он понимал, что все кончено, что все его попытки вернуть меня потерпели крах. Возможно, осознание этого разбивало его гордыню, и я испытывала странное чувство жалости к нему. Не к его поступкам, а к его разбитому самолюбию.
Я постоянно посматривала на браслет, как на символ моей новой счастливой жизни с Ллойдом. А Даркар… пусть останется там, в прошлом, забытым и ненужным призраком, его место больше не рядом со мной!
Глава 31
Остаток вечера прошел, как в тумане, в сладком, немного липком сне. Даже не верилось, что это случилось со мной. Анхель, его холодное, почти презрительное поздравление, застряло колючкой в моей памяти. Он исчез так же внезапно, как и появился, растворившись в гуще нарядно одетых гостей, словно призрак, оставив после себя лишь неприятный осадок.
Юна же, напротив, была воплощением солнечного света и радости. Сыпала поздравлениями, будто мы действительно близкие подруги, знающие друг друга много лет. Ее энтузиазм был искренним, заразительным, и я на время забыла о ее прежних угрозах. Возможно, все это лишь игра, актерское мастерство, но ее тепло выглядело настолько убедительно, что я почти поверила в ее искренность.
Даркар демонстративно покинул торжество раньше времени. Просто исчез, не прощаясь, не объясняя причин своего ухода. Но объяснений и не нужно. Я знала правильный ответ.
Зельда сияла от счастья, ведя разговоры лишь о красоте моей предстоящей свадьбы. Бесконечно говорила о платьях, букетах, украшении зала. Ее восторг был заразителен, и я старалась поддерживать разговор, отвлекаясь от навязчивых мыслей о бывшем муже. Однако под поверхностью этого праздничного вечера скрывалось чувство тревоги, какое-то непонятное ожидание, будто над нами висит невидимая угроза, готовая в любой момент обрушиться.
Вернувшись в поместье, мы с Ллойдом уставшие и вымотанные танцами, отправились в покои. Пока прислужница наполняла купель, чтобы мы могли расслабится в теплой воде перед сном, сидели у камина и бурно обсуждали события бала.
– Невероятно! Я не ожидала, – в сотый раз посмотрела на изящный браслет, что грел душу.
– Я давно хотел сделать тебе предложение, но решил выбрать этот вечер, чтобы у Анхеля и других окончательно отпало желание с кем-то меня сводить.
– Взбудоражили мы с тобой высший свет, – подтвердила я, представляя, с каким удовольствием известные сплетницы и интриганки обсасывали наши косточки на балу. – Нерисса расстроилась, – сказала я, вспоминая ее назойливую улыбочку и значительные взгляды в сторону Ллойда.
– И не только она, – блеснули глаза дракона азартом. – На Даркаре лица не было, – победоносно ухмыльнулся. – Он смотрел на нас с такой ревностью… – Ллойд придвинулся ближе, его лицо осветилось искрящимся светом от пламени камина.
Я поморщилась. Признаться, не разделяла с ним радости по этому поводу.
– Ты превзошла всех своей красотой и очарованием! – Я прикоснулась к его руке в ответ, чувствуя твердость и силу его пальцев.
– Приятно это слышать, – прошептала, чуть краснея от смущения.
– Как же долго я ждал, когда ты станешь моей, – прошептал он и потянулся к моим губам, но не успел поцеловать.
В этот момент прислуга вошла, известив о готовности купели. Хотелось скорее опуститься в теплую, ароматную воду, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга, но раздался настойчивый стук в дверь.
– Что там еще? – пробормотала я, чувствуя, как нарастает легкое беспокойство.
Ллойд нахмурился и тяжело вздохнул. Кивнул служанке, разрешая ей уйти, и направился к двери. Стук повторился, более настойчивый и резкий на этот раз. Он осторожно открыл дверь, и в проеме предстала высокая фигура дворецкого.
– Господин, Сезар Дер-Аберкон стоит в ворот и просит матушку спуститься для важного разговора. Без сопровождения. Я предлагал ему пройти в дом, но он отказывается, – прозвучало крайне странно и тревожно.
– Один? – Ллойд проговорил это почти шепотом, но в его голосе звучала сталь.
Дворецкий кивнул.
– Да, господин. Он утверждает, что это касается только леди Мириам.
Ллойд бросил на меня быстрый, полный тревоги взгляд. В его глазах читалось не только беспокойство, но и нечто другое, более глубокое – подозрение.
– Я пойду, – сказала чуть тише, чем ожидала.
Дракон схватил мою руку и сжал теплые пальцы на запястье.
– Нет, дорогая. Ты останешься здесь. Я разберусь с этим сам.
– Нет, – возразила я, – Сезар не стал бы просто так просить. Что-то случилось. Я должна выйти.
Ллойд резко выпрямился, его лицо стало непроницаемым, словно маска.
– Будь осторожна, – предупредил он и широко раскрыл передо мной дверь.
Выйдя из дома, я быстро направилась к воротам и издалека завидела Сезара. Подала знак стражам и они выпустили меня наружу.
– Сынок! – вскрикнула и обняла его так крепко, что дыхание на миг оборвалось. – У тебя получилось? Почему ты не заходишь? – обрушилась на него с вопросами.
Сезар смущенно отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
– Я все сделал и ушел, но… – он опустил взгляд, будто нашкодивший ребенок. – Не надо тебе у Ллойда жить. Нам лучше уйти. В столичном доме отца можем поселиться. Я взял ключи.
– Не понимаю, – нахмурилась я, разглядывая сына со всех сторон, замечая его тревожность и страх.
– Мама, – Сезар сжал кулаки, – Ллойд… он как-то связан с Юной. Они знают друг друга.
– О чем это ты? – развела я руками и обернулась. Увидела в освещенном окне покоев фигуру Ллойда, который наблюдал за нами из поместья.
– Я слышал, как Юна говорила сама с собой. В ее речи звучало имя Ллойда. Я сейчас не вспомню дословно, но понял, что они знакомы. Он часто приезжал в Граян. Юна окрутила отца по просьбе Ллойда. Не просто так разбила нашу семью.
У меня голова закружилась и резко затошнило. Отдышавшись, я вцепилась в плечо Сезара и замотала головой.
– Эта женщина не в себе. Мне она сказала, что мстит за брата, который когда-то был в меня влюблен!
– Нет! Она будто с Ллойдом говорила. Знала о нем многое. У нее какой-то план. Я боюсь за тебя!
Я снова обернулась и фигура Ллойда исчезла в окне.
– Не выдумывай, мы должны зайти, пока Даркар не заметил твоего отсутствия, – потянула я сына за руку и услышала движение в ближайших кустах.
Сердце бешено заколотилось в груди, барабаня тревожный ритм. Кусты зашевелились снова, из них вынырнула внушительная фигура.
Я инстинктивно прижала к себе Сезара, готовая к худшему. Лицо мужчины не сразу разглядела в полумраке,
