этом ощущение, что он переспрашивает.
— Да. Марат, — провожу рукой по его щеке, — Если ты боишься, что я опять что—нибудь вытворю за твоей спиной, то зря, — не хочется вспоминать то, как я пыталась сбежать, но понимаю, что возможно у мужчины есть сомнения на мой счёт. И они могут сыграть не в мою пользу.
Мне кажется, что проходит целая вечность. Каменное выражение лица Покровского не даёт мне понять, что у него в голове. И только когда он начинает говорить, облегчённо выдыхаю:
— Ладно. Завтра съездим. Но только вместе и ближе к вечеру. Днём у нас планы.
— Спасибо, — бросаюсь на шею, — Это важно для меня, — целую в щеку, — А что за планы?
— Нужно отвезти Джека к ветеринару, чтобы его осмотрели. Помнишь ведь, что нужен постоянный контроль. Да и думал заехать в одно место. По делам, так скажем.
— Ясно, — не обращаю внимания на последнюю фразу, так как снова оказываюсь в крепких мужских объятиях.
Устроившись поудобнее думаю о завтрашнем разговоре. И о том, как я рада, что Марат не стал особо возмущаться. Наверное, это хороший знак.
Задумавшись, не замечаю, как закрываются глаза и я засыпаю. А просыпаюсь, когда меня несут на руках.
— Марат?
— Спи, маленькая, — толкает плечом дверь. Приглушённый свет не режет глаза, но я сразу понимаю где мы. В его спальне. Нет. Не так. В нашей. И мгновенно просыпаюсь.
— Чего всполошилась? Ты заснула внизу, а я решил, что это не самое удобное место, — кладёт меня на постель, выключает лампу и ложится рядом. Моё тело невольно натягивается, как струна. Ведь я жду каких—то действий с его стороны. Попыток. Но этого нет. Покровский просто обнимает и целует в макушку. Ещё какое—то время лежу, затаив дыхание.
— Расслабься, — следует мягкий приказ, — Я же сказал, всё случится только когда ты захочешь. Но отказать себе в удовольствии спать рядом – не могу. Уж извини, — в голосе лишь усмешка.
— Марат? — тихо зову его.
— Ммм?
— Спасибо, — выдохнув, сама обнимаю мужчину за талию. Показывая тем самым, что доверяю ему.
Глава 24
Алина…
Проснулась резко, словно от толчка. За окном уже было светло, но я не спешила вставать. Нежилась в объятиях Марата. Всю ночь он крепко обнимал меня. Пару раз я даже просыпалась, настолько сильно была его хватка. Словно он боялся, что я сбегу.
Всё—таки какой своеобразный человек. То камень не пробиваемый, то ласковый, нежный и заботливый. Кстати, о заботе. А почему бы мне не подумать о нём?
Осторожно, стараясь не разбудить мужчину, выбираюсь из его рук.
— Ммм, — стонет Покровский, и я замираю. Проснулся? Фух, нет. Всё так же размеренно дышит.
Накидываю лёгкий халатик и спускаюсь вниз. Помнится, Марат пробовал мне устроить сюрприз в виде завтра в постель. Может пришла моя очередь?
Открываю холодильник. Сколько же здесь всего! На кухне уже суетится Василина Андреевна.
— Алина Григорьевна, доброе утро, — приветствует меня, — Давайте я вам завтра приготовлю и подам. Извините, не знала, что вы так рано встанете и …, — начинает оправдываться.
— Нет, спасибо, — останавливаю, — Я сама.
На её лице читается плохо скрываемое удивление.
— Хочу порадовать мужа, — поясняю.
— Как мило, — улыбается, — Может, вам помочь?
— Не стоит. Занимайтесь своими делами, — вежливо отказываюсь.
Готовка для меня не проблема. А вот вкусов Покровского я не знаю. Поэтому, решаю сделать что—нибудь классическое. Омлет с беконом и овощами.
Мне хочется удивить Марата, но в то же время думаю, как он это воспримет. Вдруг подумает, что я пытаюсь усыпить его бдительность?
Вообще, ловлю себя на мысли, что постоянно боюсь его огорчить. Марат взрослый мужчина, но со своими душевными травмами. И я не хочу провоцировать негатив. Мне хочется всё наладить.
Около получаса вожусь на кухне. Хочу, чтобы всё выглядело идеально. Поднос, крепкий кофе, себе сок. Раскладываю на тарелке горячий завтрак, добавляю немного свежей зелени. Выглядит аппетитно.
Стараясь ничего не уронить, иду медленно. Поднимаюсь по одной ступеньке наверх, предвкушая реакцию Покровского. И совсем не ожидаю того, что увижу.
— Алина, какого хрена??? – слышу, едва дойдя до двери. Ой—ёй. Толкаю ногой и захожу. Сразу вижу взлохмаченного мужа.
— Доброе утро, — улыбаюсь, не показывая, что мне не по себе. Прохожу, сажусь на постель.
— Ты где…
— Завтрак вот тебе готовила, — перебиваю, — Хотела сделать приятное.
— Для меня? Сама? – он спрашивает так, будто я что—то невообразимое учудила.
— Ну да. Не знаю правда, что ты обычно ешь, но я решила…, — договорить не успеваю. Марат наклоняется ко мне и целует. Ммм…Как же мне это нравится.
— Спасибо, — шепчет он, оторвавшись, — Удивила.
— Не только тебя, но и кухарку, — усмехаюсь, — Она всё порывалась мне помочь. Видимо решила, что я ничего не умею.
— Это не преступление, — пожимает плечами.
— Да, но приготовить своими руками для…, — запинаюсь. Мне кажется, что я прямо—таки готова ляпнуть лишнего.
— Для своего мужа, — продолжаю, — Это вполне нормально. Надеюсь, тебе понравится.
— Обязательно! – с энтузиазмом хватает вилку, отламывает кусочек и отправляет его в рот, — Алинка, это очень вкусно!
— Правда? – переспрашиваю, не веря. Нет, конечно я знаю, что должно было получиться хорошо, но мне не верится, что Покровскому понравилось.
— Ты может хотел что—нибудь особенное, — высказываю свои сомнения, — Только скажи и я…
— Если ты время от времени будешь будить меня подобным способом, я буду счастлив, — выдыхает мужчина. У меня будто камень с души упал. Но я тут же вспоминаю, как подходила к комнате.
— А почему ты ругался? – Марат хмурится, — Я слышала.
— Не важно, — сухо отзывает он.
— Мне – важно.
Ёрзает на постели. Берёт чашку, делает пару глотков. А затем внимательно смотрит на меня.
— Решил, что мне всё приснилось. Ты. Я. Наша ночь, — признается Марат.
— А что особенного было? Мы же просто спали, — искренне не понимаю его поведения. Если бы у нас был крутой с..с…близкий контакт – было бы всё очевидно. А так….
— Это и было особенным. Алин, ты никак не можешь осознать, насколько я
