своим.»
— Ничего себе «всего одно». Вы этим условием три четверти разумных отсеяли.
«Роман!»
— Слушай, давай пока не будем торопить события. Я понял, что они замечательные, и я благодарен им за спасение… Не смотри на меня с таким скепсисом, правда благодарен. Но лично ведь мы не знакомы, я знаю наверняка лишь то, что у копейщика хорошо поставлен удар локтëм.
«Уже сегодня познакомишься, вечером, со всеми. Они адекватные. И ты тоже веди себя нормально, а не как обычно.»
— В каком смысле как обычно?
«В прямом!»
— Да брось, вот уж с моей стороны проблем не будет. Я ведь, кроме всего прочего, мошенник! А умение втираться в доверие — это же база, основы основ этого… Скажем так, ремесла.
Нио мрачно посмотрела на ухмыляющегося мужчину. Вот ИМЕННО ПОЭТОМУ она считала, что возникнут проблемы. Не сейчас, так позже.
Она вздохнула.
«Ладно, с остальными ты как-нибудь наладишь общение… Я только хочу предупредить насчëт Минато.»
— Снова? Я тебя и с первого раза понял.
«Да вот я как-то в этом сомневаюсь!»
Торчвик страдальчески простонал, но Нио этим не впечатлилась.
«Роман, я серьëзно! Не смотри на то, что он выглядит младше тебя! И не думай, что раз у него спокойный характер, то можно сесть ему на шею и делать всë что вздумается! Минато в другой лиге, заруби себе это на носу! Не надо пытаться играть его втëмную и проверять границы дозволенного! Не надо испытывать на прочность человека, который способен одним щелчком пальцев размазать тебя ровным слоем по стенке! Не для того я хотела тебя спасти, чтобы потом, глотая слëзы, любоваться кашицей из твоих мозгов, ты меня понял⁈»
Девушка уже не сидела, а подошла к Роману и со злыми слезами на глазах начала тыкать пальцем в его грудь, подкрепляя этим свои слова. Торчвик поморщился от боли — тычки были вот нихрена не нежными, — и чтобы их прекратить, привлëк Нио в свои объятия, начав поглаживать по спине. Та уткнулась ему в шею и засопела.
— Всë-всë. Понял, принял, осознал. Я ж не самоубийца, ну что ты в самом деле. Буду паинькой.
«Да уж постарайся! Идиота кусок…»
Некоторое время они просто посидели в тишине.
— Нио, слушай, а у вас тут сигар случайно не найдëтся?
«Не найдëтся. Широ сказал, что после голодовки тебе нельзя первое время ни табак, ни алкоголь.»
— Ой, да перестань хоть… Я ж этот табак не есть собираюсь.
«Нет! Нельзя значит нельзя, Роман!»
Тот вздохнул. С момента их воссоединения прошло всего ничего, а его уже пытаются загнать под каблук. Не хватало ещë стать некурящим трезвенником, ну в самом-то деле…
Нио подняла голову и в упор посмотрела на него, слегка прищурив покрасневшие глаза.
«А чего это ты вообще вздыхаешь тут? Я тебе ещë не высказала за то, что ты, скотина, тупо бросил меня и свинтил в эту свою Башню! Для тебя что, Башня важнее чем я⁈»
* * *
Зелëные луга с короткой травой. Высокие горы вдалеке. Глубокая синева неба над головой — пусть она уже и знала, что это лишь иллюзия. Бесконечный простор вокруг, куда не взгляни.
Медленно вдохнув прохладный воздух, она плавно приняла давно отработанную стойку. Крепко держа в ладонях рукоять меча, подняла его на уровень глаз, остриëм вперëд.
Она — Арье! В еë руках клинок! И во всëм мире нет ничего, что она не смогла бы разрезать этим клинком!
— Стиль Арье: Тсубаме!.. Э-э-э⁈ Уй!
Допустив ошибку в движении, девочка запуталась в ногах и совершила замысловатый пируэт, после чего плашмя рухнула спиной на траву. Меч упал рядом и, будто сознательно, откатился от своей хозяйки.
— Ещë раз.
— Пап, я не могу! Ну не гнутся руки под таким углом! И меч слишком тяжëлый!
— Можешь. В тебе течëт кровь Арье. А для Арье с мечом нет ничего невозможного. Единственное, чего тебе не хватает — так это мотивации.
— Да как не хватает-то!
Она хотела попасть в родовые земли! Познакомиться с величайшими мечниками! Посмотреть на легендарный клинок Главы — священную реликвию их Семьи, овладеть которой стремится каждый Арье!
Ну вот почему еë отца изгнали⁈ Хотя… Честно говоря, она могла понять почему. Сидит вон на веранде, изверг, чаëк зелëный попивает с отрешëнным видом. Она бы его тоже изгнала. Но их-то с матерью за что⁈
— Если хватает — тогда встань. И попробуй ещë раз.
Она издала отчаянный стон. Но тем не менее начала шевелиться, всë же с отцом шутки плохи. Сделает так, что она с этой поляны сегодня вообще не уйдëт. Дотянувшись до рукояти клинка, девочка с трудом приподнялась…
Медленно и неохотно, словно на автопилоте, Фурина села в постели. Сонно осмотрелась вокруг. Потëрла глаза.
Вот вроде бы она спала вдоволь, а всë равно чувствовала себя какой-то разбитой и уставшей. Это же не так должно работать, разве нет?
Девушка встала с постели, надела тапки. После чего вышла из комнаты и походкой восставшего зомби направилась в сторону ванной.
Из кухни и гостиной раздавались голоса. Горел свет, тихо играла музыка на фоне. Слышались шаги, стук ложек о тарелки, иногда смех.
— Я всë проспала, да? У-у, без меня начали.
Фурина зевнула. Затем, пожав плечами, продолжила свой путь.
Освежившись, окончательно проснувшись и сменив пижаму на футболку и домашние хлопковые брюки, девушка спустилась вниз.
В гостиной действительно уже все собрались. Роман с Нио сидели бок о бок на диване. Перед ними стоял столик, со стаканами сока и тарелками с едой. Напротив — на таком же диване сидели Минато с Широ, которые слушали Торчвика. Оуги сидела в отдельном мягком кресле, попивала что-то из бокала и тоже внимала речи мужчины.
Заметив новое лицо, Роман прервался, приветливо улыбнулся и встал. Одет он был в новые футболку и шорты — старую одежду, в которой он провëл две недели в темнице, Нио скорее всего выкинула. По крайней мере, она точно планировала это сделать.
Мужчина приложил ладонь к груди в районе сердца и слегка поклонился.
— Леди Арье, полагаю. Меня зовут Роман, очень рад с вами познакомиться. Ваши друзья мне много о вас рассказывали… Уверяю, только хорошее.
Девушка приосанилась. Оглядела остальных взглядом «видели-видели, да? Вот так-то!». Нио, страдальчески закатившую глаза, она великодушно проигнорировала.
— Хе-хе, да, это я~ Но давай опустим формальности? Друг Нио — мой друг!
Торчвик кивнул.
— Конечно, я только
