Читаем без скачивания Тучи над страной Солнца - Рава Лориана

-- Да? А я с тех пор, как он покинул этот мир и перестал нам угрожать, как-то о нём и не думаю. Бояться его теперь нечего, а сожалеть о таком негодяе -- тем более.

-- Тем не менее, находятся те, кто о нём жалеет, и осуждает нас.

-- Не понимаю, как можно жалеть об убийце.

-- Тот, кому не приходилось рисковать жизнью, не понимают, каково это - побывать на волосок от смерти. Они только знают, что мы живы, а Горный Лев убит, а представить себе, что всё могло быть ровно наоборот, они не в состоянии. Когда так часто всё висит на волоске, начинаешь понимать, что даже рождение на свет того или иного человека во многом зависит от случайности, ведь этого не произошло бы, если бы кто-то его из его предков погиб раньше, чем дал жизнь потомку. Ну вот мы с тобой разве могли бы родиться на свет, если бы вероломные испанцы убили бы Манко и с маленьким Титу Куси во время роковой игры? Да и самой Тавантисуйю тогда, скорее всего, не было бы.

-- Ну, нас бы, конечно, не было, но насчёт Тавантисуйю ты загнул. Всё-таки даже и без Манко наш народ бы не стал терпеть гнёт завоевателей, рано или поздно восстал бы и сбросил их в океан. Конечно, рабство могло бы затянуться на десятилетия, но всё-таки не на вечность.

-- А сколько бы наш народ протянул в рабстве? Были народы, которые под владычеством испанцев попросту вымерли. К тому же у покорённых народов целенаправленно вытравляют память о прошлом, а без этой памяти разве народ останется народом, даже при условии, что его потомки выживут физически? Если они забудут, как это - не быть рабами? Кроме того, ты же знаешь, что строительство справедливого общества -- это целая наука, не зная которой, ты обречён на неудачу, как это случилось в Амазонии. Там многим казалось, что достаточно просто восстать, а дальше всё само пойдёт. Но из-за своей доверчивости и невежества многие из них попались на удочку Горного Льва, и в результате реки крови, восстание подавлено...

-- Я знаю, что Амазония для тебя незаживающая рана, однако наука на то и наука, что её истины может открыть для себя любой народ. Даже если представить себе, что наше государство уничтожено, наши книги сожжены, и сама память о нас стёрта, всё равно нашлись бы люди, способные поставить вопрос о справедливом обществе всерьёз, и рано или поздно они бы пришли к идее, что государство можно и нужно построить как единый айлью, а ради этого нужно отказаться от торговли. Наши амаута говорят, что если белые люди этого не сделают, то рано или поздно погибнут.

-- Возможно, что и погибнут. Но только боюсь, что если даже у них кто-то и дойдёт до этой истины, то они всё равно, скорее предпочтут погубить себя и все народы, находящиеся под их властью, чем пойдут на столь радикальные изменения. Да и трудно представить себе, чтобы их амаута, больше занятые вычислением количества чертей на кончике иглы, стали бы всерьёз интересоваться вопросом, как устроить жизнь разумно.

-- Ну их амаута порой несут всякую чушь, однако, как ты помнишь, для нас было неприятным сюрпризом узнать, что в звёздах они понимают лучше нашего. Да и вопросами справедливого государственного устройства некоторые из них всё же интересуются.

-- Ладно, не будем спорить, а том мы с тобой заболтались как студенты, а время уже перевалило за полночь. Так что пора спать. Для надёжности ты ляжешь рядом со мной. Надеюсь, моё присутствие тебе заснуть не помешает?

-- В походах я спал и в худших условиях, -- ответил Асеро.

Поздним утром около десяти часов Инти и Асеро разбудил резкий стук в дверь. "Лежи и не подавай голоса" - шепнул Инти, - "даже если это мои люди, им знать о том, что ты ночевал здесь, вовсе не обязательно". Быстро одевшись, Инти глянул в дверную щель, и, убедившись, что это один из его воинов, вышел за дверь во внешнюю часть дома.

-- Ну, что случилось?

-- Ночью в спальне Первого Инки был шум, и в окне видели силуэт человека в тёмном плаще и с чем-то тяжёлым наперевес. Через окно он проникнуть туда не мог, следили внимательно. А когда мы сами проникли в окно, этого человека там уже не было. Дверь была распахнута настежь, один из стражников лежал на полу без сознания в луже собственной мочи, а второй исчез, и нашли его только полчаса назад, в одном из чуланов лишившимся рассудка. Да и первый то ли врёт, то ли умом тронулся. Уверяет, что видел живой скелет.

-- Ладно, с ним я сам побеседую. Надеюсь, это всё?

