Когда огонь угас, я опустился на землю, сел, прислонился спиной к ближайшей стене, закрыл глаза и уснул. Хотел самолично полюбоваться на крушение Морморы. И не сомневался, что уж теперь-то ее горемычный властелин не сможет препятствовать моему визиту.
Куда ему.
Я сразу увидел, что пространство сна о Морморе почти утратило былую достоверность. Ну, то есть опытный сновидец, вроде меня, еще мог ощутить холод, прикоснувшись к щербатым булыжникам мостовой, а вот оцарапать руку о камень — это уже вряд ли. Страдальцев тут больше не было; воины в черных плащах имели потерянный вид и походили скорее на призраков, чем на живых людей, а драконы перестали драться и гадить. Кружили в низком небе, как огромные несуразные птицы, только и всего. Я мог быть доволен — да я и был. Хотя, чего греха таить, победить собственного непутевого ученика, да еще и не с первой попытки — не ахти какое достижение.
Ну, хоть так.
Я не стал тратить время на прогулку по Морморе, а с должным тщанием исполнил ритуал Призыва. Рано или поздно Лаздей должен был объявиться, и не таких из щелей выманивали.
Теперь только и оставалось — постоять, подождать немного. А чтобы не скучать, я заключил с собой пари на одну корону: в каком виде появится Лаздей? Если трехметровый, с моим лицом, перекладываю монетку из левого кармана лоохи в правый. А если такой, каким его создала природа, — монетка остается, где была. Не самый азартный спор в моей жизни, но лучше, чем вовсе ничего.
Он пришел уже через пару минут. Куда быстрее, чем я предполагал. Совсем вымотался, бедняга.
Корона могла оставаться в кармане: мой бывший питомец выглядел точно так же, как в день нашего знакомства. Чуть больше помят, давно не брит, но в целом — старый добрый Лаздей Махикала.
Держался он скромно, вид имел пришибленный. Увидев его, я сразу понял, что никакой драки не будет. Лаздей дурак дураком, но некоторые совсем простые вещи понять и принять к сведению все же способен. Ну и хвала Магистрам. Не то чтобы жизнь Лаздея Махикалы представлялась мне таким уж бесценным сокровищем, но было бы досадно вот так сразу прикончить человека, который как минимум трижды ушел от меня живым. В таких случаях я всегда стараюсь хоть немного повременить, поглядеть, разобраться: зачем все это случилось? К указаниям судьбы имеет смысл прислушиваться. По крайней мере, к указаниям моей судьбы. Она у меня умница и не злодейка, хотя, конечно, со своими причудами и интриганка, каких мало.
— Ну что? — миролюбиво спросил я. — Допрыгался, „Властелин Морморы“?
Лаздей смиренно молчал, потупив голову. Но робкую улыбку утаить все же не сумел. Понятно, почему он радовался. Если уж я сразу его не убил, значит, можно еще попрыгать, за шкуру свою поторговаться и, чем только Темные Магистры не шутят, выкупить ее по дешевке, оставив меня в дураках.
Но о его шкуре и цене за этот товар я уже успел подумать, пока болтался тут, дожидаясь явления Его Морморского Величества.
— В живых остаться ты безусловно хочешь, — сказал я. — Но пока не очень вижу, как тебе тут помочь. В Холоми, сам понимаешь, я тебя теперь не поволоку. После всего, что ты здесь вытворял, тебе там не место.
— Но по закону ты… вы же обязаны отправить меня именно в Холоми!
Лаздей говорил тихо, но очень твердо, со знанием дела. Никак Кодекс Хрембера последние полчаса штудировал, искал там статью, гарантирующую ему чудесное спасение. Это было очень глупо, но даже трогательно отчасти, как всякий союз утопающего и соломинки.
— Нет, не обязан. Если тебя действительно волнует юридическая сторона дела, у меня скверные новости: с некоторых пор любой мой поступок считается законным и полезным для Соединенного Королевства деянием. Двадцать седьмая поправка к Кодексу Хрембера, сам писал. Поэтому отдохнуть в Холоми после всех этих подвигов тебе не светит, извини, дружок. И не особо раскатывай губу: если я не убил тебя до сих пор, то лишь потому, что у меня есть несколько вопросов. Но задавать их я буду в другом месте. Пошли.
Я ухватил его за шиворот и как следует встряхнул. Старомодный и не самый элегантный трюк, но я питаю к нему некоторую слабость. Очень уж много народу перетаскал из сновидений именно таким способом: как кошка котят переносит, ухватив за загривок.
Миг спустя мы оба проснулись на Темной Стороне Гажина. Во-первых, просыпаться там, где осталось твое тело, полезно для здоровья, а во-вторых, я хотел, чтобы мой пленник своими глазами увидел, как обстоят дела. А то знаю я его дурацкую привычку вечно надеяться на лучшее.
Лаздей сразу понял, где мы, возвел глаза к небу и побледнел. Ну да, надо понимать, он до самого последнего момента надеялся, что его неприятности — явление временное, и все еще можно переиграть. Починить Мормору, накормить драконов, приободрить охламонов в черных плащах, а в финале снова заполнить улицы и дворцовые подвалы мучениками да страдальцами. Думаю, именно так парень представлял себе простое человеческое счастье.
Но теперь Лаздей увидел, что от сплетенной им колдовской сети не осталось и следа. Для него это был серьезный удар.
— Ты действительно думал, что твоя паутинка до сих пор в полном порядке? — спросил я. — Сидел в Морморе, видел, что вокруг происходит, и все равно надеялся, что сеть уцелела? Ну-ну, молодец. Учишь вас учишь, никакого толку!
— Столько труда, — горько сказал Лаздей. Кажется, он вовсе меня не слушал. — Столько тяжелого, кропотливого труда… Я никогда в жизни так не выкладывался!
Глаза его блестели от слез, губы дрожали. Ребенок, чей дворец из щепок и камней только что порушили подгулявшие родители, и тот не мог бы выглядеть более несчастным. Расскажи кому-нибудь, как это прекрасное дитя на досуге развлекалось в волшебном своем королевстве, так ведь не поверят. Он и меня-то не разжалобил только по той причине, что это в принципе невозможно, а вовсе не потому, что плохо старался.
— Да, паутинка ничего, на славу была сработана, — миролюбиво согласился я. — Ты не зря трудился. Если бы не эта сеть, я бы с тобой и разговаривать не стал, а теперь может и побеседуем. Да не смотри ты так на меня! Пытать тебя я не собираюсь, по-дружески выспрашивать — тем более. Что я, вранья на своем веку мало слышал? Вернемся домой, призову твою Тень, она мне все живо расскажет. Заодно погляжу на нее наконец-то. Любопытная, должно быть, тварюшка. Вкусная, надеюсь.
Теперь Лаздей глядел на меня совсем уж дикими глазами. Его можно понять. Это мы, посвященные, знаем, что представляет собой Тень, которая есть у всякого человека; умеем ее подманить, расположить к себе, договориться. А среди всех прочих граждан Соединенного Королевства, от неграмотных фермеров до Великих Магистров, ходят самые диковинные небылицы об охотниках на чужие Тени. Одна другой страшнее, хоть криком кричи. Я в свое время Великого Магистра Ордена Колючих Ягод разоружил одной лишь угрозой, что нынче же ночью сожру с потрохами его Тень, если он добром не сдастся. И ведь поверил как миленький. Сложил оружие и в изгнание потом отправился без возражений, на все был готов, лишь бы я его Тень не трогал. Смешной человек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
