ухмыльнулся, — Вы их, впрочем, видели. Но у меня тоже пока что некомплет по персоналу: водитель позже подъедет.
— Тогда поедем на моей, — предложил Шпагин, — Напишу ребятам, они уже к твоему особняку подлетят.
Я повернулся к Мише и "подмигнул" ему блеском эфирного золота в левом глазу, скрытом от взора капитана.
— Миш, займёшься поиском защиты от этого некроза?
— Сложная задача. Много работы. Буду искать решение, собрат — ответил он, так же сверкнув золотом в газах.
***
Когда мы выходили из бань, Шпагин бросил рубль девушке-администратору. Похоже, что извинялся таким образом за суету.
Его Волга, очевидно, не шла ни в какое сравнение с автопарком Измайловых, однако вполне себе ехала. И даже ехала хорошо. Вполне себе довоенный олд-таймер. Почти как "Мустанг", что в шотландских колониях производили. Так что до моего имения добрались всего за час с небольшим.
У пепелища моего дома нас уже ждала ещё одна машина. Тоже белая Волга с курящими возле неё четырьмя сыскарями. Их пиджаки сильно топорщились из-за спрятанных под ними бронежилетов скрытого ношения. Скрытого, ага. Медленно въезжая в открывающуюся калитку, Шпагин приоткрыл окно и скомандовал:
— Парни, за мной!
Сыскари мгновенно побросали сигареты и, запрыгнув в машину, поехали за нами вслед.
В глаза бросалось множество выложенных вдоль стены моего забора венков и живых цветов с чёрными лентами. Настораживает. По Бурновским головорезам действительно было кому горевать. Значит найдутся и желающие за отцов, мужей, сыновей и братьев. И ведь не объяснишь, что парни сами такой путь выбрали.
Впрочем, есть дела поактуальнее. Как минимум нужно доукомплектовать людей Шпагина. Кстати, где моя самозваная помощница?
— Маш, ты где? — телепатировал я ей, — Спасибо за ворота. Будь добра, вели Пёселю вытаскивать оружие: пять автоматов и все патроны к ним.
— Хозяин! Как поездка к должникам? — она вдруг возникла у меня за спиной и почти оглушила своим восторгом, — Пёсель! Работать!
— Напряжённо, дорогая. О подробностях позже. А чем это у нас забор украшен?
Маша перелетала над моей головой так, чтобы я могу разглядеть под её платьем призрачные трусы. Намеренно ведь это делает. После чего, махнув руками в сторону забора, сложила руки за головой и наклонила голову на бок.
— Люди приходят. В основном, женщины. Плачут, венки оставляют, цветы разные. Не знают, наверное, что после смерти есть жизнь. Вот и оплакивают, — Тут она надула губки и добавила, — Вот бы кто мне цветы подарил.
— Понятно, — телепатировал я. — Инсталляцию пока не убирай. Пусть помнят, что бывает если прибыть в дом к Алмазовым без приглашения.
— Да, хозяин, — ответила она уже совсем печальной.
Но как только она начала растворяться в воздухе, я отправил ей ещё одну мысль:
— Маш, будут тебе цветы.
Готов поспорить, не будь она сама по себе бледно-зелёным призраком, её щёки уже были бы похожи на помидоры.
Закончив разговор с призрачной ассистенткой, я перешёл на голос.
— Капитан, мы сейчас поедем брать этого злыдня. Есть риск ранений, так что давайте, свою помощь запускайте пока все мы тут живы.
— Я списался с ними уже, просят списки и копии документов по должникам, — кивнул мне Шпагин.
— Получат на пепелище по прибытию, — ответил я и, снова побеспокоил Машу, отдавая ей аналогичный приказ на подготовку документов.
— Может мне сюда бригаду ещё прислать? Чтобы грязь и послепожарный мусор выгребли и произвели оценку восстановительных работ? — понять, иронизирует ли капитан, я так и не смог.
— А у тебя есть?
— Я парень коммуникабельный. У меня много чего есть, — кинул Шпагин.
— Пусть у них будет мой номер и у юристов тоже. Как только прибудут к дому, пусть наберут, — распорядился я. Нужды особой в первой просьбе не было, конечно. Не удивлюсь, если вообще все афиллированные с отделом Шпагина люди уже знают про Алмазовых больше, чем я сам.
— Когда победим некромага, всё это оружие будет изъято. Вещдоки — это вещдоки.
— Да на здоровье, — согласился я и обратился к Мише, — Есть прогресс по антинекрозу?
Измайлов всё это время крутил в руках какую-то сложную многомерную эфирную схему, судя по всему, как раз разработки заклинания противостояния некрозу.
— Умеренный. Пока только могу сделать так, чтобы он не распространялся по телу, — он пожал плечами, — Как ты сам-себе на кладбище, но теперь заклинание и на других людей можно применять.
— Хорошо, — выдохнул я и направился в отчий подвал, откуда вернулся с верной уже своей саблей.
Пока сыскари готовятся и смотрят на таскающего им оружие Пёселя, у меня тоже есть время подготовиться.
Сняв худи, я пошёл к ближайшей луже, не пересохшей после огнеборцев. Тут их оставалось ещё немерено. Положив одежду в воду и прижал её руками, позволив воде проникнуть в ткань. А после вытащил её и отнёс на пепелище дома, где аккуратно расположил на пепле и углях.
Укрепление, повинуясь моей воле, обволокло худи, и уголь с пеплом густо стали прилипать к одежде. Плотно и прочно. А главное, в бою с магом-террористом, у меня будет вещь, которая укрепилась на фамильной земле. Не хуже бронежилетов сыскарей, только ещё и против всяких магических штук.
Немного подумав, я встроил в худи и систему сброса пепла и грязи. Мало ли какая дрянь прилетит в меня. А если не прилетит, и сыскари всё сделают сами, то и слава богам.
Укрепление высушило мою кофту, так что можно было надеть её не переживая за дискомфорт.
Теперь можно сказать, что я подготовился к битве. Условно, конечно. Хорошо бы щит повторить, который я тогда в отцовском подвале сделал. И пару големов. Пёсель полезнее тут. Но на подобные операции времени нет. А вот сделать станок, который бы производство этих щитов и големов автоматизировал… Оставим на перспективу.
Я встал и оглядел руины родного дома. Скоро я восстановлю его. Силами пробуждённых Осколков верну величие Алмазовым и Хаосу.
— Сергей Владимирович, может всё-таки переоденетесь? — отвлёк меня от размышлений Шпагин.
— Как аристократ хочет, так и одевается, — ответил я ему, но тему продолжать не хотел, и спросил в упреждение, — Ваши люди
