давай сюда свой, – приказал Праудмор со вздохом. – Я лично вышибу мозги тому, что посмел похитить мою женщину.
– Но почему ты думаешь, что она не сама сбежала?
– Ты хочешь испытать моё терпение?
Полный ярости взгляд герцога быстро убедил строптивого работника.
– Допустим, это не она, – согласился Дастен, отщёлкивая клёпку кобуры на поясе. – Но кто мог додуматься и пробраться в лагерь?
– Это может быть кто угодно, – не согласился Лакс. – В конечном счёте у нас есть беглец‑убийца, который мог спрятаться среди лагеря, а есть картёжники в карцере, которых взяли совсем недавно, и те два уголовника, как их там?
– Важно другое – каков мотив? – Дастен заговорил как настоящий полицейский. – Месть?
– Её взяли в заложники, – выдохнул Праудмор, стискивая зубы. – Наверняка дело в этом. Она не могла сама уйти, только не таким образом.
– Ты на ногах еле стоишь, – фыркнул родственник. – Иди проспись, а мы найдем «твою женщину».
– Нет, я сам! – заупрямился герцог.
Влепил себе пощёчину и широко раскрыл глаза из‑за будоражащего кровь удара.
Дастен и Лакс многозначительно переглянулись. Последний еле заметно кивнул, а первый наконец вытащил пистолет и аккуратно вмазал рукоятью прямо по шее начальству. Тихий стон недовольства – вот и всё что успел издать Праудмор, прежде чем его отрубило напрочь.
– В таком состоянии ты и сам поранишься, и людей поперестреляешь почём зря, – оправдался подчинённый, подхватывая герцога под руки.
– Главное, чтобы он нас за это не убил по пробуждению, – меланхолично произнёс Лакс, помогая коллеге в непростом деле: незаметном перемещении вырубленного начальника в собственную палатку. – Слушай, а есть идеи, куда её могут незаметно затащить с учётом небольшой форы по времени?
– Да окрестности прочесать – делов на два часа, – ответил Дастен без тени волнения в голосе. – Главное найти и окружить, а там разобрать преступников по одному, не поднимая лишнего шума.
– Ха, было бы всё так просто, – Лакс немного поднапрягся, ощущая, будто Праудмор сильнее заваливается на его сторону, поэтому возмущённо прошипел: – Ты, это, не отпускай его, тяжёлый ведь.
– А, да, задумался.
Дастен быстро опомнился и вцепился в лацканы герцогского пиджака. Секунда, и он закинул Праудмора на плечо, словно мешок с землёй.
– Давай, я сам убаюкаю нашу принцесску, а ты пойди проведай карцер, не сбежал ли кто из недавно взятых.
– Так и сделаю. – Лакс аккуратно оттряхнул ладони, ощущая на коже неприятные катышки ткани. – Догонишь.
– Хорошо, – прозвучало ему вслед.
Больше медлить красавчик не стал. Направился в другую сторону от изначально выбранного направления всей троицы.
Глава 20. Классика жанра
Капец.
Это ж надо быть такой везучей? Быть похищенной во второй раз двумя отморозками, которые, как показало время, вовсе не приснились.
Да…
Шишак на голове знатный вышел. Спасибо тяжёлому тупому предмету, которым меня и огрели, когда я корпела над чертежами поместья мэра, а именно проводила маленькое расследование по поиску интересных тайников. Долго, наверное. Время не считала. Да настолько увлеклась, что не услышала ничего и никого, шуршащего у меня за спиной.
Нет, не так. Я настолько привыкла к шуму меня окружающему в офисе, что научилась мысленно абстрагироваться и работать дальше.
Мир будет рушиться, а я и не замечу, пока сама не отвлекусь от проекта, настолько приучилась концентрировать внимание. Чем, кстати, сильно гордилась в своей прежней жизни, там, на Земле. Но только не здесь и сейчас.
Сейчас я сожалела, что не подняла вой на весь лагерь.
Потому что вонь в помещении, в котором я очнулась, стояла знатная. Плесень, гниющие доски, запах мокрых тряпок и всё в таком роде. Солнышко, кстати, светило ярко сквозь мутноватые стёкла квадратного окна. Частицы пыли искрились в воздухе и летали туда‑сюда под действием слабого сквозняка. Время от времени оконные ставни в соседнем помещении постукивали о стену или карниз, чем изрядно раздражали. Но я старалась держаться молодцом.
Потому что это явно какая‑то ошибка. Точно и абсолютно ошибка.
Не знаю, с какой стати, но уверенность в подобной точке зрения была почти стопроцентная, если, конечно, Сюзанна не успела подложить мне очередную свинью перед тем, как свалить.
То есть подложила‑то она сама себе, но расхлёбывать придётся уже другой владелице этого тела!
Разочарованно вздохнула.
И, к сожалению, меня услышали. В соседнем помещении тотчас послышались характерные скрипы. Кто‑то встал с кровати или поднялся со стула и начал расхаживать туда‑сюда.
А я в который раз обследовала зрением комнату, где была заперта вот уже час по внутренним ощущениям. Да не просто заперта. Руки связаны, ноги – тоже. Во рту кляп. Хорошо хоть сохранялась некоторая свобода действий – могла ворочаться с боку на бок.
Только это и спасало от некоторого уныния.
Но вот случилось знаковое событие. Явился тот, кто должен был пролить свет на моё такое не особо приятное времяпрепровождение.
– Зачем вы меня сюда позвали!
В соседней комнате послышался недовольный возглас знакомой ушлой дамочки. В первый‑то раз, где‑то час назад, я едва приоткрыла глаза и снова их закрыла, искренне убеждённая в том, что по‑прежнему сплю. Однако ноющая боль в затылке и характерная шишка быстро привели меня в чувство и прояснили ситуацию. Поэтому сейчас я с замиранием сердца пялилась на дверь моей камеры и дожидалась явления её.
Вабу Кованни.
Прям какое‑то дежавю. Не хватает только браслета на запястье, подчиняющего перстня и иного платья, более вульгарного. Красного. По‑моему, бархатного. Или нет?
Додумать мне не довелось. Дверь быстро распахнулась, и в комнату ворвался настоящий ураган.
Не понимаю, что конкретно Вабу приняла с утра пораньше. Но глаза её безумно блестели, а сама она кинулась ко мне и первым делом… вытащила кляп изо рта.
– И‑и‑извини нас, – зачастила она. – Эти олухи не так меня поняли. Я… это всё они! Я хотела, чтобы ты подписала кое‑какие бумаги, сказала им доставить тебя ко мне.
Она была сильно смущена, если не сказать напугана. Голос её срывался
