важнее нас с тобой? Нашей любви? Я лежал там и зверел.
Я это запросто могла себе представить. Уво легко зверел. Он приходил в ярость по легкому щелчку пальцев, но, правда также быстро и брал себя в руки. А еще он был упрям. И если вбил себе что-то в свою твердокаменную голову, то эту мысль выкорчевать было почти невозможно. Поэтому, да. За ту неделю, что он провалялся, приходя в себя от полученных ран, он и в самом деле накрутил себя до состояния дикого ничем не контролируемого бешенства.
- Я спустился вниз, и первый раз сел за стол, что бы поесть не в этом клоповнике, который по какому-то недоразумению назывался отдельной комнатой со всеми удобствами. Я собирался восстановиться как можно быстрее на оставшиеся деньги и рвануть тебя искать. Я думал, что тебя похитили, что тебя удерживают силой, что ты погибла. Но мне нужно было убедиться в твоей смерти и отомстить. Месть за твою возможную гибель – единственное, что меня тогда поддерживало. Но мстить, как оказалось некому. Мне буквально тут же собутыльник за соседним столом и рассказал где ты.
Уво отвел взгляд. На меня он больше не смотрел. Мое предательство было наверняка для него не менее тяжелое воспоминанием, чем гибель друзей.
- Вся округа гудела сплетнями, что у владельца соседнего особняка новая фаворитка. Черноволосая и красивая. Белая гадалка. И что барон без ума от нее и мечтает жениться, но как говорят - красавица не свободна. Но она уже больше недели живет с ним в особняке, сидит за одним столом и делит одну постель. Слуги из замка охотно делились сплетнями. И о том, как ты сидишь напротив барона во главе стола, там, где положено сидеть жене. И что он тратит на тебя просто сумасшедшие деньги. Счетовод лично ездил в город, чтобы привезти из банка кругленькую сумму в золотых монетах. Даже озвучивали эту сумму. В два раза больше чем нам пообещали за уничтожение Кровояча.
- Ты не поверил – кивнула я.
Почему-то была в этом уверена. Ему нужно было убедиться своими глазами.
- Нет, не поверил. Я не мог. От одной мысли, что ты предала нас, меня начинало выворачивать. Я не поверил, что ребята погибли из-за тебя. Я расплатился, продал лошадей ребят и твою. Денег едва-едва хватило, чтобы расплатиться. Трактирщик ободрал меня как липку, но я не спорил. У меня на это сил не было. Но он мне, по сути, жизнь спас.
- Торговля и деньги вообще не твоё – подтвердила я.
Уво торговаться никогда не умел. Поэтому деньгами всегда ведала я. В противном случае мы бы за те два года уже давно по миру бы пошли.
- Я забрался на своего коня и поехал в особняк. Я пока ехал не верил. Но потом увидел тебя на лошади. Ты неслась во весь опор в новой амазонке, на шляпке вуаль такая длинная развевалась. Ты была очень красива. Ты скакала во весь опор, не разбирая дороги, перескакивала через ограду и мне даже показалась, вообще не смотрела куда мчишься. А еще ты смеялась. Запрокидывала голову и хохотала – Уво помолчал, а потом добавил - И тогда я поверил.
Я кивнула. Не знала, что он тогда меня видел.
- Я ворвался в особняк, орал, кричал, требовал тебя. Ты прискакала быстрее меня, я видел, как ты соскочила с лошади и влетела в дом. Я разнес пару ваз, кажется. И еще что-то там разбил – сделал Уво снова глоток из бокала.
- Три зеркала, четыре вазы, два бюста и восемь глиняных антикварных масок из какого-то кургана. Ну, это для справки – грустно улыбнулась я.
- Так много? – неподдельно изумился он - Из какого кургана?
- Прости, вот это не запомнила – сокрушенно ответила я.
- Потом ты спустилась - продолжил он.
- Да. Я помню.
- Ты стояла и молчала. Я бесился, орал, кричал про предательство и смерть, а ты стояла и молчала. Ты была похожа на статую. Кажется, я там уронил парочку.
- Они мраморные и были защищены магией. Хозяин о них слишком пекся, поэтому не пострадали – отмахнулась я.
- Хорошо, что я меч не достал тогда.
- Ты не собирался меня убивать, вот и не достал.
- Не собирался – подтвердил он.
Мы молчали и пили. А потом он снова заговорил:
- Я ушел. Они со мной так и не смогли справиться. И уехал. Сначала в ближайший город. Там работал и снова пил. Потом стало отпускать. Ты приходила много раз. Я видел. Пыталась что-то объяснить. Но сил слушать у меня не было. Я не мог оправдать это ничем. Вот чтобы ты не сказала – я не мог тогда это оправдать. Даже если тебя заставили? У тебя были варианты. Рассказать мне, перед тем как влипнуть в историю. Рассказать ребятам. Но ты просто ушла. Ты все решила сама. Не посоветовалась, не спросила, не поставила в известность. Ты просто ушла – он говорил это спокойно, но было видно, что это спокойствие ему дается очень тяжело.
Раньше он все это орал. Громко! Круша предметы. Кидая вещи.
- А потом я уехал в столицу. Подписал какие-то бумаги на развод и уехал. Я больше не мог быть к тебе так близко. Ты далеко от Нур-и-Дешт предпочитала не отъезжать и работала всегда в его окрестностях. Всё ждала чего-то. И мы мирились с этой твоей причудой. Я тогда не знал про твоих родителей и эту историю. Но нам было все равно где жить и кутить. И мы соглашались. Я знал, что в столице шанс встретиться с тобой минимальный. Потому что я стал бояться, что всё же убью тебя.
- Да. Ты в последний раз, когда я пыталась достучаться до тебя, достал меч – кивнула я и увидела, как он побледнел.
- Нет…. Я же не мог – тихо прошептал он.
- Мог. Ты был пьян. Увидел меня. И достал меч. Я ушла. Ты ничего не сделал, успокойся. После того раза я больше не пыталась поговорить. Я сходила в контору и оформила развод. Ты подписал и уехал – завершила я его рассказ.
- Да. Всё так – согласился он.
- Что изменилось?
- Леон сказал, что вся история ужасна. И если бы ты была жрицей скажем, как Белли, то ни малейших сомнений не могло
