то понимаю, что неоднократно чувствовал вокруг тебя разные сладкие ароматы, но думал, что это из-за еды, которую ты кушала. Но, оказывается, это из-за… что это?
— Мыло, — озадаченно пояснила мальчишке. — Моющее средство.
— А почему ракушками не пользуешься? — вновь странный вопрос.
— Не нравятся, — пожала плечами.
Это маркиза вновь озадачило. В смысле, не нравятся ракушки? Почему? Ими же все пользуются. Что не так? Их великое множество на любой размер и цвет, но они не имеют ароматов. Вообще никаких. Наоборот, направлены на то, чтобы устранять вообще любые запахи. Даже естественные. И тут появляется человек, который говорит, что ему это не нравится.
Сбой в системе.
Уильям глянул на Алана, но тот лишь гордо задрал подбородок, отметив тем самым, что он и сам давно в теме. Вон, даже мыло своё есть. И пахнет оно по-особенному. На это маркиз раздражённо прищурился.
— Я тоже хочу! — воскликнул мальчишка.
— Что именно? Мыло? — не сразу поняла. Для меня это естественный быт. То, к чему я привыкла и пользовалась всю жизнь, но для людей этого мира всё иначе, верно? Для них естественны те ракушки.
Ну… я так думала.
— Да! — грозно бросил Уильям и протянул в мою сторону раскрытую ладонь. — Дай мне его!
— Эй, — протянула в ответ. — А можно вежливее? Милорд, где ваши манеры?
— Тц! — цокнул языком и смущённо отвернулся, а после чуть тише добавил: — Дай и мне мыло, пожалуйста…
Вот тебе и воспитание. Всё же, прогресс налицо. В прошлом он бы даже не попытался изменить свою речь, но сейчас…
— Ладно, — улыбнулась. — Какое хочешь? Такое же, как у Алана?
— Нет! — слишком быстро ответил маркиз, потом, немного подумав, спросил: — А какое есть?
***
Знаете, я стала действительно привыкать к своей жизни. Дни сменялись ночами, мне было действительно комфортно в компании брата и Уильяма. Они стали моими постоянными компаньонами. Зачастую это вызывало у других горничных раздражение, так как они более не могли скинуть на меня свою работу, так как я всё время посвящала им.
Так же я не видела других хозяев. Но это нормально: они сами по себе редко собираются вместе. Герцоги большую часть времени проводят с супругами маркизов, Фредерик стремится сблизиться с Аннабель, которая всё равно сюда приходит, как на работу, а Элвин… проводит время у себя.
Я так завертелась с этим спортом, правильным питанием и мальчишками, что посетить его даже не было времени. То одно, то другое, то третье, да и, если честно… соблазн, ну, очень велик. Поймите: я его люблю, но в этом и вся беда…
Я пыталась тем временем договориться с Уильямом по поводу того, чтобы получить кругленькую сумму при помощи мальчишки. Конечно, маркиз, как обычно, был в гневе от того, что я за него всё решила, но, когда объяснила условия, он немного успокоился. Основная проблема заключалась в том, сможет ли тринадцатилетний мальчик достать деньги, и какая сумма мне нужна. Ведь курс местных валют мне не известен.
Однако Уильям сразу поспешил прихвастнуть, что его родители являются владельцами нескольких алмазных шахт, и деньги — не проблема. Правда это или нет, судить трудно. Остаётся только верить. В этом мире у красивых героев всегда откуда-то появляются деньги. Даже если они им не нужны. А Уильям очень даже привлекательный, так что сойдёмся на этом.
Так же я хотела организовать вылазку за пределы поместья, чтобы побродить по городу самостоятельно: нужно узнать рынок. Это очень важно. И тогда я пойму, о какой сумме займа говорить.
Уильям помог мне и в этом. Он договорился с главной горничной о том, чтобы послать меня в город на рынок за каким-то определённым товаром. Никому его больше доверить не может. Только мне, хоть я и Дурнушка. Горничная вначале не доверяла такому выбору, но поспорить с гостем не осмелилась: против правил. Поэтому согласилась на то, что завтра мне предоставят карету, и я поеду в город. Одна!
Такой шанс нельзя упускать.
Так как меня там никто не будет знать, нужно попробовать хотя бы как-то преобразиться. Как поняла, Дурнушку знают не все. Скорее, даже минимальное количество людей. Так что притворяться идиотом не имеет смысла.
Я хотела подготовиться, как следует. Да, одежды, кроме нарядов горничных, у меня нет, но ведь даже в образе горничной можно подать себя. Для начала я займусь тем, что люблю больше всего: нет, не есть, а мыться. Правда, с этим у меня вечные проблемы.
Недавно узнала, что горничные иногда собираются вместе и купаются в общем чане. Этакая общая баня. Но и она не так чиста, как хотелось бы. Всё же отдельные ванные есть только у хозяев дома. Однако идея купаться с остальными горничными мне также не нравится.
Почему в последнее время не складываются с ними отношения? Возможно, из-за недавних событий, произошедших в доме. Возможно, из-за изменившегося отношения некоторых персон. А возможно, просто с жиру бесятся, так как я, по сути, больше не выполняю за них грязную работу.
Суть проста: друзей среди прислуги отыскать не удастся.
Страшненьких не любят.
— Элион?.. — услышала я изумлённый голос за спиной, когда как раз направлялась в прачечную. Обернулась и увидела удивлённого Элвина, который бродил в коридоре.
— Господин? — также удивилась нашей встрече.
Ночь, коридор, я с банными принадлежностями в руках и… наша встреча. Уже в который раз у нас подобное? Третий? Парень с интересом рассмотрел полотенце, мочалку, мыло, шампунь и различные маски в моих руках, додумывая то, зачем я всё это держу. Но, похоже, он понял.
— Ты, наверное, хотела заняться купанием, но я тебя задержал, — отозвался Элвин, после чего посмотрел куда-то в сторону. — В последнее время ты совсем не заглядываешь, и мы не видимся. Сильно занята, верно?
Ух, как ножом по сердцу! Моя бы воля, я бы вообще у тебя прописалась. Навсегда. Но… понимаю, что черту дозволенного лучше не переходить.
— Но раз ты так поздно выходишь, то… должно быть, тебя что-то смущает, верно? Может, кто-то обижает? У тебя всё хорошо, Элион? — я лишь закивала головой, стараясь показать, что у меня всё прекрасно. Просто чудесно! — Вот как… — озадачился он. — Но ты очень любишь воду… — тихо добавил он, после чего слегка улыбнулся.
Я люблю не воду, а чистоту и ощущение чистоты. Это для меня блаженство после тяжелого дня.
— У меня есть идея, — неожиданно добавил он, улыбаясь. — Почему бы тебе не приходить ко мне каждый раз, когда захочешь искупаться?
— Э… что? — вырвалось из груди до того, как я успела изменить
