Читаем без скачивания Ангелы одиночества - Джек Керуак

"Мы поедем в нескольких машинах!" говорит она.

И я, смеявшийся до того без удержу, спешу прикончить свою ветчину, вино, и поговорить с девушкой молча вытирающей тарелки

"Мы там тоже разденемся и журнал Тайм снимет нас! Это настоящая победа! Понимаешь!"

"Я буду мастурбировать прямо перед ними!" кричит Саймон, колотя по столу, с большими серьезными как у Ленина глазами.

Лазарус жадно наклонился вперед со своего стула, он хочет все это слышать, но одновременно то барабанит по своему стулу то раскачивается, Роза стоит и разглядывает нас утихомиривая "тс-тс" но тут же подмигивает и прощает все - вот такая вот она - Все эти безумные поэты едят и вопят в ее доме, слава Богу они не привели с собой Ронни Воришку, он бы вынес все столовое серебро - и он тоже поэт

"Давайте начнем революцию против меня!" кричу я.

"Мы начнем революцию против Фомы Неверующего! Мы создадим райские сады в странах нашей империи! Мы переполошим весь средний класс Америки обнаженными младенцами прорастающими сквозь земной шар!"

"Мы будем размахивать своими штанами с носилок!" вопит Ирвин.

"Мы закидаем младенцами весь Китай![108]" кричу я.

"Это неплохо", говорит Ирвин.

"Мы будем гавкать на бешеных собак!" торжествующе кричит Рафаэль. Ба-бах по столу. "Это будет - "

"Мы будем подбрасывать младенцев в воздух пиная их ногами", говорит Саймон глядя прямо на меня.

"Младенцы, да какие к черту младенцы, мы будем подобны смерти, мы встанем на колени и напьемся из беззвучных потоков" (Рафаэль).

"Ух ты".

"Это еще что значит?"

Рафаэль пожимает плечами. Он открывает рот: - "Мы забьем молотки им в глотки! Огненные молотки! Это будут молотки из чистого пламени! И они будут колотить и колотить их по мозгам!" И он так сказал это мозгам что мы потонули в этом звуке, такое чудное гудящее "ммм"... тягучее, убежденное "ммм"... "мозгам-ммм.."

"А когда я стану капитаном космического корабля?" спрашивает Лазарус, вот что ему нужно из всей этой нашей революции.

"Лазарус! Вместо мотора мы дадим тебе воображаемых золотых черепашьих голубей! Мы сожжем чучело святого Франциска! Мы убьем всех младенцев в собственных мозгах! Мы будем лить вино в глотки дохлым лошадям!!! Мы притащим парашюты на поэтические чтения!"

(Ирвин держится за голову).

Это просто попытки передать то что они на самом деле говорят

Нас распирает от восторга, и вот Ирвин выкрикивает: "Мы заставим их показывать дырки наших задниц на экранах Голливуда!"

Или вот я добавляю: "И станем популярнее всяких нехороших бандитов!"

Или Саймон: "И покажем им золотые мозги наших членов!"

Так вот они говорят - Коди сказал как-то: "Когда мы придем на Небеса, нас поведут за руку те кому мы помогли".

92

Протекай сквозь все как протекла полыхнувшая молния, и пусть ничто тебя не тревожит

Мы забиваемся в две машины, Дональд спереди за рулем той в которой я, и отправляемся на поэтические чтения которыми я лично не собираюсь насладиться или вернее сказать не собираюсь терпеть, я уже придумал (вино и все такие дела) как улизну в бар и встречу всех позже - "Кто этот Меррилл Рэндэлл?" спрашиваю я - про поэта который собирается сегодня зачитывать свои творения.

"Такой тонкий и изящный, в очках в роговой оправе и всегда в каком-нибудь красивом галстуке, ты его видел в Нью-Йорке, в Ремо, но не помнишь", говорит Ирвин. "Из Хартцджоновской тусовки - "

Тонкие чайные чашечки - может и интересно было бы послушать как у него катит спонтанное стихосложение, но я не смогу усидеть слушая эту продукцию его печатной машинки, наверняка это очередная попытка подражания какому-нибудь из лучших поэтов современности, ну в крайнем случае будет что-то приближающееся к этому уровню - нет, лучше я буду выслушивать новые рафаэлевы словесные бомбы, а больше всего на самом-то деле мне хотелось бы услышать поэму написанную Лазарусом

