Обед проходил в тени высокого сикомора, где на земле спали собаки, толпились дети, разглядывая незнакомцев, а три иностранца беспокойно посматривали на дорогу, ведущую к шоссе.
Но их преследователи так и не появились. А потом были рукопожатия и дружеские объятия, братья отказались принимать предложенные деньги и с добрым словом отправили путешественников дальше. Затем на проржавевшем старом грузовике их подвез фермер с сыном, энергичные сирийцы прокатили американских гостей вокруг замка Омайяд, возвышавшегося на вершине холма, и во время короткой остановки угостили сладким чаем с лепешками из слоеного теста, пропитанными медом и с ореховой начинкой.
Они не успели заметить, как из пустыни выросли руины Пальмиры, отливавшие золотом на фоне заката, давая смутное представление о грандиозном городе, которым когда-то правила царица-воительница Зенобия. Фермер высадил пассажиров в центре нового города, отказавшись от денег и пожелав им удачи.
Однако удача в тот день была явно не с ними, так как они выяснили, что наступил туристический сезон и свободных мест в гостиницах нет.
— Всегда можно остановиться в кемпинге, — сказал Гленн, когда они входили в прохладный холл последнего отеля.
Но Кэндис уже видела раньше так называемые участки для кемпинга на территории гостиниц. Спать приходилось под открытым небом и без каких-либо удобств. Ей срочно требовался горячий душ.
Портье отеля «Лотус» извинился и сказал, как им говорили и в остальных отелях, что мест нет, но за небольшую плату они могут расположиться в саду, где какая-то группа молодых путешественников уже раскладывала спальные мешки. Кэндис заметила ключи от номеров на стене и поинтересовалась по их поводу.
— Те постояльцы еще не прибыли. Но у них предварительный заказ. Все уплачено вперед, — подчеркнул портье.
Она осмотрела холл, заполненный туристами с багажом. На кушетке спал мужчина, подложив рюкзак под голову. Покопавшись в своей сумке, она извлекла свернутую пачку долларов.
— Если освободится номер, придержите его для меня.
Они наняли водителя, чтобы он отвез их к Джебель Мара. План был такой: встретиться с местными бедуинами и выяснить, помнит ли кто-нибудь из старцев о том, как в этих местах работал Басков. Если он был здесь восемьдесят лет назад, то, возможно, воспоминания о тех временах еще не стерлись из памяти.
Когда они оставили позолоченные руины позади, водитель указал на стоянки бедуинов, рассыпанные по равнине.
— Это странствующие люди, — сказал он на хорошем английском, — потому что их стадам надо постоянно перемещаться в поисках новых пастбищ. Конечно, многие из наших бедуинов теперь ведут оседлый образ жизни, оставив кочевничество в прошлом.
Даже такие бывшие кочевники, чей лагерь был в пятнадцати милях к северу от Пальмиры, все равно жили в переносных палатках своих предков из черной козлиной шерсти, что и увидели гости, попав в неглубокую низину, где стояла группа палаток разных размеров, развернутых входом на подветренную сторону. В тени сидели люди, покуривая трубки и играя в нарды с детьми, вокруг бегали собаки, а женщины осторожно выглядывали из-за откидных полотнищ.
К ним навстречу вышел высокий мужчина благородной наружности, в пиджаке, надетом поверх джелаба, на голове черная клетчатая куфия до плеч. Он представился шейхом Абду и пригласил посетителей в палатку.
Пока Ян на арабском языке объяснял ему цель их визита — поиск сведений о старой легенде, — Кэндис смотрела вдаль на заостренные вершины, поднимавшиеся на тысячи футов, которые в этой равнинной земле называли Джебель — горы. Ее сердце взволнованно билось. Была ли Звезда Вавилона где-то рядом?
Шейх Абду предложил пройти внутрь. Войдя в палатку, они увидели телевизор, установленный на верблюжьем седле, провода от аппарата вели на улицу к автономному электрогенератору. Мужчины, сидевшие на плетеных ковриках, встали и вежливо поклонились, большинство были одеты в длинные джелаба, но двое помоложе носили синие джинсы с закрепленными на поясе сотовыми телефонами.
Женщины в красных и желтых платьях, руки которых были украшены золотом, принесли сладкий чай с ячменными лепешками и быстро скрылись за занавеской, отделявшей мужскую часть палатки от женской.
Прежде чем перейти к расспросам, Гленн попросил Яна узнать, появлялись ли здесь другие иностранцы, искавшие место в Джебель Мара, о котором говорилось в старой истории. Может, рыжеволосая женщина? Или американец с седыми волосами и бородой? Но они оказались первыми, кто побывал в этом лагере с прошлой осени.
Шейх Абду учтиво слушал, как Ян объяснял, что они хотят найти место, где три или четыре поколения назад работал иностранец по фамилии Басков. Шейх решил посовещаться со своими товарищами, которые очень оживленно вступили в разговор. С годами предания и мифы изменяются и искажаются, их рассказывают, сидя у костра, приукрашивают и перевирают, пока от оригинала ничего не остается. Тем не менее основная часть этой конкретной истории сохранилась: сумасшедший европеец копался в пустыне в поисках древних камней.
Ян перевел все своим спутникам:
— Нам повезло. Им знакома наша история.
Внезапно его прервал один из стариков, принявшийся что-то быстро и взволнованно объяснять.
Кэндис и Гленн ждали ответа Яна, чье лицо потемнело от сосредоточенности. Он расспросил старейшину, к беседе присоединились остальные, выразительно жестикулируя. Наконец он повернулся к друзьям и сказал.
— Это не Джебель Мара Ивана Баскова.
— Что? — Надежды Кэндис разбились вдребезги. — Но они же знают историю!
— Да, но они говорят, что все произошло не здесь. Существует другая Джебель Мара.
— Другая? Им известно где? — Гленн развернул карту Сирии, и все склонились над ней, толкая друг друга, обмениваясь репликами, качая головами, споря, смеясь, хмурясь в недоумении и указывая коричневыми пальцами на множество разных мест в сотнях миль друг от друга. Но постепенно, после того как каждый почесал в затылке и посоветовался с приятелями, когда они отбросили маловероятные варианты и сконцентрировались на том, что могло быть, когда подвергли пристальной и честной проверке общие воспоминания, оставив только факты, вот тогда они определились с местом, где проходили раскопки Баскова.
— Здесь! — сказал шейх с гордостью.
Конечно, на карте не было ничего с названием Джебель Мара. Это было бы слишком просто.
— Черт побери, — пробормотал Ян. — Похоже, нам придется ехать по юго-восточной дороге от Пальмиры, пока не доберемся до Вади-Аравид, там повернуть на север на пару миль, затем на восток, не доезжая до соляных озер Аль-Рутайма. Здесь, — сказал он, постучав пальцем по чистому участку карты, — находится Вади-Райза. Они говорят, что рядом мы найдем Джебель Мара.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
