейчас сразу и прямо отсюда отправляемся? Одни? Без еды и воды? — серьёзно спросил тот, которого вытошнило.
— Первый отряд выехал с утра, так что, возможно, в мешках есть сухпайки, если только авархи не разграбили, — предположила я. — Ищите.
Новички оглянулись с затравленным выражением лиц. Наверное, до того как во мне проснулась магия жизни, я бы тоже сильно сопротивлялась тому, чтобы лазить в темноте между трупами и вытаскивать чужие окровавленные вещи. Но теперь я чувствовала погибших так же, как, например, скошенное сено или срубленное дерево. Ужаса перед мёртвыми не было.
— Что стоим? Рассвета ждём? Или хотите голодать? Парням вещи больше не понадобятся, — рассердился Лемар.
Стражи сделали несколько шагов в разные стороны и взялись за ближайшие мешки.
— Здесь сухпайка на несколько дней, — удивлённо отрапортовал один.
— А у меня какой-то прибор, — отозвался второй.
Лемар быстро перешагнул тушу коня и наклонился, рассматривая находку. Держа напряжённую ладонь на холке Ресса, я следила за перебежчиком. Уж очень удобный момент был для него рвануть верёвку и скрыться в темноте. Но он не сделал даже попытки, хотя не смог скрыть своей заинтересованности, когда Лемар приволок небольшую металлическую вещицу. Я засунула прибор в карман (авось Дэйс разберётся!) и внезапно выпалила в лицо аварха:
— Ты знаешь, что это такое!
Всего одно мгновение в тусклом свете звёзд, когда на гордом лице мелькнуло удивление, и я была убеждена — да, знает. Но не скажет.
— Ясно, — с угрозой выдала я и перевела взгляд на стражей, — всё нашли, ребята? Отправляйтесь! Ждём вас с подмогой. И ради Олиры-Матери будьте осторожны!
— Спасибо, лери, — не по уставу ответил один.
Выглядели они уже лучше, правда, избегали смотреть под ноги. Мы молча наблюдали, как новички забрались на коней и исчезли в ночи.
— По крайней мере, теперь империя узнает о нападении, — негромко сказала я.
— Да, — коротко отозвался Лемар.
Глава 42
Ирхан жив!
Стражник хмурился, поглядывал то в сторону крепости, то на аварха. И
