которая испортит тебе жизнь настолько, что ты добровольно согласишься на подпись, — жуткая ухмылка Эйвона заставила пробежаться мурашкам по спине.
— Что он сделает? — спросила я и Эйвон в немом вопросе глянул на Харриса. Харрис поднял голову и выгнув бровь, осмотрел моё лицо.
— Если будет в хорошем настроении, устроит лёгкую охоту с его сторожевыми и голодными псами, если будет в плохом — запрет в клетке с голодным медведем, Тереза. Это не деловая сделка, не договорной бизнес, мы — мафия, — жёстко отчеканил Эйвон, и я хмыкнула.
— Ваши правила — не трогать невинных людей, — парировала я.
— Андреас подставит тебя, и сделает это не раз, чтобы в глазах остальных ты испачкала свои руки и оказалась не такой уж и невинной крохой, — улыбнулся Эйвон, Харрис отложил документы и расслабился на кресле.
— И к чему вы клоните? — спросила я, приближаясь к сути их разговора.
— Для начала, Харрис и я познакомим тебя со всей Лигой, со всеми главарями. Ты должна быть на слуху и на виду ближайший месяц, люди должны не только видеть тебя, люди должны запомнить и полюбить тебя, Тереза, — от его слов я съёжилась, представляя в голове все возможные ситуации. Я открыла рот, заставив Эйвона наклониться и притронуться до моего подбородка, закрывая его обратно.
— Что за план? Кто его придумал? Для чего мне быть на виду? Чтобы нажить ещё больше врагов? — я закидала мужчин вопросами.
— Наоборот, нажить себе друзей. Мы думаем, Андреас знатно надоел не только нам, но и многим другим донам. В особенности ты должна понравится врагам семьи Райт, чтобы подобрать к себе больше союзников, — он говорил рассудительно, а у меня голова кружилась от информации.
— Для чего?
— Семьи защитят тебя. Хоть ты и не будешь входить в их состав, если ты понравишься их донам и попросишь полную неприкосновенность, они смогут обеспечить тебя ею. А пока, Харрис будет выполнять свой незамысловатый план, — Эйвон закончил и посмотрел на наблюдающего за мной Харриса. Голубые льдины рассматривали моё лицо, от чего я возмутилась и отвернулась.
— Какой план у тебя? — спросила я у Харриса, он прочистил горло и поджал губы.
— Подставить Андреаса, выставить его не в самом лучшем свете перед остальными донами. Тогда я легко смогу свергнуть дядю, ссылаясь на его безумство и неспособность управлять семьёй Райт, — он так беззаботно пожал плечами, будто собирается играть в покер.
— А если не получится? — с опаской спросила я. Глаза Харриса в эту же секунду потемнели, его брови сгустились до невозможности опасно. Я сглотнула, и он ухмыльнулся.
— Война. Я устрою ему войну, — возвысив голос, ответил Харрис. Не смотря на трепет внутри, решимость овладела мной. Я чувствовала в груди лёгкость и ясное небо над головой помогало мне определиться с правильностью моего выбора. Меня пугала сложившаяся ситуация, но и мысли о том, что я смогу помочь людям и помочь своей семье, а также искоренить плохого человека, в виде Андреаса, внушала в меня уверенность. Я вспомнила слова Энцо, который говорил мне о причинах войн.
— У тебя достаточно войны для людей? — удивилась я.
— У меня есть лучшие солдаты, и многие семьи на моей сторону. Пока Андреас был ослеплён планом свергнуть Джеймса, а потом и тебя, я метался в страны, чтобы набрать себе союзников, — он выговаривал мне информацию, и я чувствовала облегчение. Я столько терпела, столько дней провела в неизвестности, что теперь всё кажется сказкой. Глупой, выдуманной сказкой. Ещё летом моей главное проблемой были чувства к своему охраннику, как теперь я даже не знаю с чего начать.
— Придётся много поработать, — подметила я, заставив обоих парней шумно улыбнуться.
— Ты чертовски права, Тереза. У нас очень мало времени и куча дел. Первое, что мы сделаем, сломаем тебя, — весело произнёс Эйвон, заставив меня расширить глаза.
— Эйвон, — баритон Харриса раздался перекатами в большом зале, от чего блондин по-детски хихикнул.
— Оставим это на десерт, Лиличка, — пробормотал Эйвон и встал, поправив свои классические серые брюки.
— Нам повезло, что ты родилась в высшем обществе и твоя мама является одной из представительниц этикета, но в тебе есть один огромный минус — ты слишком много болтаешь. В нашем мире за такое отрезают языки и скармливают домашним львам. А ещё в тебе ноль физической подготовки, ты не в силах себя защитить, не умеешь стрелять, я уверен, даже настоящий нож в руках не держала, — тараторил Эйвон, обходя диван и бурно жестикулируя руками, рассуждая. Это я много разговариваю?
— Не правильнее ли обсуждать мою разговорчивость противоположному мне человеку, а не полному близнецу? Ты говоришь в два раза больше меня, — недовольно буркнула я, заставив Эйвона задуматься. Харрис закатил глаза.
— Если Харрис будет обучать тебя, тут два варианта: либо мы найдём тебя с ножом в горле, либо трахнутой, — грубо сказал Эйвон и наклонился ко мне, когда я шумно вдохнула воздух в лёгкие от его слов. Щеки покрылись румянцем от представления сильного тела Харриса подо мной.
— И поверь, Тереза, когда это случится, ты не сможешь думать о плане, потому что пару дней тебе будет больно ходить, — прошептал Эйвон и сверкнул карими глазами, я глянула на властную позу Харриса. Мой пульс участился, медленно рассмотрев его белую рубашку, закатанную в рукавах, классические брюки, обтягивающие пах мужчины, от чего я сглотнула пересохшее горло. Не буду таить, что физически я реагирую на его тело, запах и красивое лицо, но эмоционально я чувствую пустоту к сидящему напротив мужчине, чья личность была причиной почему мой отец сейчас в тюрьме. Его лицо было повёрнуто в профиль, тёмные волосы в беспорядке он пытался уложить своей большой ладонью.
— Ты отвратительный! — крикнула я, отодвинувшись от Эйвона.
— Ты привыкнешь, — хихикнул парень и скрылся на кухне. Мы остались наедине: я, Харрис и моё учащённое сердцебиение.
— Эйвон шутит, Тереза. Я не притронусь к тебе, — серьёзно ответил Харрис и мне хотелось верить, если бы не резкий и сильный вздох с моей стороны. Он звучал сейчас, как разочарование в его словах. Я бросила взгляд на Харриса, поймав его улыбку.
— Ты расстроена? — с издёвкой спросил мужчина.
— Что? Ни в коем случае. Я собираюсь
