– Не беспокойтесь, – настаивал Бейли. – Я попрошу, чтобы вам принесли сюда.
– Так, так, – невесело сказал Клусарр. – Прямо как аристократу или полицейскому чину. А что еще? Может, отдельную ванну примем?
– Отвечайте на вопросы, Клусарр, – сухо ответил Бейли, – а шуточки приберегите для своей подружки. Так куда мы пойдем?
– Если хотите, пошли в весовую. Вас это устраивает? Только мне не о чем с вами говорить.
Весовая представляла собой квадратную, снежно-белую комнату, с лучшей, чем в соседнем зале, вентиляцией. Вдоль стен под стеклянными колпаками стояли ряды тонких электронных весов с электронными манипуляторами. В колледже Бейли пользовался более простыми моделями. На одной из них, которую Бейли узнал, можно взвесить даже миллиард атомов.
– Мне кажется, здесь нам не помешают, – заметил Клусарр, когда они вошли в комнату.
Бейли что-то буркнул в ответил и повернулся к Р. Дэниелу.
– Пожалуйста, пойдите и распорядитесь насчет обеда. И подождите снаружи, пока его не принесут.
Когда Р. Дэниел вышел он обратился к Клусарру:
– Вы химик по профессии?
– С вашего позволения, я зимолог.
– Разве это не одно и то же?
Клусарр высокомерно взглянул на него.
– Химики только и возятся со своими вонючими реактивами, а от нас, зимологов, зависит жизнь нескольких миллиардов людей. Я – специалист по дрожжевым культурам.
– Ну, ладно, ладно, – согласился Бейли.
Но Клусарра нельзя было остановить:
– Эта лаборатория обслуживает всю компанию «Нью-Йорк Йист». Каждый час, каждый день мы, как проклятые, выращиваем для нее сотни дрожжевых штаммов. Мы исследуем и изменяем из питательные свойства. Мы следим за их ростом. Мы меняем их генетику, создаем новые штаммы, размножаем их, выделяем нужные нам свойства, а потом снова скрещиваем их.
Когда несколько лет назад в Нью-Йорке началась появляться масса клубники, это была не клубника, парень. То была особая сахаристая дрожжевая культура естественного клубничного цвета с ничтожной добавкой ароматических веществ. И мы создали ее здесь, в этой комнате.
Двадцать лет назад Saccharomyces olei Benedictae был всего лишь бесполезным штаммом с мерзким привкусом сала. Он до сих пор отдает салом, но содержание в нем жира увеличено с 15 до 87 процентов. Если сегодня вы пользовались экспрессом, то знайте, что вся его смазка – это S.O.Benedictae, штамм АГ-7. Создан здесь, в этой самой комнате… Так что я не химик, а зимолог.
Бейли невольно отступил перед бурным натиском собеседника.
– Где вы были вчера вечером между шестью и восемью? – резко спросил он.
Клусарр пожал плечами.
– Прогуливался. Я люблю погулять немного после обеда.
– Вы были гостях или ходили в субэтерикс?
– Нет. Просто гулял.
Бейли поджал губы. Посещение субэтерикса можно было бы проверить по отметке на абонементе Клусарра; встреча же с друзьями повлекла бы за собой очную ставку.
– Значит, вас никто не видел?
– Может быть, кто-нибудь и видел, не знаю. Во всяком случае, знакомые мне не попадались.
– А чем вы занимались накануне вечером?
– Тем же самым.
– Значит, вы не можете представить себе алиби?
– Соверши я преступление, инспектор, я бы позаботился о нем. Для чего мне алиби?
Бейли промолчал. Он заглянул в свою записную книжку.
– Вы уже однажды привлекались к суду. За подстрекательство к бунту.
– Ну и что? Меня толкнул какой-то робот, а я сделал ему подножку. Это, по-вашему, подстрекательство?
– Суд пришел именно к такому выводу. Вас признали виновным и оштрафовали.
– Ну и дело с концом. Или вы хотите оштрафовать меня снова?
– Два дня назад у обувного магазина в Бронксе чуть было не вспыхнул бунт. Вас там видели.
– Кто?
Бейли оставил этот вопрос без ответа.
– В то время у вас был перерыв на ужин. Вы ужинали позавчера вечером?
Клусарр замялся, затем покачал головой.
– Расстройство желудка. Бывает иногда из-за дрожжей. Даже если давно имеешь с ними дело.
– Вчера вечером начались беспорядки в Уильямсбурге, и вас там видели тоже.
– Кто?
– Вы отрицаете, что были в обоих местах?
– Мне просто нечего отрицать. Скажите мне, где точно все это происходило и кто говорит, что видел меня?
Бейли не сводил глаз с зимолога.
– Не прикидывайтесь, вы знаете, о чем речь. Мне думается, вы один из руководителей тайной медиевистской организации.
– Я не могу запретить вам думать, инспектор. Но это не может служить доказательством, что вам, вероятно, тоже известно, – сказал Клусарр насмешливо.
– Вероятно, – ответил Бейли с каменным выражение лица. – Но я заставлю вас признаться. И я сделаю это сию же минуту.
Бейли подошел к двери и выглянул наружу. Неподалеку неподвижно стоял Р. Дэниел.
– Принесли ужин Клусарра?
– Еще нет.
– Внесите его. Хорошо, Дэниел?
Спустя несколько минут в комнате показался Р. Дэниел с металлическим, разделенным на секции подносом в руках.
– Поставьте его перед мистером Клусарром, Дэниел, – приказал Бейли.
Он сел на табурет у стены, закинул ногу за ногу и слегка покачивал кончиком ботинка. Он заметил, как Клусарр резко отстранился от робота, когда тот наклонился, чтобы поставить поднос на табурет возле зимолога.
– Мистер Клусарр, – сказал Бейли, – познакомьтесь с моим помощником Дэниелом Оливо.
Р. Дэниел протянул руку со словами:
– Здравствуйте, Фрэнсис.
Клусарр не сказал ни слова. Он и не попытался пожать протянутую ему руку. Р. Дэниел же не опускал ее, и лицо Клусарра стало краснеть.
– Вы невежливы, мистер Клусарр, – мягко заметил Бейли. – Или вы считаете зазорным пожать руку полицейскому?
Клусарр пробормотал:
– Простите, но я голоден.
Он вытянул складную вилку и сел, не сводя глаз с подноса.
– Дэниел, мне кажется, наш друг обижен на ваше холодное обращение, – продолжал Бейли. – Вы ведь на него не сердитесь, не так ли?
– Конечно, нет, Илайдж, – сказал Р. Дэниел.
– Тогда докажите это на деле. Обнимите его за плечи.
– С удовольствием, – сказал Р. Дэниел и сделал шаг вперед.
Клусарр положил вилку:
– В чем дело? Что здесь происходит?
Нисколько не обескураженный этим, Р. Дэниел попытался дотронуться до его плеча.
Клусарр отшатнулся от него, бросив в сторону руку Р. Дэниела.
– Какого черта, не прикасайтесь ко мне!
Он вскочил на ноги, задев при этом табурет, и поднос с едой с грохотом повалился на пол.
Бейли коротко кивнул Р. Дэниелу, и тот снова попытался приблизиться к отступавшему от него зимологу. Бейли встал перед дверью.
– Уберите от меня эту гадость! – завопил Клусарр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
