довела начатое до конца.
Он хмыкнул. Коротко, беззвучно. Потом протянул руку – не романтично, а жестко, по-деловому.
– Тогда идем. Наши гости заждались.
Я вложила свою ладонь в его. Горячие пальцы сомкнулись вокруг моих – крепко, властно, как обещание и как предупреждение. Мы пошли обратно к шуму и веселью свадебного пира, рука об руку.
Глава 34
Праздник бушевал. Казалось, само небо над Драконьим Пиком подпевало звону хрустальных бокалов и смеху гостей. Столы ломились от диковинных яств и редкостных вин, ароматы которых смешивались с тонким запахом магии и горящих в ритуальных чашах благовоний. Музыканты виртуозно выводили сложные мелодии, под которые даже чопорные драконьи лорды покачивали головами. Маги, приглашенные для увеселения, творили чудеса посреди толпы: из их рук сыпались искрящиеся фейерверки, складывались в причудливые фигуры струи света, а один даже заставил фонтан вина бить прямо из пустого кубка, вызывая восторженные возгласы. Все было ослепительно, богато, безупречно организовано. Настоящая сказка для смертных и достойная демонстрация мощи для драконов. Воздух над двором искрился от сгустков свободной магии Пика, переливался, как перламутр.
Я сидела с Рендалом, Марленой и Элриком. Напротив, за своим столом, восседали Веларионы: Мориус – центр спокойной силы, Эрис – сияющая от возбуждения, и Лираэль на правах кузины. Ее медные волосы, казалось, излучали собственный гневный свет, а взгляд, который она бросала на мое синее платье и особенно на ожерелье, мог бы прожечь камни. Рядом мелькали завистливые взгляды смертных девиц и высокомерные – дракониц. Я горько усмехалась про себя, отодвигая тарелку с изысканным кушаньем, от одного вида которого мутило. Знали бы они все правду… Что этот брак – фарс. Что через час, а может и раньше, здесь разразится скандал грандиознее любого фейерверка. Что невеста мечтает сбежать, а жених только и ждет момента, чтобы она это сделала. Наслаждайтесь пока зрелищем. Скоро будет еще интереснее!
Мои глаза снова и снова находили Ксалора. Он сидел с Веларионами, чуть с краю, беседуя с каким-то важным драконьим лордом за соседним столом. Но и его взгляд, холодный, оценивающий, то и дело скользил в мою сторону. Наши взгляды встречались – на миг, на долю секунды. И в них не было ни капли тепла или предвкушения. Только вызов. Чистый, неразбавленный вызов. «Давай, откажись! Сделай это. Освободи нас обоих…»
Но за этим вызовом висело тяжелое знание: мы у финальной черты, и ставки предельно высоки. Слишком много глаз вокруг. Отказ теперь будет не просто поражением. Он будет публичной поркой, крахом репутации, позором вселенского масштаба для того, кто сдастся первым. И ни он, ни я не были готовы к такому фиаско. Оттого горечь во рту становилась только сильнее.
Рендал встал, постукивая ножом о бокал. По традиции, первый тост за невесту произносил ее ближайший родственник-мужчина. В данном случае – опекун.
– Уважаемые гости! – Он говорил громко и значительно. – Сегодня мы собрались по невероятному, поистине сказочному поводу. Я поднимаю этот бокал за леди Корделию Хартвуд! За ее красоту, ум, стойкость духа! Пусть ее путь в новом доме будет светел, а сердце – всегда полно радости!
Все рукоплескали. Бокалы звенели. Марлена расчувствовалась, вытирая слезы. Я вынудила себя улыбнуться, подняла свой бокал с вином и едва пригубила, но оно встало комом в горле. Музыканты заиграли что-то особенно чарующее, воздушное. И в такт музыке искры магии в небе над двором ожили, сплетаясь в сложные, переливающиеся картины: дракон, обвивающий гору, рассвет над морем, два сплетенных кольца. Гости ахали от восторга.
Потом, держа бокал, поднялся Мориус. Его массивная фигура приковала все взгляды.
– За моего сына! За Ксалора Велариона! – Голос, низкий и властный, заполнил все пространство. – Пусть его сила и мудрость ведут наш дом к процветанию, а ваш союз будет крепче адамантовых скал!
– За жениха! – подхватили гости.
Аплодисменты снова прокатились волной. Ксалор склонил голову в знак благодарности. Его лицо было маской совершенного, ледяного спокойствия. Как он это делает?! Меня все больше захлестывало отчаяние, руки под столом дрожали. Как этот дракон может быть так невозмутим? Я смотрела на него, ловя его мимолетные взгляды, и мысленно повторяла: «Это провокация. Он хочет, чтобы я сорвалась. Чтобы я не выдержала этого цирка. Не поведусь!»
И вот наступил самый торжественный момент. Музыка смолкла. Гости затихли в почтительном ожидании. Ксалор вышел на свободное пространство в центре двора. Он взмахнул рукой – неспешный, властный жест. Земля под его ногами заколебалась, заструилась магической дымкой цвета заката. И из этой дымки, поднимаясь с мелодичным гулом, возник алтарь. Не просто каменный столб. Шедевр драконьего искусства: высеченный из черного мрамора, усыпанный вкраплениями настоящей чешуи, мерцающей как золото и рубин, с вырезанными на нем древними символами рода Веларионов. Он был одновременно мощным и изящным, воплощением силы и вечности. Гости замерли в немом восхищении.
К алтарю подошел драконий жрец, облачившийся в струящиеся одежды цвета пламени и ночи. Его голос, усиленный магией, зазвучал над толпой, повествуя о величии дома Веларионов, о чести пополнения его рядов, о важности союза, скрепляющего узы между мирами. Слова лились, как чужая молитва, не находя во мне ни малейшего отклика. Хотелось врасти в стул и не вставать с него никогда…
Рендал вышел из-за стола, его лицо было бледным от ответственности. Он подал мне руку. Мои ноги были ватными, непослушными. Я встала, опираясь на него, и мы пошли. Казалось, я плыву во сне, сквозь море пристальных глаз. Расстояние до алтаря ощущалось бесконечным.
Ксалор стоял там, лицом ко мне. Его глаза встретили мои – испытующе, неумолимо. «Ну что, невеста? Дошла до финала?» – говорили они. Рендал отпустил мою ладонь. Я подошла ближе, замерла напротив жениха. Сердце колотилось где-то в горле, пальцы леденели.
Жрец обратился ко мне. Его древние, мудрые глаза были проницательны.
– Леди Корделия Хартвуд, – прозвучало гулко, как приговор. – Согласны ли вы взять в мужья Ксалора Велариона, наследника Драконьего Пика, связать с ним свою судьбу и стать частью его рода, почитая его законы и разделяя его бремя до конца своих дней?
Воздух сгустился. Все затаили дыхание.
– Да! – выпалила я.
Ксалор сжал губы. Я уставилась на него, вкладывая в свой взгляд всю силу вызова, всю свою непоколебимость.
Жрец повернулся к нему. Вот оно. Сейчас. Он не выдержит. Он скажет: «нет».
– Лорд Ксалор Веларион, наследник Пика, – голос жреца зазвучал еще весомее. – Согласны ли вы взять в