-- Если бы. Хотя мы запретили всем обитателям дома наместника выходить и рассказывать о ночном происшествии, тем не менее по городу упорно ползут слухи, что Первый Инка убит, а кое-кто уверяет, что призрак Горного Льва явился с того света, чтобы отомстить за свою смерть.

-- Вот это самое скверное. И много в Тумбесе таких, кто рассматривает это как заслуженную кару?

-- Немного, вроде бы. Большинство скорбит и всерьёз боится за будущее.

-- Что ж, есть от чего беспокоиться. Убей они Первого Инку на самом деле -- это привело бы к таким бедам, что подумать страшно.

-- А с ним точно ничего не случилось?

-- Точно.

-- Тогда передай ему -- пусть поскорее явится перед народом и развеет панику.

-- Хорошо, передам. Через полчаса я буду во дворце наместника, и сам лично осмотрю злополучную спальню. Ну и с тем, который не совсем свихнулся, побеседую. А пока приведи лошадей, которых вчера отводил в конюшню.

-- Обеих?

-- Да, обеих.

Вернувшись, Инти кратко пересказал услышанное и добавил:

-- Думаю, показаться перед народом надо сразу же, не заезжая во дворец наместника. Тем более что незаметно туда ты всё равно едва ли проникнешь.

-- Хорошо, что я вчера не снял льяуту, - сказал Асеро, приводя себя в порядок после сна, - Туника тоже вполне приличная, без хлопкового панциря днём можно обойтись, только вот браслеты....

-- Неужели тебе, точно женщине, так важны украшения?

-- Не в этом дело. Их отсутствие тут же бросится в глаза и вызовет новые кривотолки. А так носил бы я эти побрякушки, если бы это не воспринималось многими из народа как подтверждение того, что я Первый Инка. Первый Инка без золотых украшений уже вроде не совсем то.

-- Ну, слухи будут ходить в любом случае. Вот что, выйдешь ты отсюда в шлеме и плаще, проедешь через дом со сквозным двором(я тебе укажу), и там же их оставишь. А потом уже выйдешь на площадь и там покажешься перед народом. Можешь им сказать, что на тебя было покушение, но лучше без подробностей. Да, и подчеркни, что все эти разговоры про призраков -- чепуха.

-- А если не чепуха? Дежурить во второй половине ночи должны были Кондор и Кукурузный Стебель, они бы не стали врать и выдумывать.

-- А я и не говорю, что они врут. Скорее всего, их самих обманули. Но призраки не могут ошибиться адресом. Да и слухи... если из дома наместника никого не выпускали, а мои люди едва ли проболтались, то распространение слухов с такой фантастической быстротой можно объяснить только одним -- к твоему убийству готовились настолько тщательно, что даже запланировали слухи, которые должны будут потом ходить в народе и их с утра пустили, ещё не зная, что убийство не удалось. В противном случае придётся предполагать, что слухи сам призрак распространяет, - на последней фразе Инти улыбнулся.

-- Не знаю, существуют ли призраки, но кошмары у тебя тут действительно снятся. Мне привиделось, будто я пленник Горного Льва, и он пытается склонить меня к измене, грозя, будто в противном случае расправится над женой и дочерьми.

-- А мне опять снилась покойница. Только на сей раз сон был уже совсем бредовый: будто она выходит ко мне заплаканная и рассказывает, что Ветерок опозорил нас, отдав на поругание врагу нашу дочь. Ты знаешь, что у нас дочери никогда не было, но она мечтала об этом, и проживи она чуть подольше, может, и родила бы. Но только я знаю, что Ветерок хотя и легкомысленный, но поругания над своей сестрой никогда бы не допустил. Так что все эти сны -- бред, вызванный вчерашними разговорами и тем, что здесь душновато.

Когда Асеро выехал на площадь, она уже была наполнена возбуждённым народом.

-- Приветсвую вас, братья и сёстры. Я уже знаю, какие тревожные известия привели вас сюда. Я очень тронут вашей обеспокоенностью, но теперь вы видите, что я цел и невредим.

-- Правда ли, что к тебе являлся призрак Горного Льва?

-- Чепуха. Я уверен, что ко мне в спальню пролез обычный убийца, которого просто пока ещё не удалось найти. Поскольку я ночевал в другом месте, то цели своей он, естественно, не достиг. Подробностей я ещё и сам не знаю.

-- Но почему арестован наш любимый наместник? -- вскричала какая-то женщина, -- Что позволяет себе Инти со своими людьми! Государь, умоляю, люди Инти совсем распоясались. Уйми их!

-- Кто вам сказал, что наместник арестован? Правда, люди Инти распорядились, чтобы во избежание паники никто не покидал дом наместника. Это даже не значит, что там всех подряд подозревают. Не бойтесь, невинные люди не пострадают. А сейчас пропустите меня, я поеду к наместнику разбираться.