Онория встала.
– Милорд, простите меня за вторжение, но...
– Можете не извиняться. – Он поклонился сначала Онории, затем ее спутнице. – Добро пожаловать в Тремонт-Хаус.
Миссис Кембл, неуверенно вставшая при появлении маркиза, покраснела как свекла.
– Я...Я...
– Благодарю вас. – Онория едва сдерживала раздражение. – У вас очень красивый дом.
Взгляд маркиза задержался на ее губах, затем он улыбнулся:
– Мисс Бейкер-Снид, чем могу быть полезен?
– О, разве я не сообщила вам в своей записке, что мне нужно поговорить с вами по очень важному делу?
Он посмотрел на экономку, и Онория покачала головой.
– Я могу все сказать и при миссис Кембл.
Маркиз кивнул.
– Конечно. – Он помолчал, о чем-то раздумывая. – Может, нам перейти в библиотеку, там гораздо теплее? – Открыв дверь и отступив в сторону, он пропустил дам вперед.
Онория решительно направилась к дверям и вдруг оглянулась, желая удостовериться, что миссис Кембл следует за ней, затем вошла внутрь.
Если гостиная ослепляла своим блеском, то библиотека являла собой верх совершенства. Онория скользила восхищенным взглядом по высоким шкафам, уставленным книгами в дорогих переплетах, по изящным кованым перилам, ограждающим балюстраду на уровне второго этажа, по замечательным фрескам, украшающим стены...
Она неуверенно прошла вперед и остановилась в самом центре библиотеки, откуда был прекрасно виден расписной потолок.
– Миссис Кембл, вам нет нужды беспокоиться за мисс Бейкер-Снид, – услышала она голос маркиза. – Я оставлю двери открытыми, а пока вы можете в сопровождении моей экономки миссис Бейтс осмотреть дом. Уверен, вы получите настоящее удовольствие, когда увидите нашу новую плиту. Повар буквально молится на нее, а миссис Бейтс утверждает, что это самая совершенная плита во всей стране.
Ах, подлец! Нашел чем соблазнить экономку! Чертовски хитер и коварен.
– Вы говорите, новая плита? – Последовала пауза, во время которой миссис Кембл, очевидно, переживала тяжелейшую внутреннюю борьбу. – Но мне не следует...
– Я же сказал, двери библиотеки останутся открытыми.
– Этого недостаточно, милорд. Что, если кто-нибудь войдет и увидит...
– Я прикажу оставаться внутри одному из лакеев.
Снова долгая пауза. Онория нахмурилась и решительно двинулась к дверям.
– Что ж, – миссис Кембл тяжело вздохнула, – если вы прикажете лакею...
– Двум лакеям! – решительно заявил Тремонт.
– Ну тогда... Если их будет двое... – С этими словами компаньонка покинула Онорию и проследовала за миссис Бейтс на экскурсию по дому, а маркиз, пройдя к письменному столу, остановился рядом с ним и указал на стоявшее поблизости кресло.
– Не угодно ли присесть?
Онория мрачно взглянула на него. Если она усядется в это кресло, ее едва будет видно за огромным массивным столом. Гордо выпрямив спину, она покачала головой;
– Нет, благодарю вас. Я лучше постою.
– Как пожелаете. – Маркиз пожал плечами и, скрывая улыбку, сел за стол и принялся за корреспонденцию, от которой отвлекся, когда ему сообщили о неожиданной гостье.
Делая вид, что внимательно читает письмо, он по шороху платья Онории понял, что она осторожно приближается к нему, и невольно улыбнулся.
– Милорд, мне действительно крайне нужно поговорить с вами.
Он поднял на нее взгляд, делая вид, что не замечает, как раскраснелись ее щеки. Дьявол, как же все-таки он раньше не замечал красоту этой женщины, с которой так часто виделся на аукционах!
– Говорите, мисс Бейкер-Снид, я вас внимательно слушаю.
Она сердито нахмурилась:
– Не изволите ли встать, а то я чувствую себя ученицей, которую вызвали в кабинет начальника школы для выговора!
– Стало быть, в школе вы были отчаянным сорванцом! Меня это почему-то не очень удивляет.
Онория напряглась.
– То, что мне нужно сказать вам, довольно неприятно. Не могли бы мы... – Она огляделась. – Минутку! Вы обещали миссис Кембл, что здесь все время будут находиться два лакея.
– Обещал. Если желаете, вы можете пригласить их – дверь открыта, и достаточно только крикнуть, чтобы они явились выслушать ваши указания.
– Да, верно. – Онория в смущении теребила ленты чепца, а взгляд ее метался по комнате, как будто она измеряла расстояние между предметами. Наконец она снова заговорила: – Могу я спросить, почему вы отказались прийти ко мне?
– Мисс Бейкер-Снид, вы можете спрашивать меня о чем угодно, хотя я не обещаю, что отвечу. – Усмехнувшись, Маркус встал и направился к креслам, стоявшим около камина. – Лучше давайте поговорим о том, ради чего вы посетили меня. – Он указал на кресло: – Садитесь, моя дорогая.
Лицо Онории приобрело презрительно-высокомерный вид.
– В чем дело?
– Это охотничьей собаке приказывают: «Сидеть!» Я вам не собака, милорд!
Конечно, нет! Скорее очень соблазнительная и очень умная дама. Полногрудая, с узкой талией, длинноногая, с дивными каштановыми волосами, полная огня, Онория вызывала в нем желание и одновременно гнев, но Маркус не собирался признаваться ей в этом.
– Извините. Не угодно ли присесть, мисс Бейкер-Снид?
– Это уже лучше, благодарю вас. – Сделав несколько шагов, Онория грациозно опустилась в кресло.
– Итак... – Маркус усилием воли заставил себя занять кресло напротив нее. – Что вы хотели мне сказать?
– Видите ли... – Она проглотила ставший поперек горла ком и быстро выпалила: – Тремонт, вы не проиграли пари!
Он не сразу понял ее и даже слегка подался вперед.
– Простите?
– Вы не проиграли, понятно?
– Но мы с вами сделали по два выстрела и...
– ...оба не знали, что мои слегка взбалмошные сестры привязали к мишени веревку. Когда вы стреляли, они чуть-чуть сдвинули мишень с места. – Онория вдруг почувствовала себя так, словно у нее гора упала с плеч.
– Чуть-чуть сдвинули?!
– Нуда. Они думали, что...
– И кто же именно?
– Это не важно.
– Для меня – важно!
– Порция и Оливия. Они немного романтичные, понимаете, и не подумали...
– Черт побери! Если они сделали это, тогда... – Маркус откинулся на спинку кресла, испытывая глубочайшее удовлетворение. Значит, он не ошибся, когда заметил, что мишень сдвинулась. Если бы он не следил слишком пристально за Онорией, то скорее бы заметил непорядок. – Значит, в итоге победил я?
– Почему это? Нет, вы не победили, этот поединок остался без победителя.
Маркус приложил руку к губам, чтобы скрыть улыбку.
– Право, не знаю. Если вы сжульничали...
– Не я, а мои сестры!
– Но ради вас.
– Без моего разрешения!
– Гм... Думаю, в данном случае правила чести на моей стороне.
