— Судя по всему, этот переход тянется вдоль всей виллы, — недовольно промолвил он. — Потребуются недели, чтобы обследовать его до конца.
— Но у нас в запасе всего несколько дней. — Верити окинула взглядом призрачные тени, сгущавшиеся по сторонам туннеля. — Зачем прокладывать галерею, которая просто огибает дом? Видимо, должны быть здесь и другие потайные выходы, кроме того, что ведет в нашу спальню.
— Похоже, Дигби с помощником отыскали один такой. — Джонас снова стал изучать следы.
— Нашел что-нибудь? — Верити придвинулась к нему поближе.
— Вот эти следы ведут прямо к стене, еще какая-то цепочка следов уводит дальше. Наверное, здесь и находится эта самая потайная дверь.
— Давай попробуем открыть. Мне ужасно хочется поскорее выбраться отсюда.
Джонас направил луч фонарика на стену.
— Хорошо бы запор был устроен так же, как и тот, что отпирал дверь в нашу комнату. Вот, нашел! — внезапно вырвалось у него. — Еще одно свидетельство того, что зодчие Возрождения любили симметрию и гармонические пропорции. Механизм размещен так же, как и обнаруженный нами в другом конце коридора. Посторонись-ка немного.
— Будь осторожен, Джонас.
— Не думаю, что этот выход — западня: наш-то выход не скрывал никаких ловушек. — Он провел рукой в углублении между камнями, слегка надавливая кое-где пальцами. Наконец его поиски увенчались успехом — раздался скрип и почти человеческий стон, в стене обозначилась щель, и каменная дверь медленно отворилась вовнутрь.
Джонас посветил фонариком в темноту, и Верити испуганно ахнула: ее глазам предстала комната сродни комнате ужасов в музее восковых фигур.
— И это то самое уютное гнездышко Мэгги и Дигби?! — ошеломленно прошептала она.
— А ты еще называешь меня извращенцем, — проворчал Джонас, входя в комнату, где повсюду виднелись мрачные орудия пыток, цепи и кандалы. Он направил луч фонарика на стену. — Какая богатая коллекция хлыстов!
— Джонас, как ты можешь здесь находиться?! — воскликнула Верити, опасливо следуя за ним. — Если все эти орудия пыток сохранились с шестнадцатого века, они должны испускать зловещие вибрации.
— Я пока ничего не чувствую, — бодро откликнулся Джонас, прикоснувшись к длинным цепям на стене, на концах которых болтались кандалы. — Совсем ничего. — Он приподнял наручники и, усмехаясь, стал разглядывать их при свете фонарика.
— Что тебя так рассмешило? — удивилась Верити.
— «Сделано в Гонконге». Еще одна подделка, милая. Помнишь антиквариат в гостинице?
— Что ж, это радует. — Верити хмуро огляделась. — И как только можно коллекционировать орудия пыток? Какая гадость! Ни за что не стала бы заниматься любовью в таком отвратительном месте. А Мэгги, по-видимому, все это очень нравилось. Что касается Дигби, он представлялся мне вполне респектабельным, хотя и немного чудаковатым ученым. У меня и в мыслях не было, что… — Она вдруг осеклась. — Джонас, это характеризует Дигби Хейзелхерста с весьма неожиданной стороны.
Джонас ухмыльнулся.
— Жду не дождусь, покончив со всеми своими делами, заняться составлением его биографии. — Он нашарил выключатель, и в комнате стало светло. — Надо же, и электричество провел! — Джонас снял со стены кнут и стал с интересом его разглядывать.
— Я больше чем уверена, что ни один уважающий себя издатель не возьмется опубликовать биографию Хейзелхерста. Джонас, ради Бога, положи хлыст на место!
Он негромко рассмеялся, пропустив плеть между пальцами:
— Да, мы узнали много интересного об этом респектабельном ученом.
— Не смотри на меня так, Джонас. Джонас легонько взмахнул кнутом, и Верити испуганно отскочила в сторону. Плеть обвилась вокруг ее талии, но боли она не почувствовала. Джонас потянул за кнут, притягивая Верити к себе.
— Оставь свои шуточки, Джонас! — воскликнула Верити обиженным тоном. Поймав конец плети, она попыталась высвободиться. — Так она же из бархата! — изумилась девушка. — Понятно, почему мне нисколечко не больно.
— Может, осмотришь и другие экспонаты? — с надеждой осведомился Джонас.
— Ну уж нет, с меня довольно. — Верити наконец освободилась от кнутовища. — Сейчас же убери это.
— Никогда не дашь мне вволю поразвлечься, — буркнул Джонас, повесив хлыст на стену. Верити, осмотрев пол, заметила:
— Я вижу, Мэгги здесь регулярно убирает. Это место пробуждает в ней трогательные воспоминания. Интересно, чем они тут занимались?
— Держу пари, маленькая ханжа, ты залилась бы краской, если бы узнала.
— Хм… и Мэгги еще осмеливается заикаться о ненормальных! — Она положила на место наручники и посмотрела на Джонаса. — Ну что теперь? Вернемся обратно?
— Пожалуй, не стоит. Уже поздно, тебе пора спать. Вернемся к себе самым простым путем. — Он открыл входную дверь камеры пыток. — Давай сюда. Нет нужды вновь брести по полутемному переходу.
— А если кто-нибудь нас увидит?
— Скажем, что тебе захотелось воды, я пошел тебя провожать.
Они без труда отыскали дорогу на второй этаж южного крыла. У комнаты Элиссы их внимание привлекли раздраженные голоса за дверью.
— Ярвуд с Элиссой, — бросила Верити, осторожно проходя мимо. — Интересно, о чем они спорят?
Джонас посмотрел на закрытую дверь:
— Не знаю, но, похоже, это серьезно. — Он остановился и прислушался. Верити нахмурилась.
— Помнишь, что сказала Кейтлин о Ярвуде?
Может, стоит вмешаться?
— Самое последнее дело — вмешиваться в жизнь тех, кто спит, в одной постели. Ты ведь сама говорила, что Ярвуд с Элиссой что-то питают друг к другу.
— Так мне сказал Слэйд. По-моему, Ярвуд здорово разозлился.
Громкий голос Престона Ярвуда был прекрасно слышен в коридоре.
— Похотливая сучка! — кричал он. — Что это за слова «я хочу прекратить всяческие отношения между нами»? Это ведь я вывел тебя на новый уровень познания, разве ты забыла?
— Престон, ты ведь знаешь, что я не вольна в своих действиях. Я тебя обожаю, но Сарананта против нашего союза — она говорит, что я должна найти себе другого партнера.
— К дьяволу твою Сарананту! Я знаю, что ты затеваешь. Ты хочешь соблазнить Куаррела? Так вот знай: я не допущу, чтобы ты, избавившись от меня, прыгнула в постель к какому-то негодяю-лжеэкстрасенсу.
— Престон, прошу тебя, не кричи. Я всего лишь следую советам Сарананты. Она мой духовный учитель, ты ведь в курсе.
— Черт возьми, ты мне не указ! И перестань прикрываться своей Саранантой! Положила глаз на Куаррела, потому что уверена в его сверхспособностях… Так вот, я тебя обрадую: я здесь единственный экстрасенс, Куаррел же просто жулик.
— Не правда!
