можешь жить без помощи кого-то. Прогресса в лечении никакого. Мне не становится хуже, и врачи считают, что это уже хорошо. Какое хорошо? Мне тридцати нет, а я ощущаю себя старухой. Плохо, что обе руки. Хоть бы одну вылечить… Все мои мечты свелись к одному – к здоровью. Совсем недавно я мечтала покорять мир, а сегодня мечтаю просто самой уверенно держать ложку и ходить в туалет без помощи.
Недели через две после моего переезда Руслан пришёл домой какой-то озадаченный.
- Что случилось? – прямо в коридоре положила руки на лацканы его пиджака и заглянула в глаза.
- Пойдём, поговорим.
Ну, пойдём… за эти десять шагов в голове пронеслось всё, что угодно и ничего хорошего.
- Лад… - Руслан уселся на диван. – Иди ко мне.
Послушно усаживаюсь к нему на колени.
- Слушай, нам надо расписаться. – говорит спокойно.
Подпрыгиваю. Обидно-то как…
- Чего это «надо»?
- Я хочу увезти тебя в Европу. Я возглавлю филиал. Ты уедешь со мной, как жена, и получишь весь социальный пакет. А там, может, у них что-то другое есть, что тебе поможет…
Всхлипываю. Это самое неромантичное предложение в мире. Губы дрогнули от обиды.
- Я не хочу, потому что «надо»…
Его руки обхватывают меня за талию, сжимают.
- Ладушка… я бы очень хотел, чтобы у нас всё было красиво. Но я хочу, чтобы ты тоже получила удовольствие от праздника. Потому мы просто распишемся, а потом, позже… что хочешь, то и замутим. Хочешь, просто праздник закатим, хочешь, обвенчаемся и отметим, хочешь, сольёмся на Бали и там оторвёмся…
Из моих глаз сами собой закапали слёзы…
- Воробушек…
Он берёт мои скулы ладонями, поворачивает лицо к себе и касается губ.
- Лад… я люблю тебя. Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой… Разве не это главное?
Киваю. Конечно, это главное. А праздник… Так были у нас уже праздники. Были и белое платье и чёрный фрак. На других свадьбах. Прижимаюсь к нему крепче.
- Как скажешь, Дракон. Пусть так и будет…
Руслан отодвигает меня.
- Не понял. Что значит «как скажешь»? Ты не хочешь за меня замуж?
Пытаюсь улыбнуться.
- Ну, ты же мне предложение не делал. Швырнул в меня коробочкой с кольцом и смылся, Дракон поганый…
Руслан пересаживает меня с колен на диван.
- Подожди-ка здесь.
Не проходит и минуты, как он возвращается с огромной корзиной нежнейших роз молочного цвета и большой коробкой, перевязанной широкой алой лентой.
- Так лучше?
Пытаюсь удержать губы, но они всё равно расплываются в счастливой дурацкой улыбке. Он ставит корзину у дивана и протягивает мне руку:
- Пошли есть торт.
Поднимаю на него глаза и вздыхаю, а он бьёт себя ладонью по лбу.
- Прости! Однажды ты просто подашь мне руку.
Однажды возможно…
Руслан
Не могу оставить Ладу без, хоть какого-то, праздника. Заказываю лимузин. Белый костюм она сама купила по какому-то каталогу. Причём, в тайне от меня. Надо будет ей как-нибудь деликатно объяснить, нет больше у неё от меня тайн. Забираю в цветочном маленький аккуратный букет невесты с бусинами, ленточками и всякой модной хренью.
- Лад, ты готова? – кричу с порога. – Машина ждёт!
Она выходит, и у меня отпадает челюсть. Совсем тоненькая, в белом костюме она похожа на сказочную фею. На голове аккуратная белоснежная шляпка, украшенная белыми мелкими цветами и камнями. И огромные голубые глаза в пол лица… Кажется, я только их и вижу – эти озёра. Сегодня в них нет ни недоверия, ни боли.
Лада видит мою реакцию, и губы расплываются в улыбке.
- Нравится?
- Безумно.
Подхожу и целую её в губы, покрытые блеском. Лада, больше для порядка, протестует.
- Руслан! Ты весь блеск смажешь!
Неловко передаю ей букетик. Забыв про блеск, она осторожно берёт у меня из рук цветы. У неё получилось. Маленькая победа. Улыбнулась.
- Я готова.
Не предлагаю ей локоть. Просто страхую, когда она осторожно выходит за порог.
- Это что? Лимузин? – Лада растерянно оборачивается и хлопает отросшими ресницами.
- Ты против? – надо же мне поиграть немного.
- Руслан… это так здорово… Спасибо тебе… - она хочет ткнуться лбом в моё плечо, но шляпка мешает.
Усаживаемся в лимузин. Называю водителю сразу несколько адресов. На нашей скромной росписи будут присутствовать самые близкие люди – Екатерина Борисовна, мои родители, Леся с Дэном и Макс. Мои приедут сразу в загс. Остальных забираем по дороге.
Я «попросил» девушку из загса расписать нас торжественно. Нам зачитывают всю эту ерунду про крепкий брак и остальное бла-бла-бла. Мне всё равно, но я знаю, как важны для девушек все эти детали церемоний. Наконец, мы ставим подписи в книге регистрации брака и нам подают кольца.
Я знал, что может быть неловкий момент. Когда болят воспалённые суставы, тут не до колец. Поэтому достаю две золотые цепочки. Макс помогает мне, а мама Ладе повесить кольца на них. Я надеваю цепочку Ладе на шею. Она улыбается. В её глазах снова слёзы. Господи, да сколько же их у неё! Покажите ту трубу, я заткну её, наконец!
Екатерина Борисовна помогает Ладе надеть цепочку с моим кольцом мне на шею. Вот и всё. Я окончательно и бесповоротно получил в свою жизнь Ладу Ильину, теперь уже Гурьеву.
Моя мать недовольна. Она близко к сердцу приняла то, что Лада пострадала в пожаре, но и только. Известие о том, что мы с Ладой женимся, вызвало бурный протест. Теперь к «с.аной профессии» прибавилась болезнь. Хорошо, что мы женимся срочно, и у неё было мало времени, чтобы съесть мне мозг. Обычно она это делает тростниковыми палочками. Всё. Дело сделано. Лада - моя жена. Шах и мат.
Мама подходит к нам, тяжело вздыхает и вдруг говорит.
- Вы очень красивая пара. – продолжает, глядя Ладе в лицо. – Постарайся, чтобы у моих внуков были твои глаза. – и улыбается.
Она аккуратно обнимает Ладу, а я с облегчением выдыхаю. Всё. Мир. Моя мама всегда отличалась трезвым умом и повышенным уровнем интеллекта. Она просто приняла ситуацию. Правильно. Зачем воевать с единственным сыном? Я ведь тоже – не сахар-рафинад. Могу и удила закусить.
Мы скромно пообедали в ресторане. Но нам умудрились всё-таки покричать «Горько!». Так что, на публику мы поцеловались.
Лимузин довозит нас до ворот особняка. Я открываю калитку. Лада делает шаг во двор, и я подхватываю
