– Не дай Хранители! – язвительно скосила глаза на беременную водницу Инесс и скомандовала: – Немедленно примерь.
Беата облачилась в платье не без помощи подруги, и когда вышла на суд коллег, те дружно согласились – это то, что нужно.
Глас пришел домой поздно вечером, когда Беата уже легла. Тихо, стараясь не шуметь, он разделся и залез под одеяло, обнимая девушку. Сонная, та ответила на объятия и уткнулась ему в грудь, намереваясь спать и дальше. Погладив ее по голове, он запутался в распущенных волосах и, разбирая переплетенные пряди, невольно замер от нежности. Лицо девушки было умиротворенным и спокойным, и та доверчивость, с которой она прильнула к нему во сне, показалась ему дороже всего на свете.
Он внезапно понял, что не сможет обмануть эту нежную, наивную девушку со светлыми, как прозрачная вода, помыслами. Надо было что-то решать.
Утром Беата снова проснулась в объятиях любимого. Она сонно потерлась о его грудь и открыла глаза от жаркого поцелуя.
– С добрым утром! – сказал самый прекрасный мужчина на свете.
– С добрым утром! – ответила Беата и провела по его щеке. – Когда ты пришел?
– Ты как всегда, проспала самое главное, соня! – Мужчина поцеловал ее ладонь и зарылся в волосы. – Как прошла покупка грандиозного платья? – приглушенно спросил он.
– Очень интересно! – оживилась Беата и рассказала в подробностях об их с Инесс приключениях в городе. Она даже рассмеялась, вспоминая пухлую любительницу алого шелкунца.
– В конце концов, платье нашлось у самой Тирлилии Рлит! Она в нем замуж вышла!
– Ты тоже хочешь замуж? – Глас услышал из ее слов что-то совершенно свое.
– При чем здесь замужество? – искренне удивилась Беата. – Я говорю о платье! Я, конечно, когда-нибудь выйду замуж, как все светлые волшебницы, но это будет очень, очень не скоро!
– Почему не скоро? – Дан неожиданно для себя немного обиделся. Он, конечно, нисколько не претендовал на руку Беаты, но такое явное нежелание именно в нем увидеть своего будущего мужа его задело.
– Потому что мне надо выучиться как следует, познать всю мудрость созидающего волшебства, потренироваться немного, а потом, может быть, я поработаю на южной границе. А потом мне надо встретить светлого, и не просто светлого, а подходящего мне. А потом мне надо на время бросить магию, чтобы родились дети. А потом…
– Стоп-стоп! Я все понял! Твое замужество откладывается лет этак на двадцать!
И Глас рассмеялся и бросился ее опять целовать.
– Значит, платье у тебя уже есть, – подвел итог их барахтанью в постели Дан. – А вот с сорочками в твоем гардеробе явный перебор, – и с этими словами он начал медленно сдвигать предмет своего недовольства с плеча.
Беата откинулась на подушку, отодвинула одеяло и… пробил утренний колокол часов. Оба вздрогнули. Гласу пора было идти на занятия. Девушка виновато улыбнулась и натянула обратно сорочку на плечо.
– Тебе пора!
Глас быстро оделся, натянул сапоги и, пару секунд поколебавшись, сказал:
– Я вынужден уехать на пару недель по делам. А когда вернусь, нам нужно будет поговорить.
– Ты вернешься к балу?
– Возможно. Но я ничего не могу обещать.
На прощание они поцеловались долго и жарко. Она забралась обратно в кровать, завернулась в одеяло, еще хранившее тепло и запах мужчины, и снова уснула.
Наивная Беата думала, что на выборе платья приготовления к балу закончились. Как бы не так! Инесс вошла в раж – танцы, хорошие манеры, язык веера. Утром Беата гоняла схоларов по защитам второго уровня, а вечером Инесс гоняла ее по танцам. Пируэты танцев по сложности не уступали заклинаниям третьего индивидуального уровня. Тем более при танцах можно было еще и разговаривать, если при этом держать веер в правильной позиции.
По прошествии двух недель Беата уже пожалела, что согласилась на эту авантюру. Вместо магических жестов у нее выходили заученные танцевальные па, и уже несколько схоларов спросили, какой кавалер ее будет сопровождать на бал в Ратуше. А девочки вместо изучения названий примитивной нежити норовили узнать фасон и цвет платья. «А правда, что шелкунец почти как настоящий шелк? А правда, что бургомистр купил для своей жены настоящее бриллиантовое ожерелье и теперь получает специальное разрешение на его ношение в течение пяти часов? А правда…»
Стоп! У Беаты начала болеть голова. Все девушки отправились на самоподготовку, а она поплелась домой – переодеваться и ждать трепещущего момента, когда отправится на бал. Несмотря на огромную занятость в эти дни, ей остро не хватало Дана. Непривычно пустая постель стала неудобной и холодной, пробуждение после сна – одиноким. Оказывается, всего за месяц этот наглый схолар приручил ее – магистра огня Беатрикс Черноус к своему присутствию. К своим ласковым рукам и низкому голосу.
Насколько она раньше не любила и даже боялась Дана, настолько сейчас ей недоставало его. Ей даже пару раз снова приснился эротический сон, слава Хранителям, на этот раз не с бывшим, а с нынешним любовником.
Улыбка тронула ее губы. У нее есть любовник! Правда, о нем ни слуху, ни духу уже две недели, и Мортер подозрительно отводит глаза при многочисленных наводящих вопросах. А на бал следует приезжать со своим принцем! Или на худой конец – с кавалером. А где этот кавалер? Окучивает у себя на родине молоденьких хорошеньких аристократок? Или ищет себе местечко потеплее для магической службы?
– Дорогая, ты готова? – послышался голос Инесс, – начинаем сборы!
И следом за ее соседкой в полном составе появился весь маленький женский коллектив ее коллег во главе с уже нарядной и торжественной Тирлилией Рлит.
Следующие три часа Беату причесывали, одевали, прихорашивали и наряжали как куклу, поворачивая с боку на бок, поднимая и опуская руки и вертя во все стороны лицо. Зато когда она посмотрела на себя в зеркало – результат ошеломил. Она никогда не считала себя дурнушкой, но и красавицей тоже не была. Но эти огромные голубые глаза, опушенные черными ресницами, и белую бархатную кожу с чуть просвечивающими веснушками, этот маленький аккуратный алый ротик, она видела впервые.
– А это нельзя закрепить навсегда? – с восхищением спросила она.
Подруги переглянулись.
– Ну, если вы будете раз в месяц посещать наших девочек-целительниц – все возможно, – усмехнулась Трейси Дикус.
– Девочки, не задерживаемся, Мортер и Извид ждут у ворот на нашей карете.
– На нашей единственной и неповторимой на всю Академию карете. Когда уже Ширук раскошелится и вторую купит, а? – язвительно ответила Инесс. Но ответа не последовало, так как вопрос был риторическим.
