Терпи! Гигиена у них не в ходу! — хмыкнул я. — Думаешь, ты сам ромашками благоухаешь?
— Да это понятно… Нас за все время только один раз водили мыться в ручей. Там вода была ледяная, но это никого не волновало — пришлось купаться, как есть. Хорошо, хоть не заболел.
— А ты вообще как сюда попал? — шепотом уточнил я, пока мы стояли у глинобитной ограды и осматривали видимый сектор.
— А, долгая история… — махнул рукой Смирнов. — Но если в трех словах, то в засаду мы попали, хорошо организованную. Где-то на юге, в сотне километрах западнее Мазари-Шариф. Мы два Урала перегоняли, загруженные инженерным барахлом и одеялами. Одна машина поломалась, да там и маршрут-то был пустяковый, поэтому и ехали без сопровождения. Я и еще четверо ребят. Ну, пока мы чинились, нас и хлопнули из РПГ. Я когда очнулся, ничего понять не мог. Из наших никого больше и не было. Меня потом в два разных места переводили, а потом тут бросили.
— И как давно это было?
— В начале октября. Вроде.
— Охренеть… Ты месяц тут?
— Ну да, — вздохнул тот. — А что я мог сделать? Эх… Жаль я тогда тебя на призывном не послушал, крутил бы сейчас себе баранку где-нибудь на БАМе… А я, дурак, в Афганистан поперся. Все пострелять хотел, тьфу… Мать не знает, решил не говорить.
— Моя тоже не в курсе, — произнес я, вспомнив, что мне вообще-то отпуск был положен, на целых десять суток. Я почему-то не разрешал себе думать о том, чтобы вернуться домой, обнять маму, которую не видел много лет. Тонкий момент, ведь она не знала, что я в армии…
Миновав ограду и первую линию, состоящую из домов и сараев кишлака, мы оказались среди лабиринта узких проходов, переходов, улочек и прочего. Если не знать языка и не следить за редкими указателями, то затеряться проще простого.
— Где-то там должен быть базар! — я кивнул в сторону правого прохода. — Сейчас там делать нечего. А так, можно было бы взрывчатку взять и разнести тут все. У каждого торговца в дукане припрятано оружие. Так, а вот туда мы в аптеку ходили. Но там все одинаковое. А машина, вроде бы, там была…
— Мля, к нам идут! — шепотом перебил меня Женька, кивнув в противоположную сторону. К нам двигался душман, с висящим на ремне автоматом за плечом.
Тот нас тоже заметил. Мы постарались не подавать виду, просто стояли на углу и молчали. Уж не знаю, с какой целью он шел к нам — поболтать или что-то заподозрил.
— Черт! К нам идет, Макс! — Женька стоял к нему лицом и все видел. Начал нервничать. Эх, как бы он глупость не совершил. — Что нам делать, а?
— Спокойно! — тихо ответил я, приготовив нож. — Не суетись. Как только я начну, так сразу вали его на землю и рот закрывай.
— А потом что?
— По ходу дела разберешься!
Тот подошел к нам, что-то спросил на своем языке. Лица у нас были скрыты, вокруг темнота — попробуй-ка, разбери, кто там перед тобой. Душман замедлился, повторил свой вопрос.
Повернувшись вполоборота, я ловко взмахнул рукой, резанув ножом по горлу.
Противник булькнул, схватился ладонями за шею, захрипел. Вытаращил глаза, не понимая, почему так произошло.
Да, жесткий метод. А иначе никак. Заподозрив неладное, он наверняка бы поднял тревогу и тогда весь наш побег снова оказался бы под угрозой срыва.
Женька неловко перехватил его, повалил на землю. Дождались, пока тот затих.
— Обалдеть, — голос у него дрожал. — Ну и что дальше?
— Спрячем его. А то еще кто-нибудь увидит…
Тело мы затащили в узкую улочку, между стенами двух сараев. Его не сразу хватятся. К тому же, это не часовой, вряд ли у них тут какие-то правила есть. Про устав я вообще молчу.
— Где ты машину видел?
— Кажется слева. Ночью тут все совсем по-другому выглядит. Погоди… Вроде бы, туда!
Мы двинулись дальше, причем уже не скрывались, а шли спокойно, будто так и нужно — ведь мы, словно волки в овечьей шкуре, посреди стада. Прошли длинный проход, свернули налево, потом направо… И конечно же заблудились.
— Да блин, мы тут уже проходили.
— Твою мать! Тут все такое одинаковое! — тихо выругался я. — А ну, давай туда.
Еще несколько минут мы бродили туда-сюда, пока совсем не потерялись. Двинулись обратно, намереваясь выйти на базар, но судьба привела нас совсем не туда, куда мы думали.
— Тьфу, зараза! Что ж такое-то⁈ — выдохнул я, глядя на развернувшуюся перед нами картину. Между двух больших домов, примостилась достаточно большая площадь. Прямо на поверхности лежала большая деревянная решетка. Точь в точь как у нашего зиндана, только раза в полтора больше.
Мы с Женькой переглянулись. Вот это мы забрели.
Скорее всего, в этом кишлаке тоже были рабы, хотя изначально я их вообще не видел. И сейчас все они в этой яме…
Яма, конечно же, охранялась — кто же бросит пленников без присмотра⁈
Справа, у освещенного сарая на грубо сколоченных лавках сидело двое душманов. Судя по всему, они были заняты какой-то игрой, несмотря на то, что азартные игры вроде как считались неприличными. Еще один дух стоял чуть поодаль, что-то бормоча себе под нос и размахивая свободной рукой. В другой у него был какой-то мешок.
В целом, здесь было достаточно темно, несмотря на то, что по периметру имелось еще несколько слабых источников света — два факела и бочка.
Я остановился как вкопанный. Женька сразу же понял причину.
— Э-э… Макс, мы тут не для этого… Нам самим бы ноги унести! — пробормотал Смирнов, верно уловив мое состояние. А я уже думал о том, как бы нам незаметно подобраться к зиндану.
— Угу… — рассеянно ответил я. — Ты вот что, жди тут, а я быстренько прогуляюсь.
— Макс! — зашипел он. — Куда⁈
— Все нормально, я туда и обратно.
— А если духи прицепятся?
— Не прицепятся, видишь, им не до нас. Играют во что-то.
Вот ведь сложный момент. У всей группы жизнь висит на нитке, а мне спасение других подавай в придачу. Возможно, будь на моем месте обычный молодой солдат, он точно не стал бы лезть на рожон, а бежал бы
