Внезапно шаг их замедлился, и вся группа плотно сомкнулась. За спиной Шеа послышался низкий голос Алланона, сердито осведомляющегося, что происходит, и торопливо требующего пропустить его вперед. Но в тесном проходе двум людям не удалось бы разминуться. Шеа всмотрелся вперед и увидел за силуэтами впереди идущих яркий луч света. Очевидно, проход наконец-то расширялся. Они почти преодолели перевал Петли. Но затем, когда Шеа уже поверил, что они невредимыми достигли выхода с перевала, впереди послышались громкие возгласы, и вся цепочка встала как вкопанная. В полутьме раздался изумленный и злой голос Мениона, Алланон хрипло, гневно выругался и приказал отряду двигаться дальше. Какое-то время не происходило ничего. Затем отряд медленно продолжил свой путь, выйдя на широкую прогалину, пересеченную тенями утесов, внезапно расступившихся и вздымающихся в чистое небо.
— Этого я и боялся, — проворчал себе под нос Гендель, когда Шеа вслед за Даэлем выходил из расщелины. — Я надеялся, что карлики не посмеют так глубоко забраться в запретные земли. Похоже, горец, они таки нас поймали.
Шеа шагнул на залитую солнцем ровную поверхность камня, где уже стоял весь отряд, вполголоса перебрасываясь гневными и короткими репликами. Почти в тот же момент из тени появился Алланон, и они вместе окинули взглядом открывающуюся им сцену. Каменная плита, на которой они стояли, футов на пять выступала из расщелины перевала Петли, образуя небольшой уступ, резко обрывающийся в зияющую пропасть глубиной в сотни футов. Даже в ярком свете дня она казалась бездонной. Склоны утесов здесь расходились в стороны, образуя перед пропастью полукруг, а затем резко расступались, уступая место лесной чаще, начинающейся в нескольких сотнях футов впереди них. Ущелье, являющееся злобной шуткой природы, имело отчетливый вид неровно лежащей петли. Пути в обход него не существовало. На другом краю пропасти висели остатки разрушенного моста из веревок и досок, по которому ранее переправлялись все путники. Восемь пар глаз обшаривали отвесные склоны утесов, ища место, где по их ровным стенам можно было бы вскарабкаться. Но всем уже было очевидно, что единственный путь на ту сторону пролегает прямо через ущелье.
— Карлики знали, что делали, когда разрушали мост! — гневно выкрикнул в пустоту Менион. — Они заперли нас у этой бездонной дыры. Теперь им даже не нужно на нас нападать. Они могут просто дождаться, пока мы не умрем здесь от голода. Как глупо‡ Он в ярости замолчал. Все они сознавали, что поступили глупо, позволив заманить себя в такую простую и безотказную ловушку. Алланон подошел к краю пропасти, пристально всматриваясь в ее глубину, а затем изучил местность по ту ее сторону в поисках способа перебраться.
— Если бы она была хоть чуточку уже, или было бы побольше места для разбега, я мог бы ее перепрыгнуть, — с надеждой заявил Дарин. Шеа прикинул ширину пропасти — добрых тридцать футов. Он с сомнением покачал головой. Даже если бы Дарин прыгал лучше всех в мире, и то в этих условиях удача вряд ли сопутствовала ему.
— Подождите минуту! — вдруг воскликнул Менион, подскакивая к Алланону и указывая на север. — Как насчет вон того старого дерева слева, что свисает с края утеса?
Все с надеждой повернулись туда, куда указывал Менион, не до конца понимая, что имеет в виду горец. Дерево, о котором он говорил, росло прямо на одном из утесов полутора сотнями ярдов левее их. Его серый ствол отчетливо выделялся на фоне ясного неба, его голые, лишенные листьев ветви тяжело свисали, словно усталые руки какого-то утомленного гиганта, застывшего на полушаге. Насколько они видели, это было единственное дерево на всей усеянной камнями тропе, ведущей от пропасти и исчезающей в лесу за утесами. Шеа тоже посмотрел на него, но не понял, чем оно может им помочь.
— Если бы я выстрелил в это дерево стрелой с привязанной веревкой, то кто-нибудь, кто меньше всех весит, мог бы проползти по веревке и закрепить ее для всех остальных, — предложил принц Лиха, сжимая в левой руке свой огромный ясеневый лук.
— Здесь больше ста ярдов, — раздраженно ответил Алланон. — Учитывая вес веревки, ты должен быть величайшим лучником в мире, чтобы попасть в это дерево, не говоря уже о том, что стрела должна войти достаточно глубоко, чтобы выдержать вес человека. Не думаю, что это в человеческих силах.
— Слушайте, нам лучше хоть что-то придумать, иначе мы можем распрощаться с Мечом Шаннары и со всем остальным, — проворчал Гендель, и его угловатое лицо побагровело от гнева.
— У меня есть идея, — вдруг предложил Флик, сделав при этих словах шаг вперед. Все посмотрели на коренастого юношу так, словно видели его в первый раз в жизни или забыли, что он стоит рядом с ними.
— Ну давай, выкладывай! — нетерпеливо воскликнул Менион. — Что у тебя на уме, Флик?
— Если бы среди нас был умелый лучник, — Флик подарил Мениону ядовитый взгляд, — то он мог бы попробовать вогнать стрелу в остатки моста, что висят на той стороне, и вытянуть их сюда.
— Вот это стоящая мысль! — быстро согласился Алланон. — Только кто‡
— Я сумею, — быстро сказал Менион, поглядев на Флика.
Алланон коротко кивнул, и Гендель извлек из рюкзака прочный шнур, который Менион Лих накрепко привязал к концу стрелы, обмотав свободный конец вокруг своего широкого кожаного пояса. Он положил стрелу на свой большой ясеневый лук и прицелился. Все взгляды устремились на дальний конец пропасти, прикованные к длинной веревке, свисающей с обрыва. Менион проследил за веревкой, уходящей во мрак пропасти, и заметил наконец футах в тридцати ниже края кусок дерева, еще держащийся на веревочной основе моста. Отряд, затаив дыхание, наблюдал за тем, как он натянул огромный ясеневый лук, быстро, уверенно прицелился и с резким щелчком спустил тетиву. Стрела свистнула в воздухе и вонзилась в дерево; с ее конца, подрагивая, свисал шнур.
— Отличный выстрел, Менион, — одобрил стоящий рядом Дарин, и горец усмехнулся.
Мост был осторожно вытянут на их сторону, и они ухватились за концы перерубленных веревок. Алланон огляделся, тщетно пытаясь найти, за что их можно закрепить, но карлики вытащили даже колья, на которых они раньше держались. Наконец Гендель и Алланон вместе встали у края пропасти и туго натянули веревку моста, по которой через зияющую бездну переполз Даэль, обвязанный за пояс другой веревкой. Все напряженно следили за тем, как гигант в черном одеянии и молчаливый гном удерживают натянувшуюся веревку, но наконец Даэль успешно перебрался на ту сторону. Среди них появился Балинор и сообщил, что пожар начинает слабеть и карлики-охотники вскоре двинутся на перевал Петли. Даэль торопливо закрепил веревку на краю ущелья и перекинул свободный ее конец обратно, и на этот раз длины веревки хватило, чтобы дотянуть ее до обломков скал у входа на перевал и надежно привязать. Оставшиеся члены отряда по одному, как Даэль, перебирая руками, медленно пересекли пропасть по веревке, и наконец все они встали на дальнем ее краю. Затем они обрезали веревку и швырнули ее в пропасть вместе с остатками старого моста, чтобы быть уверенными, что погони не будет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
