– Господи! – еле выговорила она. – Не хотите же вы... Как ее зовут?
– Молния.
– Молния?
– Да. Так ее назвала моя сестра.
– Надеюсь, она... – Тут первая лошадь встала на дыбы, видимо, испугавшись упавшей с дерева сухой ветки, затем резко натянула повод, и ее огромные копыта сверкнули в опасной близости от головы лакея.
Онория испуганно отпрянула:
– Тремонт, я не могу... Вам не следовало... Понимаете, я никак...
Он схватил ее за плечи и слегка встряхнул.
– Что это с вами?
– Л-лошадь. Я не могу... – Голос внезапно ей изменил, и она лишь безмолвно шевелила губами, чувствуя, что из глаз вот-вот брызнут слезы.
Маркиз нахмурился, затем взглянул в сторону лошади и вдруг все понял.
– О нет, Онория. Это не ваша. Демон предназначен для меня, а та, что для вас, идет следом.
Она обернулась и получше всмотрелась во вторую лошадь.
– Так это и есть Молния? Самая быстрая из тех, что находятся в вашей конюшне?
Маркиз наконец отпустил ее, и в его глазах промелькнул веселый огонек.
– Кто вам сказал, что она самая быстрая? Я не позволил бы вас искалечить, радость моя, даже ради победы!
У Онории сразу отлегло от сердца, и все ее страхи словно ветром сдуло. Действительно, этот маркиз – очень приятный человек. Она очень волновалась о том, что ей предстояло сообщить ему о постыдной проделке своих сестер, а он принял все очень достойно и просто. Вот и сейчас, вместо того чтобы посадить ее на коня, который гарантировал бы ему победу с первого раза, он дает ей возможность сохранить ее гордость.
При этом Онория отлично понимала, что победы ей не видать – его лошадь была такой живой и энергичной, а ее... Она даже улыбнулась, понимая, что эта мирная полусонная кляча не пробежит даже несколько шагов, не говоря уже о том, чтобы рискнуть взять даже самое малое препятствие, но зато она не внушала ей страха и не угрожала поставить в унизительное положение.
– Ну? – с улыбкой спросил маркиз. – Как вам нравится ваш скакун?
– Не слишком ли он упитан?
– Что вы, это все мышцы и ни единой капли жира!
Еле заметное подрагивание в уголках губ Маркуса чуть не вызвало у Онории ответную улыбку.
– И спина у нее какая-то вогнутая...
– Вероятно, такова ее природа.
– Да, но она очень старая и как-то подозрительно кособочится. Я видела деревенские тележки, запряженные лошадьми, которые выглядели гораздо лучше. Только не подумайте, что я чем-то недовольна, – поспешно добавила она. – Надеюсь, эта лошадь не кусается?
– Даже если она и укусит, то очень мягко. Одна из проблем Молнии заключается в том, что... Словом, у нее осталось очень мало зубов. Мы даем ей специальную пишу, чтобы она...
Онория не верила своему везению.
– Вы не шутите?
– Нет. Когда-то она была любимицей Сары... – Маркиз пожал плечами. – У меня не хватило духу избавиться от нее, когда Молния состарилась. Она считает эту конюшню родным домом и, наверное, сразу погибла бы, если бы ее увезли отсюда. – Маркиз вопросительно посмотрел на Онорию. – Вы готовы?
– Кажется, да.
– В таком случае вперед. – Он направился к лошадям. Молния кинула в сторону Онории равнодушный взгляд, и это еще больше успокоило ее. Она не спеша приблизилась к лошади и приготовилась оседлать ее.
Маркиз незаметно оказался рядом; когда он, легко приподняв за талию, усадил ее в седло, сердце Онории тревожно забилось.
– Ну как? – Тремонт встретился с ней взглядом. – Вам удобно?
Оказавшись в седле после длительного перерыва, Онория чувствовала себя не очень уверенно. Ей пришлось напомнить себе, что нужно поправить юбки, и Молния даже не шелохнулась под ней, пока она ерзала в седле, стараясь устроиться поудобнее.
– Пока все отлично, – заверила она маркиза и весело улыбнулась, чтобы скрыть волнение.
– Думаю, мы сделаем всего один круг, а у ворот нас будет ждать карета. Этого будет достаточно.
Еще как достаточно, с внутренней дрожью подумала Онория.
– Да, но я все еще не знаю условия нашей маленькой прогулки.
– Вы должны будете проделать то же, что и я. Проигрывает тот, кто первым упадет или не сможет справиться с лошадью.
Онория сосредоточилась.
– Что ж, хорошо. Я готова!
Маркиз подошел к своему коню и через мгновение уже сидел в седле, тогда как Онория, подобрав поводья, с трудом заставила Молнию сдвинуться с места. Через несколько минут маленькая процессия уже направлялась в парк: впереди маркиз на гарцующем коне, следом Онория на беззубой кляче в сопровождении грума, которому достался добродушный серый жеребец.
– Не так уж плохо, правда?
Онория молча кивнула. Дорожки парка были заполнены множеством экипажей, которые поминутно останавливались, чтобы их хозяева могли приветствовать маркиза.
– Да, очень даже неплохо. – Онория осторожно похлопала Молнию по шее. – Вот только моя лошадь все время так тяжело вздыхает, что у меня сердце разрывается.
– Она терпеть не может прогуливаться в парке и только в стойле чувствует себя спокойно и уютно.
– Кажется, я могу ее понять. – Пытаясь устроиться поудобнее, Онория поерзала в седле.
Тремонт улыбнулся:
– Успокойтесь, моя дорогая, а то вы держите поводья так, как будто это змеи, которые могут вас ужалить. Пропустите их между пальцами, и все будет отлично. – Он показал ей свою руку.
Онория не раздумывая последовала его совету и нашла, что так гораздо удобнее, но не успела она почувствовать удовольствие от верховой езды, как дорожка круто свернула, и они оказались перед небольшой кавалькадой, состоящей из трех молодых людей и ослепительно красивой блондинки, которую она не сразу узнала.
Неожиданно столкнувшись с чужим черным жеребцом, Демон встал на дыбы, и только через несколько минут порядок был восстановлен, однако, к радости Онории, Молния как будто и не заметила эту стычку и спокойно стояла в сторонке, задумчиво жуя железные удила.
– Эй! – возмущенно обратился к Маркусу всадник на черном жеребце. – Следите лучше за своей лошадью!
– Я-то слежу, – раздраженно отозвался маркиз. – Неплохо будет, если и вы, Бакрем, сделаете то же самое!
В самом деле, жеребец Бакрема то вставал на дыбы, то пятился, тогда как Демон давно успокоился.
Дама, которую сопровождал Бакрем, дождалась, когда всадники осадят лошадей, затем обратилась к Онории.
– Ну и ну! – воскликнула она. – Кто это у нас здесь?
Маркиз нахмурился, услышав ее голос, однако тут же поклонился ей.
– Леди Персивал!
Онория сразу почувствовала, как накалилась атмосфера вокруг них.
Внезапно женщина улыбнулась ей какой-то неприятной, кошачьей улыбкой.
– Мисс Бейкер-Снид, не так ли?
