Тело Зои напряглось, и она закричала, обдавая его жаром, когда кончила.
— Ты моя, — прорычал он ей в шею, в последний раз дернув бедрами, прежде чем крепко усадить ее на свой член. Ее лоно напряглось вокруг него, внутренние стенки сжались, чтобы втянуть его глубже. Ее соки омывали его член и стекали по бедрам.
В этот момент Рен взревел в собственном оргазме. Нарастающее давление взорвалось, сотрясая его, и вызвало ставшую уже знакомой волну в груди, которая послала огонь по всему телу. Член раскрылся, и его стебель выдвинулся вперед, чтобы вцепиться в нее и влить семя в ее лоно. Чувствительная, мягкая кожа стебля коснулась ее внутренних стенок, поднимая удовольствие на новые высоты.
Он прижался своим лбом к ее, оскалив зубы в рычании и прижимаясь к Зои бедрами. Каждое ее движение, каким бы незначительным оно ни было, вызывало новую волну экстаза.
Руки Зои ослабли на его шее. Она успокаивающе провела ладонями по его спине и плечам, издавая удовлетворенное хмыканье.
— Я думаю, что теперь должным образом расслаблена, — сказала она, улыбаясь.
— Правда? — он поцеловал ее в щеку, подбородок и, наконец, в губы.
— Ммм, — Зои подняла голову и посмотрела на него. Ее глаза были яркими, зрачки большими. Она обхватила его подбородок и провела большим пальцем по нижней губе. — Мне нравится, когда ты отпускаешь себя.
Кончиками пальцев он убрал пряди мокрых волос с ее лица, заправив их за округлое ухо.
— Только для тебя, куния. Все, что угодно для тебя.
Зои приблизила свои губы к его в нежном поцелуе.
— Куния, — когда она отстранилась, игривость исчезла, оставив что-то более мягкое, глубокое, более сильное в ее глазах, что-то, что он не мог определить.
Его грудь наполнилась эмоциями — обожанием, желанием, удовлетворением, собственничеством, потребностью. Он больше не мог выносить мысль о том, чтобы оставить ее, не мог позволить себе даже допустить такую возможность.
Зои была его, и он никогда бы ее не отпустил.

Зои развалилась на диване в гостиной, переключая каналы по телевизору, слишком поглощенная своими мыслями, чтобы обращать внимание на то, что мелькает на экране.
Последние несколько дней были лучшими в ее жизни. Впервые после смерти отца она почувствовала связь с кем-то, большую, чем когда-либо считала возможной. Рен сделал ее счастливой, безумно счастливой. А секс? Она думала, что такой секс бывает только в любовных романах. Он был абсолютно сногсшибательным.
Она сжала бедра. Казалось, она все еще чувствовала его внутри себя, это затяжное ощущение служило напоминанием о том, что он был хозяином ее тела. У нее восхитительно болели все нужные места.
Но их время здесь подходило к концу. Хозяева прибудут через несколько дней и обнаружат, что еда съедена, а в доме живут — особенно в кроватях. Рендаш сейчас был снаружи, осматривая местность, проверяя, свободны ли дороги. Снегопад прекратился, и скоро они снова отправятся в путь. Направляясь к кораблю, к конечному пункту назначения.
К тому моменту, когда он оставит ее.
Было уже слишком поздно притворяться, что он ей безразличен. Ее жалкие попытки держаться на расстоянии провалились, и она была рада этому, эти попытки только сделали их несчастными. Другие люди назвали бы ее безумной или развратной, но ее сердце решило, и она пошла ва-банк, когда дело дошло до Рендаша. Она трепетала при виде него, согревалась, когда он улыбался, и возбужденно дрожала при малейшем его прикосновении.
И все ломалось при одной только мысли о том, что придется прощаться.
Что-то по телевизору привлекло внимание Зои, но палец автоматически нажал кнопку переключения каналов несколько раз, прежде чем мозг передал команду остановиться. Нахмурившись, она переключила обратно и недоверчиво уставилась на экран, уронив руку на колени.
