Читаем без скачивания Гильдия Злодеев. Том 1 (СИ) - Ра Дмитрий

— Спасибо. Ну, как там дела в замке?

Торн прячется за забралом. Как он вообще постоянно ходит в этом доспехе? На улице страшная жарища, градусов под тридцать.

— Плохо, Римус. Всё гудит и трясется. Рассказывают, что утром принц выскочил из своих покоев, проклиная все вокруг. Со злости избил нескольких служанок. Эйр Галлен убедил его получше обыскать места, где он был, прежде чем обвинять других.

Хмурюсь:

— Какая прелесть. Кольцо ему и правда дорого.

— Это мягко сказано. Я поговорил с учеником придворного мага. Мы с ним в хороших отношениях. Он рассказал, что в кольце камень Первозданного, Римус. Это один из трех перстней Дома Солнца, который нынешний король дал сыну, пока он гостит у вашего отца. Камни Первозданного — единственный материал, из которого можно сделать артефакт, перезаряжающийся самостоятельно.

Видимо, на моем лице отражается что-то коварное и очень меркантильное, поэтому Торн спрашивает:

— Возвращать перстень вы не собираетесь даже после того, что узнали? Если хотите, могу куда-нибудь его подбросить и...

— Не собираюсь. Так, я всё еще могу тебе доверять?

— Безусловно, Римус. Я ваш личный гвардеец.

Искоса смотрю на Торна:

— А если перестанешь им быть? Ну, захочешь на пенсию, или я не смогу заплатить тебе жалование.

— Я вам уже отвечал на этот вопрос, Римус.

— Ага... точно... Значит, если кольцом не пользоваться, то оно само перезарядится? Я верно понял?

Так вот что имел в виду Костя, когда говорил мне не переживать о перезарядке. Говнюк всё знал.

— Да. Но на такую перезарядку понадобится немало времени, учитывая, сколько в камне эфира.

— Сколько?

— Точно не знаю, но много. Вспомните, как легкая пощечина принца полностью разрядила ваш браслет, предназначенный для защиты от медведей. В поединках с артефактами часто выигрывает тот, у кого больше заряд. Кстати, — кивает на браслет на моем запястье. — Вы же понимаете, что если бы он не был разряжен, то вы бы так легко не отделались в драке с Курцем.

Накидываю самое понимающее лицо:

— Конечно.

Торн кивает:

— Хорошо. Сами знаете, чем чревата артефакторная несовместимость. Использовать перстень с браслетом нельзя.

Ага, конечно, блин, знаю. Это что же получается? Нельзя обвеситься крутым штуками и стать гламурным Князем Тьмы?

Торн поправляет меч за спиной:

— Однажды я был свидетелем поединка между владельцами артефакта физической силы с владельцем артефакта на физическую защиту такой же мощности. Как думаете, кто победил?

Хм, что-то он болтливый стал. Не нравится мне это.

— Тот, что с силой? Защитный, скорее всего, быстро разрядился.

— Нет, Римус. Победил тот, кто опытнее в бою и более развит от природы. Можно махать кулаками и крошить камни, но ни разу не попасть по противнику, чем и воспользоваться владелец артефакта физической защиты. Он истощил атакующего ловкостью. Тот попал по нему всего раз и просто разрядил свой артефакт, избивая воздух.

— Вот оно как...

Недолгая пауза. Торн стоит, как изваяние, сверлит меня взглядом через щелочки на шлеме. Напрягает...

— Римус, вы разрешили свободно с вами говорить. Я этим воспользуюсь. Видел, что у вас произошло с Лией.

Хмыкаю:

— Подглядывать нехорошо.

Так он видел мое пробуждение или нет? Что происходит вообще?

— Прошу прощения, Римус. Но вы не особо скрывались.

Торн кивает в сторону, на ребятню, наблюдающую за нами неподалеку. Вид у них ОЧЕНЬ испуганный. С чего бы?..

Заметив наше внимание, они резко отворачиваются. Среди них вижу Буську — того самого мальчугана, которого я потрепал за надувание жаб. Теперь он нескоро решится еще раз поиздеваться над животными.

Черт... По деревне поползут слухи. Курц, ребятня... Многие видели. Не хочу лишний раз трепаться о каких-то пробуждения, пока во всем не разберусь.

Хмыкаю:

— Так что там про Лию? Сразу предупреждаю — с тобой за нее я драться не собираюсь.

Торн неоднозначно переминается, гремя доспехом:

— Она моя племянница. Ее покойная мать — моя младшая сестра.

