В переулке за ее спиной показался молодой человек в черном, по-видимому, священник. При виде Джоанны его лицо просияло.
Впрочем, когда он подошел ближе, стало видно, что туника у него темно-фиолетовая, а короткие песочного цвета волосы не выбриты на макушке, как полагалось духовным лицам. К тому же он оказался старше, чем Грэму показалось вначале.
Помедлив у края пустыря, он вытер лоб рукавом и подбоченился, наблюдая за Джоанной, которая, стоя спиной к нему, выжимала простыню. Он улыбался, не сводя с нее заинтересованного взгляда.
Грэм ощетинился. Подхватив костыль, он вскочил на ноги, но в этот момент незнакомец весело сказал:
– Я полагал, что воскресенье предназначено для отдыха. Джоанна стремительно обернулась, чуть не уронив влажную простыню.
– Лорд Роберт!
Выходит, она его знает. И он лорд.
Роберт… Кажется, Джоанна упоминала это имя, когда принесла апельсин с ярмарки. «Мне его дал Роберт, – сказала она, – Роберт из Рамсуика, друг Хью».
– На мой взгляд, вам не помешает помощь, миледи. Миледи? Грэм рухнул на кровать, не отрывая глаз от пары на пустыре.
– Нет-нет, – запротестовала Джоанна, когда Роберт приблизился к ней и потянулся к простыне. – Вы замочите свою прекрасную тунику.
– Может, мне станет чуточку прохладнее. Сегодня чертовски жарко. – Роберт забрал у нее простыню, встряхнул ее и повесил на веревку. – Вы не должны заниматься такой работой, леди Джоанна, – сказал он, расправляя влажную ткань. – Почему бы вам не воспользоваться услугами прачки?
Джоанна вытерла руки о фартук и, к разочарованию Грэма, Убрала выбившуюся прядь под шарф.
– Я не могу себе этого позволить.
Грэм восхитился ее прямотой и улыбнулся, когда завиток волос снова выбился наружу.
Роберт кивнул, явно удрученный тем фактом, что «леди Джоанна» так обеднела, что не может позволить себе нанять прачку.
Повисло молчание, пока Джоанна не нарушила его:
– Вот так.
Роберт прищурился, глядя на солнце:
– Ну и жарища.
– Может, выпьете воды? – спросила она. Он оживился:
– С удовольствием.
Джоанна принесла из кухни кружку, наполнила ее водой из колодца и протянула ему. Он выпил воду залпом, вздохнул и вернул ей кружку.
– Еще? – спросила она.
– Нет, этого вполне достаточно. Она нерешительно улыбнулась. Он ответил ей улыбкой.
Грэм стиснул челюсти так крепко, что заныли зубы.
– Миледи… – начал Роберт, шагнув к ней. – Я не совсем представляю, как вести себя в данной ситуации. По правилам мне следовало бы… э-э… обратиться к вашему отцу и обсудить с ним все вопросы.
Глаза Джоанны расширились. Ее взгляд метнулся в сторону окна, встретившись с взглядом Грэма за мгновение до того, как Роберт взял ее за руки.
– Но поскольку мне известно, – продолжил он, – что вы не поддерживаете отношений с вашим отцом…
– Милорд.
– Я обратился к Хью, но он лишь посмеялся надо мной. Он сказал, что мне следует поговорить непосредственно с вами, и потому я здесь полагаю, вы уже догадались, что я хочу.
– Не здесь, – перебила его Джоанна. Он взглянул в сторону дома.
– Вы хотите, чтобы мы поговорили внутри?
– Нет! Давайте пройдемся – Явно взволнованная, она суетливо дергала за завязки фартука. Грэм искренне сочувствовал ее положению. В самом деле, не может же она допустить, чтобы он подслушал, как этот тип предлагает ей руку и сердце, когда считается, что она замужем? В то же самое время что-то у него внутри корчилось в агонии. «Heт! – хотелось крикнуть ему. – Ты не можешь выйти за него замуж. Я не позволю этого!»
«Успокойся! Радуйся за нее!» – приказал себе Грэм, глядя, как она уходит с лордом Робертом. Для нее это отличная партия. Придется ему забыть о том, чего он хочет, но не может иметь, о том, в чем он так нуждается и без чего должен обойтись. Придется забыть о лихорадочных мечтаниях и тоске, не обращать внимания на пустоту внутри, которую он не может ничем заполнить, и найти в своем сердце достаточно великодушия, чтобы радоваться за Джоанну.
Стоя рядом с Робертом на заросшем травой берегу ручья, пересекавшего центр города, Джоанна смотрела на трех девчушек восьми-девяти лет, резвившихся в воде дальше по течению. Они с визгом гонялись друг за другом, хихикая и плескаясь водой, в промокших насквозь простеньких платьицах.
– Вот кому прохладно в такую жару, – заметила Джоанна.
– Джиллиан обожала плескаться в воде – Улыбка Роберта окрасилась печалью. – В жаркие дни она забиралась в пруд в одной рубашке. Моя жена бранила ее, но я всегда становился на ее сторону. В ее возрасте я делал то же самое.
Джоанна вспомнила слова Хью: «Джиллиан было всего десять, и он обожал дочь. Он сам вытащил ее тело из реки»
– Мне очень жаль, – сказала она, коснувшись его руки – Это так ужасно…
– Я стараюсь не думать об этом, – сказал Роберт – Все равно я не могу вернуть ее назад.
Любопытно, отметила Джоанна, он сказал «ее», а не «их» Хотя, с другой стороны, его брак был союзом по расчету, а Джиллиан была его первым ребенком, его плотью и кровью.
– И потом, у меня остались две дочери, которые нуждаются в заботе, – продолжил Роберт. – Им нужна мать, миледи. – Он взял ее за руку.
«Им нужна мать, а не мне нужна жена», – снова отметила Джоанна.
– Вы окажете мне честь, – сказал Роберт, – если согласитесь выйти за меня замуж.
Джоанна тяжело вздохнула.
– Это вы оказываете мне честь, милорд, особенно учитывая разницу в нашем общественном положении.
– Для меня это ничего не значит. Вы настоящая леди во всех отношениях – куда больше, чем эти глупенькие девицы которых подсовывают мне родители.
– В качестве невест?
Он удрученно кивнул.
– Ни одной старше шестнадцати или хотя бы с капелькой мозгов. Я не имею ни малейшего намерения доверять воспитание своих дочерей такому же ребенку.
– А леди Маргарет? – тихо спросила Джоанна. Он отпустил ее руку.
– А при чем здесь она?
Джоанна помедлила, тщательно подбирая слова.
– Она прекрасно обращается с вашими дочерьми, а они, насколько я могу судить, очень привязаны к ней.
Роберт перевел взгляд на трех девочек, шумно плескавшихся в воде.
– Она всегда любила детей.
– Я тут подумала… если вы снова женитесь… если мы поженимся… – Джоанна замолчала, колеблясь, затем решительно продолжила: – Леди Маргарет останется в Рамсуике?
Он бросил на нее острый взгляд.
– Нет. Это было бы… – Он отвел глаза, явно смущенный. – Это ни к чему. – Джоанна подозревала, что он хотел сказать: «Это было бы неправильно». – У девочек будете вы, чтобы заботиться о них, как это делала их мать. Они не будут нуждаться в Маргарет.
