– Ты не представляешь, какая суета сейчас у портних! – разглагольствовала Инесс, подхватывая подругу за руку. – Нам с тобой очень повезет, если у них найдется время и желание заниматься тобой! Но сначала – подберем материал.
Казалось, к празднику готовился весь город. Несмотря на нешуточный мороз, все улицы были заполнены галдящей толпой, которая бурлила и кипела, не желая расходиться по домам. Тут и там раздавались голоса ушлых лоточников, предлагающих горячие напитки и пироги, укутанные в несколько слоев тряпок и бумаги, и на каждой улице горел обязательный костер с большим котлом, распространяя ароматными запахи мясной похлебки.
– Здесь всегда так людно по утрам? – удивлялась Беата.
– А вы разве в своих Нижних Кобылках не отмечаете праздник середины зимы и самую длинную ночь в году? – в ответ удивилась Инесс.
– Конечно, отмечаем. Мы жжем большие костры всю ночь, рядимся в одежду наизнанку и идем в лес пугать чудовищ. Кто громче кричит, тот лучше и напугает.
– Да. Как причудливо отразились всполохи магического Запределья в крестьянских верованиях, – задумчиво проговорила соседка и остановилась перед вывеской, изображавшей рулон ткани. – Мы пришли. В прошлый раз мне здесь продали удивительный и очень дорогой, зараза, шелк. За мной!
И она, махнув рукой, решительно вошла в лавку. Но уже через час от ее решительности не осталось и следа. Она, действительно, подзабыла, какой перед праздником стоял ажиотаж. И хотя Академия располагалась в портовом городе, каждый раз все мало-мальски привлекательные ткани раскупались задолго до заветной даты.
Они зашли во вторую лавку, благо они все были на одной улице в квартале ткачей, в третью, четвертую. Везде была одна и та же картина – все роскошные, воздушные, нарядные ткани исчезли с прилавков.
На всякий случай они зашли к знакомой портнихе Инесс. Но здесь им даже разговаривать было не с кем. Мастерская была полна народу, всюду стояли дамы, со сметанными наживую платьями, тихонько повизгивая от нечаянных уколов булавками. Девочки-помощницы судорожно носились с ворохом кружев, бантов и тесьмы от одной дамы к другой. Над всем этим царила дородная портниха, примеряя свою очередную работу очередной клиентке.
Клиентка, дама чрезвычайно дородная и пухлая утопала в шелке такого пронзительного алого оттенка, что у Беаты даже задергался глаз.
– А я думала, лицам второго сословия запрещено носить алый шелк, – шепнула она подруге.
Та невозмутимо ответила:
– Так запретили шелк, а это шелкунец.
– Что? Какой шелкунец?
– Ой Беата, ты такая дремучая! Года два назад один предприимчивый маг вывел новую породу шелковичных червей, назвав их шелкунами. Они слегка видоизменились, нить давали похуже и послабже, но все равно из нее получалось весьма неплохое подобие шелка. А главное, насчет шелкунца ничего не было в Эдикте! Если бы ты знала, как этот дядечка разбогател!
Беата удивленно внимала пропущенным ею новостям моды.
– Но это все не важно. Кажется, мы остаемся без платья.
– Леди Инесс! – расплылась в улыбке портниха наконец заметив их. – Я так рада, что вы выбрали время, чтобы посетить мое скромное заведение!
– И я рада, дорогая Марта! Однако я смотрю, у вас времени нет совсем?
– А вы пришли с новым заказом? – встревожилась женщина. – Простите, ради Хранителей, смогу только недельки через две! Сами понимаете, бал в Ратуше! Все главы городских гильдий приглашены с женами, сестрами и дочками. Шить наряды начала еще с лета, и все равно не успеваю ничего. – Оксюта! – вдруг закричала она так, что девушки вздрогнули. – Куда ты это тащишь, крэг тебя забери! Ты давно уже должна была принести шляпку для дамы Далиборы. Давай шустрее, одна нога здесь, другая там!
Она грузно поклонилась подругам: – Всего доброго, достопочтенные леди, – и удивительно быстро засеменила за помощницей.
К воротам Академии девушки подходили без покупок.
– Я так и знала, что приглашение на бал было плохой идеей, – приуныла Беата, проходя через огромную арку главного входа.
– Не трусь, прорвемся! – сжав зубы, процедила Инесс. – Идем к целителям!
– У тебя снова заболела спина?
– Нет, будем искать тебе платье!
Беата остановилась. – Может, просто еще раз пороемся в твоем шкафу? Зачем втягивать в это остальных?
– Девочка моя, в моем шкафу я знаю наизусть каждую вещь. Там либо практичные предметы для работы, либо наряды для спальни.
– А в чем ты ходишь на балы? – искренне удивилась Беата.
– Во-первых, я туда хожу редко. Это становится не таким интересным, особенно после нескольких десятков подобных мероприятий. А во-вторых, на последний бал в Ратуше год назад я пришла в брюках. Уверяю тебя – я была ослепительна!
Инесс повернулась к девушке и схватила ее за руку. – А это выход! Может, попробуешь мои кожаные черные штаны?
– Ты что, с ума сошла? – замахала руками Беата. – Я не смогу в таком виде появиться перед сотней людей, не имеющих отношения к магии!
– Я так и думала, – легко согласилась Инесс. – Тогда не рассуждай и положись на меня.
Ради такого дела в Коллегии целительниц собрались все знакомые девушкам магистры – Глава Коллегии Тирлилия Рлит, магистр лечебной магии Трейси Дикус и даже сильно беременная водница Либуша Шефер, забежавшая на огонек. Все были рады за Беату, и у каждого были свои предложения по поводу ее внешности. В обсуждении зазвучали слова «вытачки», «кринолин», «декольте» и девушка отключилась от беседы.
Она с удовольствием вытянулась на длинном плетеном кресле, с интересом разглядывая кабинет Главы. Он был весь уставлен большими стеклянными банками, где лежала части растений – от корней до листьев разной степени засушенности и переработки. А на свободных пространствах стен вился совершенно прекрасный дикий виноград. Изумившись столь неподходящему растению в данной комнате, она даже встала на цыпочки, чтобы потрогать листья. И рассмеялась – виноград оказался иллюзией, простым изображением на штукатурке, нарисованным так искусно, что на расстоянии вытянутой руки можно было обмануться.
– Леди! Кажется, у меня есть то, что нам нужно! – раздался решительный голос Рлит, и через несколько минут она принесла большой сверток нежно-зеленого цвета, который при разворачивании оказался платьем удивительной красоты. Изумрудное кружево лифа оттенял светло-зеленый шелк юбки. И вышивка из мелких листьев по подолу повторяла рисунок кружева у груди.
– Мой муж сделал мне предложение, увидев в этом платье, – скромно ответила Рлит на восхищенные ахи женщин.
– Значит, оно счастливое, – захлопала в ладоши Либуша. – Может, и тебе повезет, Беаточка!
