ты всегда любишь говорить?
— Ну, примерно так. Тренируйся больше, и у тебя получится стать юмористом, — кивнул я. — Я принимаю вашу клятву. Вы отправитесь в Равномерную.
— Ну, тогда и мне пора, — кивнул Ликвидатор и растворился в воздухе.
Я же задумчиво посмотрел на портал в сторону планеты Араз, потом перевёл взгляд на Титанов, задумчиво пробормотав: «Голова пролезет точно, а вот жопа может застрять…»
Первая Крепость Охотников
— Катюха!
— Анюта!
Жены Сандра крепко обнялись и расцеловались, как будто они не виделись целую вечность. Первый Охотник, стоявший рядом и наблюдающий за этим, внезапно почувствовал давно забытое, практически никогда им не испытываемое чувство. Это было лёгкое чувство зависти. Зависти к Сандру, который каким-то образом устроил свою жизнь так, что напрочь перевернул все каноны Ордена, при этом умудрившись обрести любовь таких замечательных женщин, как Анна и Катерина.
Рядом с Первым стояла ещё одна гостья — красноволосая Елизавета, бывшая Императрица Запретного Мира, в котором сейчас находился Сандр. Первый без удивления понял, что, судя по всему, эта женщина сейчас испытывает точно такие же чувства. Хотя в этом случае не было ничего удивительного. Елизавета была молодой, юной, по меркам Кодекса, девушкой в расцвете своих сил, которая мало того, что выглядела чрезвычайно привлекательной, так ещё имела огромный потенциал, который прямо сейчас развивался с помощью брата Дэна и его чудесных методик обучения.
Именно Дэн с Елизаветой отправились к Бездне, чтобы забрать оттуда Катерину на некоторое время. Почему? Ну, потому что так сказал Кодекс. Иногда Кодекс не объяснял свои действия, он просто приказывал. А история показывала, что подобные приказы всегда нужно было исполнять.
К слову, Бездна не стала чинить никаких препятствий. Да и сама Катерина была готова погостить немного в Ордене и побыть рядом с Аней. Была ещё Хельга, которая, кажется, что-то затаила против Бездны, — ну, по словам Дэна. Но она тоже была умной девочкой. Первый Охотник искренне надеялся, что сейчас, вернувшись в свой хладный Пантеон, она десять раз подумает, прежде чем предпринимать что-то против Бездны. Ну, по крайней мере, не заручившись поддержкой своего мужа.
Было пару странностей, например, то, что Дэн ещё застал там Тёмную Богиню — дочку Бездны, которая выглядела чрезвычайно раздражённой и рассерженной. Многого выяснить не удалось, но оказалось, что Тёмной даже закрыта теперь дорога в Запретный Мир, где располагался Охотник Сандр.
Складывалось впечатление, что Вселенная или даже высшие силы природы постепенно и целенаправленно отбирают у Сандра самых близких. То ли оберегая их, то ли… Второе «то ли» было настолько ужасным, что Первый даже решил мысленно не думать об этом. Одно было ясно: наследие великого Охотника Сандра теперь точно не умрёт вместе с ним. Ведь что-то подсказывало Охотнику, что скоро дети Сандра, оставшиеся пока с ним, вырвутся в Многомерную Вселенную. И логично предположить, что окажутся они именно здесь, в Крепости Охотников.
«Титаны принесли клятву брату Сандру», — раздалось у него в голове, и Первый Охотник не сразу понял, о чём сейчас говорит Кодекс. А когда понял, что предчувствие опасности сжало его горло буквально физически.
— Располагайтесь, — буркнул он, не особо вежливо, от чего Елизавета, привыкшая к вечно улыбающемуся и спокойному Первому Охотнику, удивлённо вскинула на него взгляд. — У меня дела.
Охотник развернулся и быстро вышел из комнаты, мгновенно перенесясь в зал, где сейчас обедали многочисленные Охотники.
— Внимание, Орден! — сказал он с порога. — Боевая готовность! Всех свободных братьев отозвать в Крепость! Кажется, нам предстоит Охота!
— Последняя Охота… — пробормотал он себе под нос слова, чтобы никто, кроме него, их не услышал. Хотя, конечно же, их услышал Кодекс, но промолчал, как будто он был полностью согласен с Первым братом.
* * *
Отправив Титанов покорять Равномерную Вселенную, искренне пожелав им удачи и мысленно выразив соболезнования самой Равномерной (но не от всей души, конечно же), я внезапно застыл, понимая, что вся моя спина сейчас покрывается холодным липким потом.
Бездна оказала мне неоценимую услугу, отправив в качестве вестников одних из сильнейших и опаснейших существ Многомерной. Я ведь готовился к вторжению, готовился серьёзно, но, как оказалось, готовился совсем не к этому вторжению. Бездна ярко показала мне мою ошибку. Вместо орд Костяного, которых я ожидал, в гости зашли Титаны. А что будет, если сюда внезапно перенесутся металлические легионы Механического Пастыря, или из открытого портала вылетит сама Пустота? Что против них смогут сделать мои хвалёные ракетные установки?
Если меня не будет на месте, то будет уничтожена не только моя усадьба. Будут уничтожены… мои дети.
«Чёртов дурень», — сказал я в сердцах, имея в виду, конечно же, самого себя.
Решение было принято мгновенно. Я через Тень ушёл на берег Байкала, где застал милую, умиротворяющую картинку. На берегу озера в позе лотоса сидел Один, который ныне сам уже обзавёлся падаванами. Сзади него, чуть позади, треугольником, точно в таких же позах сидели Морфей и Локи. Выглядело это чрезвычайно странно, хоть и забавно, когда бессмертные высшие сущности, много тысячелетий управляющие огромными конгломератами, Пантеонами, имевшие собственные армии миньонов и сражающиеся с другими небожителями, прямо сейчас мирно сидели рядом с мохнатой крысой, возраст которой по меркам этих богов был сопоставим с мошкой-однодневкой.
Тем не менее Один был первым по праву. Как по праву силы, так и по праву… правды и чести, опираясь на которые и шёл маленький мохнатый самурай по своему, я уверен, длинному жизненному пути.
— Прогуляйтесь, — небрежно кивнул я двум богам, в то время как Один, почувствовав моё прибытие, встал и низко поклонился.
Удивительно, но то же самое сделали и оба бога, которые после моих слов растворились в воздухе.
— Мой маленький друг и… брат, — сказал я Одину, который вскинул свою голову при моём последнем слове, и красный глаз в его глазнице ярко блеснул.
— Да, да, ты не брат по крови, но брат по духу. И пришло время нам стать братьями по Ордену. Я отправляю тебя в Первую Крепость Охотников, и приказываю забрать с собой самое ценное, что у меня сейчас есть — моих детей.
— Твоё желание будет исполнено… брат, — произнёс Один с некоторой задержкой. А слово «брат» он произнёс медленно, как будто смакуя его на языке.
— У меня есть сомнения по поводу твоих не очень юных учеников, — улыбнулся я, кивнув в пространство, в котором исчезли Локи и
