тут же закрыли спины Фреда и Роберто и детвора примолкла.
— Милая, за что они так с тобой? — я заглянула в заплаканное лицо девушки, но та только отрицательно замотала головой и, обойдя меня, чуть покачиваясь, вновь зашагала по дороге.
— Да что же такое тут твориться! — в сердцах воскликнула я.
— Эй, ты, иди сюда! — Фред поймал ближайшего мальчишку, крепко держа его за худенькое плечо. — Говори, когда госпожа спрашивает! Да не сквернословь у меня!
Мальчишка было уже открыл рот, но тут же его захлопнул. Зато другой, из чуть отступившей толпы, пояснил, что девушку недавно выдали замуж, а поутру муж объявил, что молодая жена оказалось нечистой. А это позор на всю её семью, теперь ей одна дорога — в город, в дом красных фонарей, в деревне ей всё равно жизни не будет.
— Интересно, по какому критерию этот самый муж определял невинность своей невесты? — зло бурчала я, догоняя успевшую уйти вперёд девушку. — Стой! Да стой ты! Куда ты идёшь?
— В город, госпожа.
— У тебя там родственники?
Она отрицательно замотала головой.
— Понятно, родственников нет, — вздохнула я. — Что собираешься в городе делать?
— Постараюсь найти работу, только кто меня такую в дом возьмёт…
По щеке девушки покатилась слезинка.
— Как тебя зовут-то, горемычная?
— Лина…
— Так вот, Лина, я баронесса Элена Тирсо, у меня тут замок в долине Лафкардии и мне нужны служанки. Пойдёшь ко мне? Большого жалования не обещаю, но одежда, еда и крыша над головой у тебя будет.
На меня смотрели испуганные, полные надежды девичьи глаза.
— Ну что, согласна? Тогда забирайся в повозку!
Некоторое время мы ехали молча, я откинулась на спинку повозки, всплеск адреналина прошёл, осталась одна лишь усталость. Эбби, словно угадав моё состояние, быстро достала из корзины бутыль с холодным травяным отваром и протянула мне.
— На вот, выпей голуба моя. Виданное ли это дело — под камни бросаться? Что, если бы они в тебя попали?
— Ну, не попали же, — отмахнулась я, с удовольствием делая несколько глотков пряного, слегка кисловатого напитка.
— Ну а ты чего примолкла, рассказывай, давай, что с тобой приключилось! — Эбби перекинулась на сидевшую напротив нас девушку.
Лина встрепенулась, только сильнее прижимая к груди свой узелок.
— Да не бойся, дурёха, не обидим. Госпожа баронесса у нас добрая, всех… привечает, — вздохнула нянюшка.
На кого ещё она намекала, я, конечно, поняла, но Лина лишь сильнее сжалась, становясь похожей на маленького взъерошенного воробушка.
— Что у тебя там в узелке? Приданное что ли? — нянюшка всё не оставляла попыток разговорить нашу новую знакомую.
— Нет, — замотала она головой, — приданное муж забрал. Сказал — компенсация за то, что я его опозорила.
Она снова всхлипнула, но слёз видимо больше не было.
— Так что у тебя там? — снова спросила Эбби.
— Иглы, нитки, ножницы.
Так, так, занятное сочетание.
— Шить умеешь? — подалась я вперёд.
— Умею, госпожа. У меня мама полдеревни обшивает, вот и я научилась.
Слово за слово и Лина всё же рассказала нам свою историю.
Отец у неё погиб на заготовках древесины, когда девчушке едва исполнилось десять. Матери пришлось одной поднимать её, вот она и взялась обшивать сначала соседей, а потом и других жителей деревни. А вскоре к вдове посватался такой же вдовец, у которого своих дочерей было двое.
И всё вроде было хорошо, пока на Лину не положили глаз сразу двое мужчин. Одним был молодой соседский парень, второй — хозяин единственной в деревне продуктовой лавки, мужчина в годах, трижды уже был женат и подыскивал себе новую молодую невесту.
Лина твердила родителям, что не хочет замуж за старика, но тот был богат, а соседний парень ничего не мог предложить своей невесте, и учесть её была предрешена. Девушку быстренько сосватали и сыграли скромную свадьбу, а наутро выяснилось, что простыня молодожёнов девственно чиста.
Хоть девушка и божилась, что у неё никого никогда не было, ей никто не поверил. Новоявленный муж выставил за дверь, родители тоже не очень обрадовались возвращению дочери. Отчим так и вовсе смотрел зверем — у того самого дочери скоро заневестятся, а тут такой позор. Соседский парень резко куда-то исчез, заступиться за девушку больше было некому и, собрав свой рабочий инструмент, она решила уйти в город.
— Вы всё ещё хотите, чтобы я ехала с вами? — Лина с надеждой ловила мой взгляд.
— Лично мне всё равно: был у тебя кто-то или не был, главное чтобы ты хорошо работала!
— Спасибо, госпожа баронесса, я не подведу! — девушка попыталась упасть мне в ноги, что в полностью загруженной повозке было несколько проблематично.
Зато теперь она немного успокоилась и я, наконец, пристроив голову на плече Эбби, смогла немного подремать.
В замок мы въезжали уже в сумерках. Стоило нам только миновать ворота, их тут же закрыли, выставив караул.
Уже на подъезде к замку услышали громкие женские крики, далеко разносящиеся в вечернем воздухе. Эти двое явно скандалили, я сразу узнала голос Луизы и Тамарис.
Глава 22
— Ну что ещё там приключилось? — я устало выбралась из повозки, надо сказать, сегодняшний день меня изрядно вымотал. Я хоть и успела немного восстановиться после болезни, но слишком быстро уставала.
Крики явно доносились со стороны кухни, одно из окон было открыто, но слов всё равно не разобрать.
— Эбби, Лина, со мной! Роберто, займитесь разгрузкой повозки. Корзины с саженцами поставьте в прохладное место, завтра я скажу, что сними делать.
Раздав поручения, я устремилась в сторону всё нарастающего скандала. Ругающиеся между собой женщины так увлеклись и даже не заметили, что больше не одни.
Посреди кухни стояла разъярённая Луиза, громко отчитывающая Тамарис. Та кстати, тоже не молчала, яростно огрызаясь. Одна Мари тихонько причитая, заглядывала в выставленные возле очага мешки с крупами. Кстати — что они тут делают? Я прекрасно помню, что мешки хранились в одной из кладовок.
— Что тут происходит? — громко спросила я.
Скандалистки замерли, осёкшись на полуслове.
— Леди Элена, вы уже вернулись?! — первой опомнилась экономка.
— Так что тут у вас происходит? — повторила я, хмуря брови, уж больно мне не понравился сверкнувший неприкрытой злобой взгляд, брошенный в мою сторону метрессой. Правда, уже через мгновенье она словно опомнившись, покорно склонила голову, пряча глаза.
— Да вот эта… дел натворила…
Из рассказа Луизы я поняла, что этим вечером она приставила Тамарис помогать Мари на кухне. Нужно было приготовить ужин для гарнизонных солдат. Так как мясо уже доели, кухарка наварила каши, а чтобы не было слишком пресно, решила вместе
