уточнил он у меня, когда я вернул ему магазин.
“Осколок, не бог.” — покачал я головой теллепатируя.
“Я должен еще что-нибудь об этом знать?” — спросил он.
“Это вся информация,” — закончил я поднимая руку с компасом.
Стрелка устройства больше не вела прямо по тоннелю, она указывала направо, как раз туда, где в стене находилась железная дверь. Слегка открытая, созерцающая нас свой внутренней темнотой дверь.
Алексей Валерьевич шагнул в темноту, сканируя её через призму мушки и целика Стечкина. Следом шёл усатый следак. За ним молодые. Замыкали эту колонну мы с Мишей и Колей.
И вновь мы шли узкому, в полтора мужских корпуса, коридору из красного кирпича. Стены отражали звуки наших шагов, делясь с нами эхом. Где-то наверху слышался шум бегущей воды. Канализация? Подземная река?
“Он прямо?” — спросил у меня Шпагин.
“Да, если мы не перестали внезапно верить компасу”
“Чего нам ждать от пробудившегося бога?” — снова задал он вопрос.
“Всего,” — честно ответил я.
Капитан поднял кулак, приказывая всей группе остановится.
Впереди снова была дверь, возле которой мирно сидело тело. Точнее скелет. Сидел и держал стальную ручку тяжёлой ржавой двери.
Не нужно было быть магом высокого уровня, чтобы увидеть и понять, что перед нами самый настоящий некрокострукт. Пусть спящий. Или пока ещё не активированный.
“Мысли?” — спросил у меня Шпагин.
“Дай посмотреть” — отрезал я, пробираясь вперед через его людей.
Скелет сидел и смотрел на нас пустыми чёрными глазницами.
“Магия…” — громко подумал Шпагин. — “Но не могу понять какая и что делает…”
“Сейчас спрошу у компаса” — ответил я, направляя артефакт в сторону скелета.
Я погрузился в себя, чтобы послать свой разум по эфирным каналам в моём теле к душе, что была закована у меня на запястье, впервые вступая с ней в диалог. Сущность встретила меня испуганно, видимо памятуя как Миша нещадно вырезал её из моей тогда ещё больной руки.
Последняя цитадель частицы души некромага ощетинилась словно дикобраз. Но для меня это было не более опасно чем случайная встреча с дикобразом реальным.
Оно утратило способность думать, утратило способность говорить. Так что, чтобы получить от сущности хоть какой-то толк, я отправил ей разговорник с базой простых слов. И дал чуть больше территории в руке, чтобы та могла отвечать развернуто на вопросы.
— Ты жив лишь потому, что я тебе позволил, — сообщил я сущности, — Будешь мне помогать, будешь жить.
Сущность вздрогнула, чем заставила стрелочку на компасе крутануться. Теперь я чётко вижу, что тварь, сидящая во мне, меня слышит и понимает.
— Чего ты хочешь? — спросило нечто.
— Взгляни на магию на скелете и скажи что она делает, — распорядился я.
— Это привратник, он открывает эту дверь. Если что не так - громко кричит.
— Как его обойти? — спросил я.
— Осколок, ты обещаешь, что я буду жить?
— Ты неправильно понимаешь наше сотрудничество, — покачал я головой.
— Я прекрасно всё понимаю. Обещай мне, или все на километры вокруг узнают, что ты подошёл к ЕГО логову…
— А не сжечь ли тебя дотла? — уточнил я.
— Я тут уже был и знаю пароли от входа. Пообещай мне что я выживу, или дерись с коллекционером на его условиях!
Глава 19. Те, кто спорят со смертью
— Прыщ, заткнись, — шикнул я на комочек чёрной энергии на своём запястье. Больно он разорался.
— Как ты меня назвал, человек?! Да я… — он было начал формировать какое-то вызывающее заклинание, но я осадил его, укрепив эфирную клетку, в которой он томился.
— Во-первых не человек, а Осколок Хаоса Мудрец, — пусть знает, с кем дело имеет, — во-вторых, ты буквально гнойник у меня на руке, который я собираюсь выдавить…
— …! АЙ!
— Не будешь слушать, буду заставлять, — сказал я, ещё немного подогрев его темницу, — У меня к тебе деловое предложение. С гарантией выживания.
Тёмная сущность поёжилась, но отозвалась надеждой. Удивительно, частица души некроманта мечтает о жизни.
— Я хочу уничтожить твоего господина и все остальные его гаплоконструкты. Но я собираюсь оставить тебя. Ты станешь его единственным уникальным и полноправным наследником, — отправил я мысленный сигнал.
— Заманчиво стелишь, человек. Каковы гарантии?
Ух ты, “стелишь”. А по фене он, интересно, ботает? “Блатной некромант”... Звучит как название для книги.
— Ты меня первым убить пытался. У нас тут дилемма заключённых, знаешь ли. Либо предаём друг-друга и получаем по шапке, либо сотрудничаем и имеем успех.
Прыщ недовольно фыркнул, но, кажется, принял во внимание, что я действительно готов ему доверять в определённых пределах.
— Я не “Прыщ”, у меня имя есть, — услышал я в мыслях недовольный голос.
— Это согласие?
— Зови меня Цахес, — мой вопрос он проигнорировал.
— Так ты согласен? Или мне тебя всё-таки вы-ле-чить? — продолжил я, отдельно протянул последнее слово
— Да! Шеол тебя дери! Пароль: “Шёнэ аугэн хиер”
“Здесь красивые глаза” по-немецки. Забавно. Ещё и представился персонажем сказки Гофмана, что глаза воровал. Выглядит логично, конечно.
— Помни, Цахес, если что-то пойдёт не так, ты перестанешь существовать, — произнёс я и направил пучок эфира ко лбу скелета.
Небольшое сканирующее заклинание. Ничего не делает, только отображает имеющиеся магические структуры.
На черепе показались золотистые круги, пересекаемые множеством стрелок и чёрточек. Снова незнакомые знаки. Хотя бы раз я встречу уже изученный ранее магический алфавит? Впрочем, если Прыщ не врёт, когда я назову пароль, дверь откроется без происшествий. Может даже Цахесом его начну звать, мол, заслужил.
Я наклонился над скелетом-привратником и произнёс три немецких слова.
В глазницах засияло бледно-голубое свечение. Скелет поднялся в полный рост и, вытянул руки пред собой, начал сливать их в одну единую структуру. Кости предплечий превратились в плывущую по воздуху кашицу, постепенно принимающую форму ключа. По крайней мере, у меня создавалось такое впечатление.
“Ключ” втёк в центр двери и, по-видимому, несколько раз повернулся в магическом дверном замке. После чего дверь полностью покрылась костяной кашицей.
Когда ключ вытек обратно, снова превратившись в руки скелета, пред нами предстала не ржавая дверца технического тоннеля метро, а