Фотография Зои была показана в новостях, и весь мир мог ее увидеть. Ее первой мыслью — несомненно, вызванной шоком — было то, что это даже не лестная фотография. Затем ее рациональный ум включился, и она прибавила громкость.
— …автомобиль был обнаружен брошенным на шоссе I-70 в штате Юта между Салиной и Грин-Ривер во вторник. По словам друга, Уэстон путешествовала из Санта-Барбары, Калифорния, в Де-Мойн, Айова, но, как сообщается, перестала выходить на связь с раннего утра понедельника. Ее парень, Джошуа Мартинс, последний известный человек, который с ней разговаривал.
— Мартинс заявил, что во время его разговора с Уэстоном на заднем плане был еще один мужчина, который внезапно оборвал звонок. После ее телефон был недоступен. Полицейские штата Юта запросили помощи у ФБР, поскольку подозревают преступный умысел в ее исчезновении, и след может охватывать несколько штатов. Банковская активность показывает, что дебетовой картой мисс Уэстон в последний раз пользовались в Грин-Ривер, штат Юта, во вторник утром.
— Если у вас есть какая-либо информация о местонахождении Зои Уэстон, пожалуйста, свяжитесь с дорожным патрулем Юты…
— О черт, — сказала Зои.
Она не знала, что делать. Должна ли она позвонить им и сказать, что с ней все в порядке? Как пройдет этот разговор?
Да, да, здесь никаких проблем. Я просто взяла грузовик мертвого чувака — да, я, вероятно, соучастница его убийства — и вломилась в роскошный коттедж, чтобы отдохнуть во время снежной бури. О, и еще я прячу инопланетянина от правительства, если вы действительно хотите знать.
Какая жизнь будет у нее после того, как Рен уйдет? В лучшем случае ей пришлось бы придумывать много сложных объяснений, и еще немалый штраф за эвакуацию машины, и даже если бы она смогла его заплатить, она не смогла бы позволить себе ремонт этой чертовой тачки.
Единственный способ обезопасить себя — оставаться незамеченной, но как она должна была это сделать? Она была официанткой, а не криминальным авторитетом, и она всю дорогу оставляла за собой следы. Черт возьми, ее ДНК была повсюду в этом месте.
Особенно кровать. Определенно кровать.
Мне действительно нужно постирать постельное белье, прежде чем мы уйдем…
Зои мерила шагами гостиную, с нетерпением ожидая возвращения Рена. Услышав, как открылась входная дверь, она выбежала в прихожую и обняла его. Из открытой двери в комнату просочился порыв холода, заставивший ее вздрогнуть.
Рен обнял ее тремя руками, а четвертой потянулся назад, чтобы закрыть дверь.
— Я отсутствовал не так уж долго, — сказал он, и она услышала улыбку в его голосе.
— В любом случае, я скучала по тебе, — ответила она, крепче обнимая его, — и я только что узнала, что обо мне говорят во всех новостях. Теперь меня тоже ищут.
— Кто ищет тебя? Те же, кто ищет меня?
Зои отстранилась и посмотрела на него.
— Нет, не правительство. Полиция. Официально я числюсь пропавшей без вести. Но можешь быть уверен, правительство узнает, если полиция найдет меня с тобой.
Рен переместил четвертую руку, чтобы прижать ладонь к ее щеке.
— Я рад, что нашел тебя первым, куния.
Ее сердце радостно подпрыгнуло от его слов, согревая изнутри. Она ухмыльнулась, почти уверенная, что это была самая широкая и глупая ухмылка в ее жизни, но ей было наплевать. Зои схватила его за воротник пальто и потянула вниз. Он не оказал сопротивления.
— Я тоже, — сказала она, прежде чем прижаться к его губам.
Он ответил на поцелуй знакомо и непринужденно, наслаждаясь и продлевая его, незаметно отдавая ей всего себя. Ее губы сразу почувствовали холод, когда он, наконец, отстранился.
— Главная дорога свободна, и облака рассеиваются, — сказал он.
— Я думаю, это означает, что пришло время двигаться дальше, — с сожалением сказала она, проводя пальцем по заостренному кончику его уха, затем вниз по чешуе шеи. — Я бы хотела, чтобы мы могли остаться здесь навсегда.
