других групп. Мы готовились к самому непростому, но чертовски интересному рейду в нашей жизни.
Глава 19
Интерлюдия 4
Боль. Тупая, ноющая боль в запястьях и лодыжках, там, где жесткие, грубые цепи впивались в кожу. Боль от ушибов и порезов, полученных в отчаянной, глупой схватке. Боль в зубах, от вырванного уха, которое все еще в ненависти жевала, не в силах выплюнуть — отвратительный, солоноватый привкус крови и серы. И самая страшная боль — боль в сердце от вида матери. Слепой, глухой, и сломанной.
Нику тащили по тоннелю двое Палачей, грубо волоча по неровному полу. Она не сопротивлялась. Сил не было. Эмоции выгорели, оставив лишь холодную, опустошающую пустоту. Она провалила все. Повелась на эмоции, поставила себя в безвыходное положение, оказалась бесполезной. Как последний нуб на хай-левел локе.
Ее бросили в маленькую, пустую пещеру. Пол и стены тут были более гладкими, чем в других местах логова, но все равно влажными и липкими. В центре пещеры стояла… конструкция. Странное сооружение из переплетенных костей и какого-то органического материала, напоминающее огромный кокон или матка. От него исходил слабый, но ощутимый пульс.
Палачи приковали ее к стене напротив кокона, используя цепи, вмонтированные прямо в камень. Жестко, без лишних церемоний. Затем, рыкнув что-то на своем языке, они удалились, оставив ее одну в полумраке.
Ника висела на цепях, тяжело дыша. Выплюнула наконец отвратительное ухо. Оно упало на пол с влажным шлепком. Система не выдала уведомление об убийстве — видимо, Смотритель выжил. Просто остался без уха. Мелкая, бесполезная месть.
Она огляделась. Комната была пуста. Никаких окон, никаких дверей, кроме той, через которую ее привели. Только она, цепи, и этот пульсирующий кокон. От него тянуло запахом гнили и… чего-то нового. Чего-то, чего она раньше не чувствовала. Запах рождения и смерти одновременно.
Страх волной накатил на нее. Ритуал — биоинкарнация. Они собирались превратить ее во что-то другое. Во что-то, что сможет управлять теми мерзкими зомби-импами из инкубатора. Она, Ника, превратится в… контроллера этих тварей? От одной мысли об этом стало невыносимо тошно.
В этот момент в пещеру вошла Лилит. Демоница Е-ранга, с алыми волосами и сияющими глазами. Она двигалась с грацией хищницы, не торопясь, осматривая комнату и прикованную Нику с холодным, оценивающим взглядом.
«Оценка!» — инстинктивно активировала Ника.
Раса Инфернальное Существо
Вид: Имп-Суккуб
Уровень: 15
Эволюционный Индекс E-
Характеристики:
Сила 12
Ловкость 16
Энергия 18
Особенности: Инфернальное существо, Высшая демоническая кровь,???
Навыки: Магия Тьмы (E), Ускорение (E), Усиление Энергии (F), Соблазнение (E)???
Описание: Высокоранговое инфернальное существо, специализирующееся на магии и скорости. Опасный противник.
Е-ранг… даже Макс и Митяй ниже рангом. Как и ожидалось, эта тварь была слишком сильна. Сопротивление бесполезно.
Лилит подошла ближе, остановившись в паре метров. Ее сияющие глаза задержались на лице Ники, затем скользнули по ее телу, цепям, вырванному уху на полу. На ее лице появилась легкая, едва заметная улыбка — скорее, оскал.
— Итак, маленькая аборигенка, — ее голос был низким, мелодичным, но пропитанным ледяной жестокостью. — Ты доставила нам… некоторое неудобство. И показала себя весьма… темпераментной. Особенно впечатляет ухо Смотрителя. Нечасто встретишь такую ярость в столь хрупком сосуде.
Она сделала шаг в сторону кокона, проведя рукой по его поверхности. Кокон испустил слабый пульсирующий свет.
— Но твоя ярость оказалась полезной, — продолжила Лилит. — Она привлекла наше внимание. И Владыка Заар-Нох, и я увидели в тебе… потенциал. Не как в пище или рабе, нет. А как в инструменте.
Она повернулась к Нике, ее глаза сияли еще ярче.
— Тебе предстоит пройти… увлекательный процесс. Биоинкарнация. Ты войдешь в этот Кокон, и он перестроит твое тело. А твоя… сильная воля и накопленная негативная энергия станут катализатором. Ты превратишься в… медиума. Способного контролировать наше новое потомство. Тех самых новых низших импов, новое поколение, что родится в этом мире.
Лилит подошла вплотную к Нике, ее лицо оказалось совсем близко. Запах — не отвратительный, как у низших импов, но странный, сладковато-тяжелый, с металлическими нотками — опасно-соблазнительный запах. Жуть.
— Ты станешь… кукловодом. Управляющим нашей армии. Это… большая честь для аборигенки. И очень полезно для нас. особенно для меня. Я лично прослежу за твоим… развитием. И когда процесс завершится… — ее улыбка стала шире, зубы — острее. — … я лично позабавлюсь с тобой. Узнаю пределы твоей воли и твоей ярости.
Нику передернуло от отвращения и ужаса. Стать марионеткой. Инструментом в руках этих тварей. Управлять теми, кто мучил ее семью. Нет. НИКОГДА.
— Не бывать этому! — тихо, но твердо произнесла Ника. Голос дрожал, но не от страха, а от сдерживаемого гнева, который, казалось, выжигал ее изнутри, подпитываясь болью и бессилием.
Лилит склонила голову набок, ее улыбка исчезла. В сияющих синеватым светом глазах появился холодный, оценивающий интерес. Она не ожидала такого сопротивления от «аборигенки».
— Не бывать? Почему же, аборигенка? — в ее голосе звучала легкая насмешка, но глаза уже светились по-другому. Она приблизилась к Нике, ее взгляд стал пронзительным, фокусируясь на лице девушки. — Твое тело скоро будет перестроено. Твой разум… адаптирован. Ты будешь подчиняться. Все подчиняются. Это лишь вопрос времени и правильного воздействия.
Лилит протянула руку, ее изящные пальцы, увенчанные острыми ноготками, едва коснулись лба Ники. В тот же миг Ника почувствовала вторжение. Холодное, скользкое щупальце чужой воли пыталось проникнуть в ее сознание, раздвинуть защиты, добраться до сути. Это было не физическое давление, а нечто иное — ментальная атака, попытка сломить ее волю, подчинить разум. Гипноз? Контроль? Она не знала, но инстинктивно сопротивлялась.
Всем своим существом! Она не какой-то НПС, которым можно управлять, следуя прописанным скриптам!
«Нет! Не позволю!» — эта мысль была словно стена, возведенная внутри. Она собрала все свои силы, всю свою ярость, всю свою решимость. Она уперлась взглядом в сияющие глаза Лилит.
— У меня… — голос Ники стал громче, наполняясь силой, которая, казалось, исходила из самой ее души. Она чувствовала, как ее ногти впиваются в ладони сквозь тонкую ткань перчаток, но боли не замечала. — У меня… есть те, кто придет за мной! И они… — она выплюнула эти слова, вкладывая в них всю свою ярость и непоколебимую веру, — они уничтожат вас! Всех до единого!
Это была не просто угроза от попавшегося в ловушку существа. Это была вера. Абсолютная, непоколебимая вера в ее команду. В двух оболтусов, которые превратили свою жизнь
