Раньше она все больше водилась с мальчишками. Девочки с их играми в дочки-матери, резиночками и классиками вызывали у нее кривую усмешку. Она не понимала, как можно находить в этом удовольствие? Куклы? — смешно и глупо! Рита росла сорвиголовой, отчаянно участвующей во всех забавах дворовых пацанов. Она лазила по деревьям, как кошка, лучше всех, метко стреляла из рогатки, перемахивала через заборы и с удовольствием жевала недозрелые яблоки, груши. Бутерброд с маслом и сахаром, выделенный мамой или бабушкой вместо обеда, тут же расходился по одному укусу на всех. Полуголодная, но полная энергии, Рита верховодила ватагой мальчишек и давно считалась среди них «своим парнем». Мало кто осмеливался перечить ей — отпор, который она давала, заставлял надолго забыть о своем желании взять верх, подчинить себе эту глазастую вертихвостку. В компании мальчишек она практически сразу завоевала несгибаемый авторитет, уважение. Ей это было необходимо на физическом уровне. Риту не останавливала перспектива драки, разборок, она никогда не пряталась за чужие спины. Напротив, каждая победа приносила ей удовлетворение, которое не давало ничто. Какая-то нарастающая внутренняя агрессия искала выход и находила его в постоянном доказательстве своего права быть первой. С этим уже никто и не спорил, а Рита продолжала по инерции самоутверждаться. Она мало обращала внимания на то, как выглядит, предпочитая брюки, шорты, свободные рубашки и футболки. Измазанные шелковицей губы могли так и не дождаться воды и мыла. Лихо надетая чуть набок кепка, коротко стриженные волосы — пацан да и только. Такой она была до того самого дня, когда посчитала, что стала по-настоящему взрослой.
Изменения в ней заметили и ее друзья. Они стали реже приглашать ее играть, словно были уверены, что она больше не справится со своей ролью рубахи-парня. Девочки тоже не принимали ее в свой круг, помня, как она отвергала их общество совсем недавно, а мальчишки с опаской посматривали на нее, меняющуюся на глазах, чужую и недоступную. К тому же Рита и сама стала постепенно отдаляться, она медленно, шаг за шагом покидала мир своего детства, время от времени вспоминая, как было здорово там, и мечтая о том, как сложится ее жизнь в будущем. Теперь она внимательно всматривалась в свое отражение, не позволяя себе показаться на людях непричесанной, в мятых брюках, рубашке без нескольких пуговиц. Из гадкого утенка с тонкой, длинной шеей, неухоженного и нескладного она довольно быстро превратилась если не в лебедя, то в существо несомненно привлекательное, своеобразное, с хищным, лукаво-призывным взглядом карих глаз. И первым, кто попался, оказался один из мальчишек, с которым Рита совсем недавно лазила по деревьям и через заборы. Он тоже стал проводить меньше времени со своей ватагой, предпочитая неспешные разговоры и долгие прогулки вдвоем с Ритой.
Этот мальчик и стал ее горячим поклонником — кажется, его впечатления от того, что однажды произошло между ними, ошеломили его, заставив позабыть обо всем на свете. С этого момента он был готов ради Риты на все! Она вызывала у него бесконечное восхищение бесстрашием, раскованностью и страстью, которая, изливаясь на него, обжигала. Рита принимала его чувства, посмеиваясь, понимая, что получила в руки кончики нити и теперь может по своему усмотрению управлять этими существами в брюках. Однако долго принимать восхищенные тирады своего юного поклонника Рита не стала — ей было скучно с ним, всегда согласным, преданно смотрящим в глаза, расписывающим на каждом шагу ее достоинства. Он видел то, чего в ней на самом деле не было, и это идолопоклонство отвратило Риту от ничего не понимающего, влюбленного парня. Она не стала ходить вокруг да около, прямо сказав ему, что между ними все кончено и чтобы он не вздумал трепаться о том, что было!
Около полугода, что она провела с ним, Рита вскоре посчитала напрасно истраченным временем. Полученный опыт казался никчемным. Ей было нужно нечто совершенно иное. Ни о каком постоянстве, глубине чувств она не думала вовсе. Она не верила в то, о чем читала в книжках, считая романы о любви обманом, зельем для неуверенных в себе людей, не понимающих своего истинного предназначения. Д вот она, кажется, со всем этим успела разобраться. Ее глаза постоянно всматривались в окружение, выискивая того, кто с первых мгновений вызывал приятный прилив крови, волнение и желание почувствовать его прикосновения. В каждом мужчине, которого она вдруг выхватывала в толпе взглядом, она видела потенциального любовника. Она фантазировала о том, как бы они занимались любовью и что чувствовали. Она хотела достичь в близости той же высоты, на которой была, когда верховодила своими мальчишками со двора. Она обязана снова оказаться на вершине пирамиды, выстроить ее камень за камнем.
Рита сразу решила, что поиск и необходимый опыт — дело не одного года, и приготовилась к долгому пути. Единственное, что ее радовало, так это то, что он не казался ей нудным, лишенным приятных неожиданностей. Рита была в восторге от близкого общения с мужчинами. Она научилась не только дарить им удовольствие, но и практически всегда получать. Вскоре среди них оказались и те, кто годился ей в отцы. Рита посмеивалась, она умела казаться старше своих лет: наивные, они принимали высокую, стройную, невероятно сексапильную рыжеволосую красотку за студентку, не догадываясь, что ей едва исполнилось семнадцать. Пополняя список своих жертв, она научилась чувствовать грань, которую лучше не переходить.
К моменту окончания школы она так и не узнала, что такое любовь, относясь к ее романтическому ореолу скорее насмешливо и цинично. Ее не интересовали вздохи под луной, записочки и робкие прикосновения, которыми обменивались ее сверстницы с героями своих романов. Рита смотрела на них со снисхождением. Чего можно ждать от робко сжимающего твою руку парня? И вообще она считала, что тратить время на одного избранника преступно, ведь жизнь так многогранна и нужно успеть воспользоваться всеми ее сторонами на все сто!
Шло время. Рита коллекционировала мужчин, как заядлый филателист марки. Она, когда-то мечтающая о чем-то страстном и разрушительно-горячем, стала опытной, свободной и лишенной комплексов высокооплачиваемой девушкой по вызову. Она умудрилась не попасть в цепкие руки местных сутенеров, находя себе клиентов сама. Рита действовала осторожно, не привлекая к себе внимание тех, кто давно и успешно занимался этим бизнесом. С годами список ее клиентов стал достаточно длинным. Рита, пожалуй, сбилась со счета, лишь иногда вспоминая того первого, кто отправил ее поздним вечером домой на такси, успев сунуть в карман куртки шелестящие купюры. Ошеломленная, она ехала, не замечая, как мелькает за окном город ее детства, возвращение в который стало попросту невозможным. Рита поняла, что кроме приятных минут, она может получать еще нечто, что позволит ей стать самостоятельной, выйти за рамки копеечной бабушкиной пенсии и своей мизерной стипендии. Это было невероятно! Ее совершенно не испугал новый поворот в собственной судьбе, крутой, определяющий, означающий полное отречение от того будущего, о котором мечтала для внучки Арина Егоровна:
