полу.
«Наверное, какая-то иллюзия, созданная искусственным разумом корабля, - пронеслась мысль в голове учёного, когда он встал на ноги. – При активации можно посмотреть, как выглядит дом инопланетян. Не зря меня влекло сюда. Если эти аппараты способны вытворять такое… человечество выйдет на новый уровень развития! Мы улетим в космос!»
Шаубергер выскочил из корабля в ангар. Как оказалось, он отсутствовал всего пять минут. Солдаты даже не успели обеспокоиться его пропажей.
-Совсем спятил старик, - фыркнул друг Маркуса, когда Шаубергер пролетел мимо, взъерошенный и с улыбкой во весь рот.
-Он гений, - покачал головой Маркус. – Вот увидишь, скоро мы полетаем на этих «штуковинах».
— Вот именно. А нужно ли это? Вспомни Рудольфа Гессе.
Маркус кивнул и заткнулся. Бедный парень до сих пор содержался в особом крыле базы, словно какой-то чудик. Никому не хотелось оказаться на его месте и быть похищенным пришельцами с далёких звёзд.
Глава восьмая
Антон устроил встречу на природе. Погода радовала: июльское солнце висело высоко в зените, бросая тёплые лучи на зелень лесов. Звягин шагал по песчаной дороге: широкие стволы тополей как мрачные привратники стояли по сторонам. Листья шелестели на ветру, тени от ветвей клубились по земле.
«В такой день хорошо бы прогуляться под ручку с красивой девушкой, - подумал он, останавливаясь и вдыхая аромат цветов. – Жаль, я не на родине. Взял бы увольнительное, познакомился с кем…»
Мысли вернулись к той ночи с Перепёлкиной. Последний раз, когда он был наедине с женщиной. Вряд ли они когда-нибудь снова увидятся.
Конечно, вступать в связь с немками не возбранялось. Разведчик имеет право добывать информацию любой ценой. Но заводить роман в стане врагов – безумие.
Отто Вебер опаздывал. А ведь как дипломат, да и просто надёжный человек, всегда отличался пунктуальностью. Антон сам собирался позвонить другу, но тот опередил его. Они не могли обсуждать дела по телефону, но судя по нервному тону и словам: «Холодно в Берлине», что-то случилось. Кодовые слова обозначали ситуацию, когда требовалась срочная встреча.
Да и сам Антон извёлся от нервов. Встреча с агентом Абвера доставила немало неудобств. Шросс наверняка устроит слежку за ним, несмотря на заверения, что дело в Рихтере. Он не доверяет ни тому, ни другому. Весь разговор не более, чем проверка. Либо Шросс хочет столкнуть лбами Рихтера и Звягина, либо хочет увидеть, как они запаникуют и сдадут себя сами.
Так что, чем дальше от населённых пунктов, тем лучше. До деревни, где проживал Звягин несколько километров, а до базы вообще полдня пути. Прекрасное место, где никто не подслушает.
Хруст ветки заставил Антона вздрогнуть. Он резко развернулся, рука легла на кобуру с оружием. Вгляделся в сторону шума, присматриваясь в кусты. За стволом дерева кто-то был. Вот она слежка!
-Немедленно выходи! – крикнул он. – Считаю до трёх! Иначе буду стрелять! Раз…
Звягин вытаскивал «люгер», сердце замерло в груди. Ещё секунда и…
Из-за дерева высунулся кролик. Мордочка выражала полное безразличие к угрозам Антона. Носик обнюхивал цветки колокольчиков. Где-то каркнула ворона, словно в подтверждение, какой человек болван.
-Прости, приятель, - усмехнулся Антон, качая головой. – Совсем я рехнулся, чуть кролика не подстрелил!
-Ты не пробовал филе из кролика по рецепту моей бабушки, - раздался звучный голос Отто Вебера. – Вот уж объедение! Мясо сладкое и нежное!
-Тьфу ты, Отто! – Антон обернулся и с удивлением увидел друга, стоявшего в двух шагах напротив. – Крался на цыпочках?
-Увидел тебя вдалеке и решил пройтись за деревьями, чтобы проверить рефлексы, - хмыкнул Отто. – По-видимому, пушистые создания тебя интересуют больше, чем возможные враги.
-Просто задумался, - пожал плечами Антон. – Представь себе, у меня куча мыслей, работа в «Аненербе» сводит с ума почище, чем психушка. Инопланетяне, летающие «блюдца», злые нацисты… обычное дело.
Отто Вебер покачал головой. Выглядел он разительно по сравнению с обычным стилем – никакого пиджака и брюк, а наоборот свитер, поверх него дорожный плащ, рабочие штаны явно большего размера и едва не висят мешком. Это выглядело бы смешно, если бы не лицо друга – помятое, небритое, с громадными мешками под глазами. Взгляд того хуже – поникший, наполненный печалью, словно туча, набухшая влагой и готовая пролиться на землю горьким дождём.
-Что случилось, Отто? – спросил Антон, который в отличие Вебера надел форму Вермахта, отутюженную и чистую как слеза младенца. – Тебя будто обухом ударили, привязали к лошади верёвкой и прокатили по земле как мешок с навозом…
-Юмор помогает сгладить неловкость, да? - хмыкнул Отто. – Начнём с твоих поганых новостей может?
-И чего сразу поганых? – усмехнулся Антон. – Где оптимизм?
-В Третьем Рейхе-то? – вздохнул Вебер. – Так что хотел сообщить?
Звягин коротко передал сообщение в Кремль. Неудачные испытания двигателя, привлечения к работе Шаубергера, возможности новых летательных аппаратов. Он не раздобыл снимков, копий чертежей. Всё это будет потом, требовалось время.
-Об инопланетянах лучше пока умолчать, - закончил мысль Антон. – Честно говоря, без доказательств я скомпрометирую себя перед полковником Ноздрёвым.
-Спешу тебя обрадовать, - горько проговорил дипломат. – Уже не сможешь разочаровать своего наставника никогда. Я получил тревожную информацию из Москвы. Пока это не обсуждается в широких кругах, но скоро будет гудеть весь Берлин.
-О чём ты? – вздрогнул Антон, у которого мурашки побежали по коже. – Что с Ноздрёвым, не томи!
-Его приговорили к пожизненному заключению, - ответил Вебер, кладя руку на плечо Звягина. – Крепись, дружище. Приговор ещё не вступил в силу, рассматривают расстрел.
-ЧТО?! – Антон сбросил с себя ладонь дипломата. – Ты рехнулся? Этого быть не может!
-Сталин закручивает гайки, - покачал головой Вебер, - притом так искусно, что скоро от верхушки военного командования не останется и генерала. Это безумие, оно не поддаётся логике! Маршал Тухачевский обвинён в госизмене и попытке свержения власти. Будто есть связи с Вермахтом и он вражеский агент. Любой, кто так или иначе, был в хороших отношениях с маршалом заключён под стражу. Ноздрёв попал под раздачу, более того, всех разведчиков, учившихся под его командованием, шерстят, пытают чекисты. Тебя считают предателем, посланным для обеспечения связи с Тухачевским, а также дезинформации Кремлю.
-Не верю… это какая-то выдумка… наши власти не могли так поступить!
-К сожалению, вожди во всём мире одинаковые, независимо от того, кто они – монархи, нацисты или коммунисты. Сталин опасается потерять место в Кремле и
