Беата думала, что большинство аристократов как раз ничем, кроме балов и охоты, не занимаются, но вслух этого говорить не стала.
– А зачем тебя магия? Станешь единственным юристом-магом и будешь зарабатывать огромные деньги?
– В самую точку, малышка! Лишние деньги никогда не помешают, особенно обедневшему роду.
– Тогда зачем тебе именно боевая магия? – ехидно спросила Беата, поймав возлюбленного на явном противоречии. – Будешь устраивать в суде побоище – адвокат против обвинителя?
– Боевая магия входит в обязательный комплект занятий в вашей Академии, это раз. – При этом Дан поцеловал Беату в лоб. – Такие бесценные знания всегда пригодятся в наше нелегкое время, это два. – На этот раз поцелуй пришелся в шею. – И, кто знает, может, мое имя прославится в веках, как имя героя, убившего неуловимого Огнегрызла? Это три.
И после таких пафосных слов, Глас стал совершенно буднично расшнуровывать ее корсаж. Размышляя над его словами, девушка не сразу догадалась, к чему идет дело, и только когда шнуровка была развязана, а этот предмет туалета был снят, очнулась.
– Мы хотели просто отдохнуть? – запротестовала она и наткнулась на невинный и ясный взгляд серых глаз.
– А мы и отдохнем. Я думал, что взорвусь за эти несколько месяцев, ожидая, когда же ты обратишь на меня свое сиятельное внимание. И теперь времени даром терять не хочу.
И Дан стал целовать Беату жадно и страстно, как будто он не проснулся с ней в одной постели, а увидел только что. Она отдалась сладкому мороку, краешком сознания понимая, что Глас опять ее переиграл и рассказал о своем прошлом только то, что посчитал нужным сказать. Но это было уже не важно. Поцелуи возлюбленного туманили разум и были так приятны, что что-либо доказывать и спорить не хотелось.
– Ты удивительно красивая! – проговорил Дан, оголяя и целуя ее плечо. – А твои веснушки сводят меня с ума.
Он торопливо расстегнул ее кофточку и стал целовать обнаженный участок кожи, виднеющийся в вырезе нижней рубашки.
– Мои веснушки – мое родовое проклятье! – прошептала Беата, млея от его ласк.
– Никогда не говори так! – резко возразил мужчина. – Ты прекрасна! А твои веснушки можно целовать бесконечно, – и подтвердил свои слова чередой страстных обжигающих поцелуев ее плеч и груди.
Когда ее рубашка была снята, Беата уже с нетерпением ждала, когда же мужчина разденется сам. Но он не торопился. Сладострастно целуя грудь, он искусно лизал твердые кончики сосков, попеременно всасывая и покусывая их.
– Ты не собираешься раздеваться? – Беата уже изнемогала от желания.
– Уже пора?
Глас полулежал на ней и поднял голову, посмотрев снизу вверх лукавым взглядом. – Ты готова?
Беата лишь откинулась навзничь и слегка раздвинула ноги, не желая больше разговаривать и ожидая действий. У Гласа, однако, было другое настроение. Он снял рубашку, но брюки расстегивать не стал.
– Насколько ты готова? – промурлыкал он и чарующе медленно скользнул пальцами во влажное, очень чувствительное местечко.
Беата простонала и закрыла глаза, вся отдаваясь бесстыдной ласке, чувствуя, как горячая тугая спираль сворачивается в том месте, где ее трогает Дан. А он не торопился. Медленно нащупал маленький тугой узелок среди влажных складочек, потер его пальцем и, почувствовав дрожание возлюбленной, понял, что делает все правильно. Он заставил повернуться ее на бок к себе лицом, закинул ногу на бедро и начал целовать в губы так же медленно, как ласкал пальцами там внизу. Его язык посасывал ее, а пальцы в это время натирали, нажимали и гладили ставший твердым от ласк бугорок.
Беате казалось, что она вот-вот расплавится и растечется лужицей по постели, настолько ей было хорошо от смелых ласк его пальцев.
– Ты штаны собираешься снимать? – уже умоляюще простонала она и открыла глаза, наслаждаясь видом. Неверный отсвет огня падал на плечи и лицо возлюбленного, выхватывая то блестящие от удовольствия глаза, то напрягшиеся мускулы плеч.
– Нет, я хочу посмотреть, как ты кончаешь от моей руки.
– Это нечестно! – запротестовала девушка и напряглась. Крутая спираль наслаждения, сжатая до предела стал выпрямляться, и она ощутила приближение оргазма.
– Давай, солнышко, кончи для меня! – прошептал Дан и заработал пальцами в усиленном темпе, натирая чувствительный клитор и крепко прижимая ее к себе.
Беата еще сильнее завела ногу за его бедро, до предела выгнулась под его пальцами, и восхитительно острое наслаждение затопило ее с головы до ног. Содрогания бедер еще продолжалось, когда Глас расстегнул брюки и быстрым движением вошел в нее. Ощущение девушки стали ярче в несколько раз, хотя, казалось бы, дальше некуда. Мужчина быстро и тяжело заработал бедрами, и вскоре все было кончено – ее продолжавшийся оргазм встретил его – короткий и мощный.
– Ну что, посмотрел? – утомленно спросила Беата, не открывая глаз. – Доволен?
– Более чем, моя дорогая. – Глас поцеловал ее и лег рядом.
– Не могу понять, почему ты так долго бегала от меня! – пробормотал он, устраиваясь удобнее и прижимая к себе Беату.
– Потому что ты был несносным болваном! – нежно ответила девушка. Она быстренько натянула сорочку, и пристроилась попкой к изгибам его бедер.
– Не понимаю, зачем ты каждый раз надеваешь эти тряпки, – проворчал он, крепче обнимая ее.
– Потому что ты не девочка, а помыться тут негде, – туманно ответила Беата, надеясь, что Дан не будет переспрашивать.
Не дождавшись ответа, она оглянулась – любовник спал сном младенца. Даже во сне, при неровном отблеске пламени камина он был красив как бог – слегка осунувшееся лицо не потеряло классических черт. Прямой нос, острые скулы, упрямый подбородок, длинные, слегка вьющиеся волосы и темные ресницы – все вместе было даже слишком много для одного мужчины. И если бы не развитая мощная мускулатура и жесткий взгляд, он вполне мог бы сойти за юношу, не знавшего бритвы.
Беата слегка смутилась от своих мыслей, но отодвинула краешек одеяла и посмотрела на его торс. Гладкие мускулы были расслаблены, но все же выпукло выделялись на коже. Тоненькая дорожка волос начиналась от пупка и убегала вниз, где спокойно и расслабленно в ореоле волос лежал орган, совсем недавно так славно поработавший.
– Ну как? – внезапно раздался хриплый голос. – Годится?
Беата вздрогнула, застигнутая за неприличным разглядыванием, и быстро закрыла одеяло.
– Вполне!
– Это намек, моя дорогая? – прижал он ее к себе, схватив за попку.
– А ты все не уймешься?
– Наверстываю упущенное!
– Признаю свою ошибку – надо было сразу увидеть в тебе решение всех моих проблем, – сказала она, нежно обводя линии его лица.