Роза медленно и внимательно пробирается сквозь сан-францискские потоки транспорта, и я не могу удержаться от мысли "Если бы за рулем был старина Коди то мы успели бы уже за это время смотаться туда и обратно" - Забавно что сам Коди никогда не ходит на поэтические чтения или другие подобные формальности, только однажды он пришел как-то, в честь первого чтения стихов Ирвина, и когда тот проревел свое последнее стихотворение и в зале воцарилась полная тишина, то именно Коди, одетый в свой воскресный костюм, подошел и пожал руку поэту (своему братишке Ирвину, с которым он мотался автостопом через все Техасы и Апокалипсисы 1947 года) - я всегда вспоминаю это как символичный и прекрасный скромный акт дружбы и хорошего вкуса Стиснутые в машине коленями и висящие вниз головой мы заинтересованно вертим головами, пока Роза пытается припарковать свою машину в узкий пустой проем - "Окей, окей, еще чуток, подверните колесо". И она кивает "ну да конечно " и мне хочется сказать "Ах Рози ну почему ж ты не осталась дома есть шоколадные конфеты и читать Босуэлла, вся эта светская жизнь не принесет тебе ничего хорошего, только новые морщины беспокойства на твоем лице - а светская улыбка это просто обнаженная полоска зубов."

Но зал чтений уже забит прибывшими заранее, уже тут и девушка-билетерша, и программки, и мы садимся в кружок разговаривая, и в конце мы с Ирвином сваливаем купить четверть галлона сотерна чтобы подразвязались языки - А вообще тут вполне мило, Дональд уже здесь, он один, девушка уехала куда-то, и он оживленно болтает отпуская маленькие забавные шуточки - Лазарус стоит где-то позади, и я пристраиваюсь с бутылочкой - Роза привезла нас сюда и теперь ее работа закончена, она заходит и садится в зале, она была Матерью везущей на Небеса Повозку, полную ее маленьких детей которые не верят что в доме приключился пожар

Больше всего лично меня интересует то что после должна состояться вечеринка в большом доме, и с большой чашей пунша, но вот внутрь заходит Дэвид Д`Анжели, скользящей арабской походкой, улыбаясь, с очаровательной француженкой по имени Иветта под руку, и О он похож на какого-нибудь изящного прустовского героя, Священник, если Коди Проповедник то Дэвид Священник, но у него всегда найдется какая-нибудь красотка в запасе, и я уверен что Дэвида от принятия Пострига в каком-нибудь Католическом монастыре останавливает только то что он может захотеть жениться опять (он уже был женат однажды), и растить детей - из всех нас Дэвид самый красивый мужчина, у него идеальные черты лица, как у Тирона Пауэра, но более тонкие и таинственные, и он говорит с таким странным акцентом, что я и не знаю даже где он мог его подцепить - Наверное так выглядел бы араб выпускник Оксфорда, в Дэвиде есть что-то несомненно арабское, или арамейское (или карфагенское, как у Святого Августина) хотя на самом-то деле он сын покойного зажиточного итальянского торговца, и мать его живет в прекрасной квартире с роскошной мебелью красного дерева, и серебром, и кладовкой забитой итальянской ветчиной, сыром и вином - все домашнее - Дэвид он как святой, он и выглядит как святой, он один из тех изумительных людей которые в юности пытались перепробовать все виды порока ("Попробуй-ка эти таблетки", сказал он Коди при первой встрече, "это просто окончательный оттяг", так что Коди так и не осмелился их пробовать) - И вот сегодня Дэвид возлежит на кровати покрытой белым мохнатым покрывалом, с черной кошечкой, читая Египетскую Книгу Мертвых и передавая косяки по кругу, и разговаривает очень странно "Но как это чуу-ууудненько, ну праа-ааавда же" примерно говорит он, но когда "Ангел выбил у него почву из под ног" и ему открылось видение писаний Отцов Церкви, всех одновременно, ему было приказано вернуться к католической вере своих отцов, так что теперь из изысканного и чуть декадентствующего поэта-хипстера он превратился в изумительного Святого Августина отдавшего все пороки юности своей Видению Креста - Через месяц он уходит в траппистский монастырь на послушание - Дома перед причастием он врубает пластинки Габриэлли на полную громкость - Он доброжелательный, аккуратный, остроумный, любит все подробно разъяснять, и его не устаивают простые ответы - "Весь этот твой буддизм это просто отголоски манихейства, Дже-еек, посмотри этому факту в лицо - в конце концоув ты же был окрещен и говорить тут нэ о чем, понимаешь", и он поднимает изящно свою тонкую белую и нежную руку священника - И все же скользящей походкой своей он пришел сегодня на эти поэтические чтения, весь такой изысканный, прошел даже слух что он решил повременить с обращением и теперь вежливо замалчивает все вопросы на эту тему, и поэтому для него вполне естественно придти под руку с этакой великолепной Иветтой, и так идеально и со вкусом одетым в простой костюм с простым галстуком, и с этим свежевыстриженным ежиком придающим его миловидному лицу зрелый, возмужалый вид, так что за один год его лицо стало из юношески красивого красивым мужской красотой, и посерьезнело вдобавок