Хм... Совпадение?.. Хотя... чему удивляться. В средневековье в одной деревне жило по пять-десять семей, и все родственники. Инцест — дело семейное, и раньше к этому относились по-другому.

В общем, теперь понятно, почему Торн так резко отреагировал на слова Клоуша о том, что Лие угрожали бандиты.

— То есть Клоуш — твой отец?

— Нет. Он дед Лии по линии ее отца, которого я плохо знал. Незадолго до ее рождения его сожрал утропий в лесу.

Мурашки бегут по спине. Опять эти утропии. Подбираю одежду, одеваюсь. Торн продолжает:

— Они не знают, что мы родственники, Римус. И я прошу вас, чтобы так и осталось. С вашего позволения, я не хотел бы рассказывать подробности. Но вы должны знать, что я всегда оберегал Лию. Как мог...

И как же он чувствует себя в роли моего гвардейца? Я ведь когда-то приставал к Лие.

— Надо же... Ты довольно убедительно угрожал Клоушу. А ведь он ее дедушка.

— Вы мой господин, Римус. А я ваш личный гвардеец. Это всё.

— Неужели? А если бы я приказал убить его?

— Я бы постарался вас отговорить. Это неразумный поступок.

— Ты не ответил. Убил бы?..

Я слышу дыхание Торна за шлемом. Он сухо отвечает:

— Да.

Поразительная верность или убедительный блеф. Тяжело отличить. Выпрямляюсь уже одетым, поправляю сумку за спиной:

— Прости за такой вопрос, Торн.

— Не извиняйтесь. Вы мой господин.

Искренне улыбаюсь:

— Я не буду тебя расспрашивать и никому не проболтаюсь. Но ты же не просто так мне это рассказываешь.

Торн кивает:

— Верно... Я назову вам причины. Но это будет... — первый раз слышу, чтобы он запнулся. - ...неуважительно. Вы разрешаете?

— Конечно. Говори, что думаешь.

Торн отдает мне честь, встает в солдатскую стойку:

— Что ж... Как я и говорил, Лия — очень хорошая девочка. Но я первый раз вижу, чтобы она так выражала свои чувства. Особенно после того, что вы позволяли себе делать с ней месяц назад. Не подумайте, что на нее повлиял ваш подарок. Ей и раньше богатые купцы предлагали дары , но Лия отвергала их. Четыре раза я вмешивался и выпроваживал таких ухажёров из деревни. Поэтому я не понимаю, почему она... выбрала вас. Вы — слабый и одновременно опасный партнер. Не сможете ее защитить и вовлечете в неприятности. Или сами пострадаете, а она не переживет такого горя. Римус, — щели в шлеме будто светятся голубым. — Я обещал сестре, что сберегу ее дочь.

А вот сейчас обидно было. Мне часто говорили, что я опасный, но слабый? Эх, тяжелы вторые жизни. Ладно, тут я Торна понимаю, и недавно об этом как раз думал:

— Я на твою племянницу не претендую, если ты не заметил.

— Но вы с ней... кхм... Могу я узнать, вы испытываете к ней какие-то... чувства?

Видно, что вояке тяжело дается такой разговор. Это тебе не воинские тактики и потрошения врагов, а сопли-слюни и сюсю-масю.

Ненадолго задумываюсь:

— Она милая, но, скажем так, до влюбленности мне очень далеко. Со мной это вообще непросто. Лия пригласила меня на ужин, но я передам, что не смогу прийти. Я исполнил твою просьбу? Надеюсь, на этом всё?

Мой личный гвардеец не отвечает, но я чувствую напряжение.

— Что еще, капитан Торн?

— Нет, ничего, господин Римус, — снова отдает честь. — Благодарю вас.

Ага, конечно. А то я не вижу. Ладно, уже достало это фамильярничество. Так он скоро из личного гвардейца превратится в слишком хорошего советчика. А мне этого не надо.

— Замечательно. Надеюсь, мы определились.

Видимо, Торн хочет поскорее сойти с неприятной темы:

— Римус, не желаете провести небольшой спарринг? Неформальный и без особых правил. Можете использовать кольцо.

Удивленно смотрю на огромного воина:

— Серьезно? С тобой? Прямо здесь? Сейчас? Зачем?

Нет, с ним точно что-то не так. Мне это нравится всё меньше и меньше...

— Я думаю, это поможет вам. Откроет глаза на возможности артефактов. Иногда лучше один раз показать, чем десять объяснять.