едва не снесла рванувшимся вперёд бампером в последний миг отскочившего парня.
— Простите! Простите! Я нечаянно! — проклиная себя, торопливо выбралась из машины. — Вы в порядке?
— Всё отлично, мисс! Не беспокойтесь! — Быстро справившись с испугом, парнишка подарил мне широкую улыбку и подставил ладонь. — Ваши ключи?
Взамен ключа от машины я получила круглую бляху парковочного жетона и, сунув её в сумочку, едва не подпрыгнула от раскатисто прозвучавшего за спиной: «Мисс Райз?».
Мистер Маниш Чандра возвышался надо мной тучной громадой, затянутой в слишком туго обтягивающий, хоть и элегантный чёрный костюм. Впрочем смуглое, круглое лицо лучилось приятной улыбкой, а чёрные глаза выглядывая из складок щёк, смотрели вполне доброжелательно. То же самое лицо, что на фото присланном в месседжере. Решив, что мистер Чандра мне нравится, сложила вместе ладони и улыбнулась.
— Намасте! Это правда — я!
Он заметно смутился и сразу стало понятно, что возраст мистера Чандра не столь внушительный, как показалось вначале. Ему вряд ли перевалило за тридцати. Дернув вниз тугой воротник крахмальной белой рубашки, под начавшим багроветь лицом, он выдавил,
— Намасте! Простите, вы не очень похожи на фото. Намного красивее, — покраснев ещё больше, неловко замялся. — Извините, что я настоял на встрече. Вероятно, у вас были свои планы…
— Нет, что вы! Я рада, что в итоге согласилась. Здесь чудесно! — Пышное цветение множества оттенков белого в холле, играющий радужными искрами хрусталь, приятная музыка, доносящаяся из глубины отеля, действительно обещали прекрасный вечер. Положив руку на услужливо подставленный локоть мужчины, кивнула. — Идёмте, посмотрим как внутри!
Следующие полчаса я бесконечно улыбалась, выпила четыре бокала минералки, поддерживала незначительные разговоры с незнакомыми людьми, незаметно переводя мистеру Чандра смысл высказывая собеседников, в ответ на его растерянный взгляд. Мы быстро наладили сотрудничество, установив простенькую систему тайных знаков. Ловя мой намёк на улыбку, он широко улыбался, подмигивающий правый глаз — старательно смеялся, а глядя на прикушенную нижнюю губу, торопливо менял тему разговора.
Пока всё шло очень неплохо. На приветственную речь, которую произносила глава фонда (нарядная женщина неопределённого возраста, с кожей натянутой так туго, что каждое движение её губ казалось опасным трюком) в самом большом зале собралась внушительная толпа. Человек сто, а может больше, стояли плечом к плечу, крепко сжимая в руках бокалы и мечтая об одном — чтобы дама на небольшом возвышении отмучилась как можно быстрее. Чувствуя себя рыбёшкой в банке с празднично наряженными анчоусами, я облегчённо выдохнула, когда десятиминутная речь, призывающая всех присутствующих распахнуть кошельки во спасение бедствующих бегемотов, наконец-то закончилась.
Заметив мой тяжёлый выдох, Маниш (в конце концов он раз десять попросил называть его по имени) подставил крупную руку,
— Вам душно? Хотите, прогуляемся по саду?
Окутанный мягким вечерним теплом сад, куда так же добрались декораторы, загадочно мерцал умело подсвеченным хрусталём, впечатляя дизайнерским сюрпризом за каждым изгибом дорожки, вызывая новый вздох восхищения бесконечным пиршеством роз, заключённых в замысловатые формы арок, вазонов, фантастических гирлянд. Сотни, тысячи нежнейших оттенков, от кремового до оглушающей чистоты белого, наполняли небольшую территорию парка томным розовым флёром. Это волшебство растекалось между аккуратно подстриженных зарослей кустов и растворялось где-то над головой, в замершей в безветрии густой шевелюре многочисленных пальм.
— Знаете, Кристи, (не помню точно в какой из моментов, я сказала ему своё настоящее имя. Возможно, это произошло после того как невольно фыркнула во время пафосной речи одного из гостей. Лысеющий владелец сети птицефабрик вещал о необходимости защиты животных.) вы просто спасли меня! Нет, нет, не спорьте, так и есть. Вся эта публика… Здесь всё совершенно иначе. Странные шутки, странные люди. Вы не находите?
— Я привыкла, — пожав плечами, ласково коснулась кончиками пальцев ближайшего розового бутона — совершенство!
— Признаюсь, в авантюру с переездом в Штаты меня уговорила ввязаться младшая сестра. Она просто бредила этой страной.
— Вы же сказали, что поддались на предложение мистера Обероя?
— И это тоже сыграло роль. Однако, надо признать, его предложение попало на благодатную почву. Знаете, когда погибли родители, сестра была совсем малышкой и вся забота о ней легла на наши с братом плечи. Родственники пытались помогать, но всё это оказалось так сложно. Брат старше… То есть БЫЛ старше нас обоих. Значительно. В итоге основное бремя забот о семейном предприятии и о Шрее упало на него. Я учился, метался в поисках себя. Понимаете, когда ты очень молод сложно осознать всю ответственность… И так уж вышло, что к тринадцати годам наша младшая сестра стала совершенно неуправляема. Она всегда была немного особенной, но к подростковому возрасту… В неё словно демон вселился. Брат пытался, много пытался помочь ей. Но в итоге сдался и отправил Шрею в закрытый пансионат для девочек. Отличные условия, три языка, круглосуточная охрана. Мы пытались дать лучшее! Пять лет. Казалось — всё наладилось, сестра там счастлива. И вот — эта трагедия год назад. Мы остались вдвоём. Шрея оказалась единственным близким человеком, всем, что осталось от семьи. Я забрал её из пансионата. Баловал, конечно. Она выросла такой симпатичной девушкой. Возможно слегка странной, но тут наверно моя вина — в некоторых вещах я совершенный профан. Вероятно ей не хватало внимания, а может ещё чего-то. Сестра стала раздражительной, беспокойной. Постоянно срывалась на прислуге, друзьях… иногда на мне. И тут, словно манна небесная — Арнав, с его рассказами о Штатах. Шрею буквально подменили. Фильмы, книги, одежда… Похоже на одержимость. Надо ли говорить, что когда прозвучала идея расширить влияние фирмы на США, то сестра вцепилась за неё, не оставив мне шансов на отказ.
— Её ожидания оправдались?
— Сложно сказать… Мы не так давно здесь. Пока что она в эйфории. Всё совсем иное, картинки из её журналов. — Он усмехнулся, но как-то невесело. — Она так хочет попробовать всё, увидеть, почувствовать… Злится на меня — слишком опекаю! Но, понимаете, я ведь просто беспокоюсь о ней! Шрее всего девятнадцать, а этот мир такой чужой, столько опасностей для молоденькой девушки. Вы ведь понимаете?
— Понимаю, — Мысли о наивном очаровании этой страной всколыхнули волну воспоминаний. — Иногда мечты могут разрушить реальность.
— Вот, именно это я и твержу ей! Вы такая мудрая девушка, Кристи! Я бы очень хотел познакомить вас с Шреей.
— Не уверена…
— О, поверьте, вы ей понравитесь! Вы такая милая, да к тому же снимаетесь в кино! Шрея будет в восторге. Знаете, у неё совсем нет подруг здесь, а из меня плохой компаньон для девушки. Возможно, пообщавшись с вами, сестра взглянет на жизнь хоть немного разумнее. Мы оба будем рады, если вы найдете время
